Одиночество мага

— На поверхности всё осталось, — ответил некромант.

— Ницего себе. Отсюда ж до поверхности добрых пять дён хода!

Фесс промолчал.

— Ну, ладно, Неясыть, спать давай. Да, вот цто — я храплю сильно, так цто, узе если невтерпёз станет, ты того, пихни меня как следует.

— Не сомневайся, пихну, — пообещал некромант.

Север заснул мгновенно и столь же мгновенно принялся храпеть. Фесс уже хотел было как следует встряхнуть гнома, благо от выводимых им рулад, казалось, дрожит сам потолок пещеры. Однако стоило его голове коснуться одеяла, как глаза Фесса сами собой закрылись и даже громоподобный храп перестал быть слышимым.

Проснувшись и наскоро перекусив запасами Севера, они двинулись в путь. Идти стало легче, ходы и тоннели уже не выглядели столь запущенными, а потом дорогу преградила массивная решётка из настоящих железных брёвен толщиной со ствол старого дерева.

За решёткой горели факелы, скупо освещавшие две полукруглые каменные башенки, возведённые по обе стороны прохода. Приближаясь, Север приветственно помахал рукой. Его, похоже, знали — где?то сбоку, в толще камня, что?то заскрипело, захрипело, и решётка поехала в сторону, увлекаемая толстыми цепями. Север и Фесс вошли в открывшуюся щель, и решётка тотчас же двинулась обратно.

— Добрая ль была охота, Север? — пробасил кто?то из башенки. Над бойницей появился полукруглый шлем, украшенный столь любимыми среди гномов рогами (что, правда, дало людям массу поводов для достаточно плоских насмешек), следом за шлемом — рыжая борода и сам её владелец, гном со здоровенным арбалетом, чуть ли не выше себя ростом. — Вижу, вижу, что добрая. Кого это ты словил?

— Тисе, Деркац, тисе. Не видис — гостя веду. Кабы не он, гнить бы мне уже возле Бреденя.

— Возле Бреденя? — вытаращил глаза рыжебородый гном со странным для этого племени именем Деркач. — Это он, светляк, так глубоко забрался?.. И с мертвяками дрался?..

— Тисе, — вновь повторил Север, досадливо морщась. — Хватит, говорю. Не дёргайся и не вопи.

— Хватит, говорю. Не дёргайся и не вопи. Это некромант Неясыть.

— Упс… — вырвалось у рыжебородого, так что он даже прикрыл рот пятернёй в кожаной перчатке без пальцев. — Сам, значит, некромант Неясыть к нам пожаловал? Ну и дела, будет что старухе моей рассказать… хотя небось решит, что опять я пива на посту упился… Что ж, гость дорогой, проходи, проходи, честь нам большая оказана Эй, братва, да что вы сидите?то! Не каждый день некромансеры к нам заглядывают1

Из?за башенок высыпали гномы, всего, наверное, с десяток, все в тяжелых доспехах, с самострелами или недлинными алебардами Каждый норовил поприветствовать важного гостя, но вопросов, само собой, никто не задал

— Не обрасцай внимания, цародей, — Север потянул волшебника дальше — Ребятам на стразе скучно — неупокоенные теперь на Верхние горизонты не слишком?то лезут, нашими стараниями, — вот и тесатся чем могут А я тебя сейцас в одно место отведу такое славное местецко

Впору было подумать, что речь идет о таверне со столь любимым гномами пивом, однако оказалось, что Фесс ошибался Некромант ожидал увидеть подземный город гномов (сказать по правде, ему хотелось бы там побывать), однако Север вновь повернул вниз, узким извилистым тоннелем, от которого, кстати, не отошло ни одного ответвления Становилось заметно теплее

— К огненному ходу тебя веду, цародей, — обронил Север, заметив недоуменные взгляды Фесса — К одному мастеру Вернее сказать, мастерице Лепесток?то тебе не простой нузен, а то бы я тебя совсем в другое место повел

Спускались они долго Некромант успел проголодаться, ноги его гудели от усталости, когда казавшаяся бесконечной дорога кончилась Они встали перед могучей железной дверью, что не уступила бы крепостью и воротам замка Север скинул с плеча свой чудовищный фальчион и громко постучал в створку рукояткой

Некоторое время было тихо Затем дверь бесшумно отворилась сама собой — на пороге никто не появился

Внутри уютно горел огонь в камине, а сама подземная каверна была залита ярким солнечным светом, таким ярким и резким, что приходилось щурить глаза

— Зеркала, — пояснил Север, хотя Фесс его ни о чём не успел спросить. — Наверху сейцас день… Ну, входи.

Они шагнули за порог, и дверь тотчас же захлопнулась за ними.

Это походило на причудивую смесь кузницы, оружейной мастерской и алхимической лаборатории — всё разом. Вдоль стен тянулись длинные столы, вырубленные прямо из дикого скального камня, уставленные колбами, ретортами, сложными конструкциями из стеклянных трубок и змеевиков; на полках теснились бутыли тёмно?зелёного стекла, из распахнутых глоток горелок вырывалось синеватое бледное пламя; громоздились груды книг, живо напомнив некроманту Ордос и кабинет Даэнура на факультете малефицистики.

Взгляд Фесса невольно пробежался по корешкам. «О свойствах первоэлементов земных, их качествах и способах оных познания» — классический труд ранней алхимии, ничего удивительного, с этого, насколько он мог вспомнить, начинали все до единого студиозусы на соответствующем факультете ордосской Академии; зато уже следующий том, рукописный «Минералы тайные: определитель, с собственного опыта составленный Б. Лавуалем» заставил некроманта насторожиться. Эта книга относилась к числу редкостей, во всяком случае, оригинал в ордосской академической вивлио?фике кому попало не выдавали, только позднейшие, уже печатные копии.

Здесь, судя по всему, был один из самых первых списков.

А дальше пошли названия, и вовсе не знакомые некроманту. И манускрипты один древнее другого. Кожаные переплёты обтрепались и залоснились, кое?где виднелись свежие заплаты, наложенные на возникшие прорехи. Фессу не потребовалось много времени, чтобы его взгляд отыскал жутковатого вида фолиант в чёрной коже, на которой серебром были вытиснены черепа и скрещённые кости.

«Анналы Тьмы», и, судя по толщине, одна из наиболее полных версий.

Рядом спокойненько возлежал томик трудов Бессена Семиградского, одного из легендарных некромантов прошлого, теоретика и практика борьбы с неупокоенностью, открывателя и составителя многих заклятий, к сегодняшнему дню ставших классикой некромантии. Книг Бессена практически не осталось, их распространение было строжайше запрещено — Церковь не предавала их анафеме, со скрежетом зубовным признавая (до поры до времени) необходимость факультета малефицистики, студиозусам которого, как ни крути, надо было оставить хоть какие?то учебники.

— Любуешься, некромант? — негромко раздалось у него за спиной. Фесс резко обернулся — не терпел, когда к нему подкрадывались незаметно.

Перед ним стояла гнома. Доселе он ни разу не видел женщин Подгорного Племени — этим вообще мог мало кто похвастаться. Они не появлялись на торжищах, путешествовать предпочитали инкогнито, их никогда не видели в людских городах, и ни один из многочисленных «Очерков земель и племён», в изобилии составлявшихся в Империи, ничего не говорил о них. Неудивительно, что Фесс смотрел на гному, широко раскрыв глаза.

Злые языки утверждали, что гномские женщины столь «ужасны видом», что «мужу правильному и в силах» грозила опасность немедленно скончаться от разочарования во всём земном. Говорили, что они бородаты и толсты, как бочонки, что животы у них свисают до колен, руки — до земли, а груди — ниже пупка. Что у них торчат клыки, точно у орков. Что ноги у них покрыты густой шерстью. И тому подобный бред.

То, что это бред, Фесс подозревал всегда, а сейчас воочию в этом убедился. Гнома и впрямь оказалась не?

высока ростом, крепенькая, широкая в плечах и бёдрах, но бочонок она отнюдь не напоминала. Талия у гномы была узкой, а грудь — пышной и соразмерной. Мягкие пепельные волосы спускались до пояса, пожалуй, ни в чём не уступая эльфийским. Большие глаза, такие же голубые, как и у Севера, блестели.

— Привет тебе, почтенная хозяйка, — поклонился Фесс, смотря ей прямо в глаза.

— Дагра, некромант, Дагра. Не слишком?то благозвучное имя, правда? Нам с Севером не повезло. Можешь называть меня Эйтери, мне это прозвище дали…

— Эйтери, Eithery, Сотворяющая… хорошее прозвище, — проговорил Фесс.

— Ишь ты, — удивился Север, — а я и не понял, что ты наши руны читать можешь…

— И не только наши, — пристально глядя на Фес?са, сказала Дагра?Эйтери. — Но не в этом дело. Ты пришёл сюда, некромант…

— За мечом, Сотворяющая. Мне нужно оружие против неупокоенных. Может, не точно такое же, как у Севера, но… что?то в этом роде. У меня есть чем заплатить, — поспешно добавил он, заметив странный огонёк в глазах гномы, который он первоначально принял за недоверие.

— У него есть, Эйтери, не сомневайся, — прогудел у него за спиной Север.

Фесс решительно вытащил светящиеся драконьи камни.

Глаза Сотворяющей на миг сощурились. Только на один короткий миг.

— Вот оно как… да, заплатить и в самом деле есть чем, — проговорила она. — Многое за эту цену купить можно, не сомневайся. Тебе нужен фальчион? Наш, настоящий фальчион? Не совсем такой, как у Севера? Нужно, чтобы и на живых, и на мёртвых?

— Если бы мне нужна была парадная шпага для дефиляций по имперскому сенату, я обратился бы к другим, Сотворяющая.

— Ишь ты, — усмехнулась гнома. — Ладно, поговорим об этом после. Ты проделал трудный путь, ты сражался, ты устал. Сегодня отдохнём, а потом… Впрочем, должна тебя сразу предупредить: на живых едва ли получится… Против мёртвых это ладили, когда только придумывалось.

Хотя, конечно, как знать, как знать…

Фесс уже открыл рот, чтобы поблагодарить, однако вместо этого у него вырвались совершенно другие слова:

— Эйтери… я не останусь здесь. Север что?то недоумённо проворчал. Гнома же, однако, не повела и бровью.

— А, вот оно в чём дело… — протянула она, глядя на Фесса ещё пристальнее. — Признаюсь, не почувствовала, не поняла… пока ты не сказал. Извини, я на секунду, — она скрылась за тяжёлой кожаной занавесью, делившей мастерскую?лабораторию надвое, и тотчас вернулась. Некромант не удивился, увидев у неё в руках большой каменный шар — из чистейшего горного хрусталя, на подставке чёрного дерева, изображавшей…

Изображавшей трёх драконов, сцепившихся когтями на изломах крыльев.

— Север, — обратилась Эйтери к гному. — Прошу тебя, пойди погуляй. Тут дела такие, что…

— Не моего ума дело? — набычился тот.

— Не твоего, — спокойно подтвердила гнома. — Охоться на зомби в тёмных тоннелях, Север, и не задумывайся над тем, кто стоит за ними. Тебе нельзя это делать. Иначе твоя рука дрогнет в решающий момент. Дрогнет… твоя… рука…

Отполированный кристалл засветился мягко, едва заметно. Фесс ощутил слабые колебания Силы; Север же неожиданно споткнулся посреди фразы, потёр лоб и нетвёрдыми шагами направился к выходу из мастерской. Едва только дверь захлопнулась за ним, мерцание шара угасло.

— Извини, — Эйтери повернулась к некроманту. — Так было необходимо. Север славный мальчик, но ужасно, по?ослиному упрям. Если не слушается сразу, потом не послушается ни за что. Уговоры на него бы не подействовали.

— Хорошая у тебя подставка, — проговорил Фесс, осторожно касаясь чёрного дерева.

— Куда как хороша, — усмехнулась гнома. — Как ты понимаешь, не я делала, и не от мамы досталась.

— Уж не хочешь ли ты сказать… — начал было Фесс, однако гнома тотчас перебила его:

— Именно это и хочу сказать. Ты был у дракона. Я тоже.

Фесс чуть не поперхнулся от неожиданности.

— Две вещи, — спокойно сказала Эйтери. — Давай не будем их смешивать. Первая — та тень, что стоит за тобой, из?за чего ты не хочешь оставаться у меня в гостях. Вторая — откуда я знаю Сфайрата, как пережила встречу с ним и вообще — не солгал ли он тебе?.. Начну со второй, она проще. О драконе мы, гномы, знаем уже очень давно. Не все, разумеется. Сейчас, кроме меня, таких только двое. Ты вот третий.

— Но как вы смогли…

— Вырваться оттуда живыми? Очень просто. Самый первый из гномов, кто сумел дойти до дракона, убедил его в том, что мы не посягаем и никогда не посягнём на его сокровище. С тех пор знание о драконе и знание, данное драконом, остаётся уделом крошечной горстки живущих. Не более трёх из моего народа. Поверь, преемники и преемницы выбираются более чем тщательно. И, — гнома лукаво улыбнулась, — мы не проходим обучения в Ордосе. Хватает наших собственных книг. Вот откуда взялась эта подставка, Неясыть.

Ничего сверхъестественного. Так что… я сразу узнала драконьи камни, едва только увидев. Да, за такую цену ты бы смог купить, наверное, всё наше царство. Но тебе нужен всего?навсего один меч.

— Я не отказался бы и от кое?чего другого, — скромно заметил некромант, и гнома расхохоталась.

— Например?

— Я могу купить… заказать глефу? Но только особую, мне надо…

— Погоди, я не оружейница, — развела руками гнома. — Фальчионы против Нечисти — это да. Не рассчитывай всё?таки, что против живых им так же сподручно драться окажется.

— Фальчионы против Нечисти — это да. Не рассчитывай всё?таки, что против живых им так же сподручно драться окажется. Глефа — оно, конечно, дело другое. Остальное же… впрочем, я тебе укажу мастера. Но это уже потом; так, значит, со второй вещью разобрались, осталась первая. Уже посерьёзнее. Иди сюда, к шару. Попробуем заглянуть…

— Погоди, Сотворяющая. Я сперва хочу тебе кое?что рассказать…

— Тогда я цветочков заварю, — ничуть не удивилась его словам гнома. — И мёда принесу. Верескового. Небось не пробовал?.. По себе знаю — такие разговоры лучше с кружкой чего?нибудь горяченького вести. Не горячительного, а именно горяченького. Пойдём, зря я этот шар сюда вытащила…

Фесс следом за гномой вошёл за плотную занавеску, оказавшись в жилой части пещеры.

Здесь, в противоположность мастерской, царил полумрак, в большом камине горели дрова («Неужто таскают с поверхности?» — удивился некромант), лежали пушистые шкуры, медвежьи, волчьи, рысьи. Стоял пузатый буфет коричневого дерева, битком набитый золотой и серебряной посудой.

Было удивительно хорошо и уютно. Ни один гном не сумел бы создать такого. Более того, ни один истинный гном не потерпел бы в своем жилище такого ужасного порядка, когда каждая вещь лежит на своём месте (то есть не на полу, а в шкафах и на полках) и, следовательно, ничего невозможно найти, когда надо!

— Садись, — гнома поставила хрустальный шар на стол, направилась в угол, где в громадной плите горел неяркий, но дающий сильный жар огонь. — Я сейчас… заварю только. Шар не трогай, договорились? А то я вас, волшебников, знаю… не успеешь оглянуться, руки свои куда не надо протянут, — она улыбнулась, давая понять, что всё это — не более чем шутка.

Впрочем, касаться её шара Фесс и в самом деле не собирался.

Поколдовав немного у плиты, гнома вернулась с большим фарфоровым чайником, от которого волнами расходился странноватый пряный аромат. Рядом с чайником возник глиняный кувшин с дымящимся мёдом.

— Вересковый мёд горячим пить надо, — наставительно сказала гнома, наливая янтарную жидкость в высокие деревянные кружки. — Ну, как говорят у нас в горах, — чтобы вечно молот стучал! За встречу, некромант.

— За встречу, Эйтери, — Фесс поднёс кружку к губам.

Вересковый мёд, судя по всему, только что кипел вовсю, однако почему?то его можно было пить, не обжигаясь. Некромант глотнул — и по телу пронеслась стремительная горячая волна, притом что от этого мёда, судя по всему, опьянеть было невозможно.

— Хорошо стало? — усмехнулась гнома. — Ну вот, теперь цветочков моих попьём. Да поговорим обо всём.

— А ничего, что Север у нас за дверью торчит? — осторожно осведомился Фесс.

— Он уже давно пиво пить пошёл, — хихикнула гнома. — В корчму «Дохлый скелет». Там такие, как он, собираются. В смысле — охотники за Нечистью. Обла?

датели фальчионов. Делятся… — она вновь хихикнула, — делятся впечатлениями. Хвастаются… трофеями.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103