Все лорды Камелота

Все присутствующие в зале резко повернулись туда, откуда звучал голос. Полированная серебряная поверхность помутнела и внезапно начала таять, словно ледяная корка под лучами весеннего солнца. За исчезающей серебряной гладью открывался проход, точно по ту сторону прислоненного к стене блюда находилась не стена, а обычнейшая дверь. Тан вскочил из?за стола, хватаясь за висевший на поясе кинжал.

— Вы все видели, — сквозь открывшийся проход в залу вступила молодая женщина в длинном платье цвета морской волны, с темно?рыжими вьющимися волосами и зелеными глазами, в которых сейчас горело изумрудное пламя, — что к измене тан Марк из рода Геллинов прибавил вооруженный мятеж.

Вслед женщине сквозь пространственный переход в комнату начали втискиваться хорошо вооруженные мужчины сурового вида в танских пледах различных кланов.

— Во блюдство! — пробормотал Лис. — Лендис, подруга, тебя в детстве не учили стучаться, перед тем как войти?

— «Рейнар, сиди, где сидишь, и будь добр, помолчи. С тобой мы разберемся позже».

— «Капитан, не, ну ты видел?! Совсем оскаженела шалена баба!»

Конечно же, я видел. И, конечно же, я узнал нежданную гостью горрского тана. Такие зеленые глаза и такие тонкие черты лица трудно было забыть. Полагаю, множество мужчин воспламенились бы душой, глядя на эту хрупкую молодую женщину, спеша объявить ее дамой сердца. Но, полагаю, в их число не попал бы ни один из находившихся сейчас в пиршественной зале. Никто из видевших победительную улыбку, игравшую сейчас на ее устах, не рискнул бы становиться рядом с торжествующей северной красавицей. От этой улыбки веяло таким холодом, что вечная мерзлота рядом с ней могла показаться расплавленной магмой.

— Вы изменник, тан, — приближаясь вплотную к побледневшему Марку, почти нежно проговорила Лендис. — Вы вступили в сговор с нашим врагом. Вы пытались купить у него корону Горры. Для себя. Вы заслуживаете смерти. — Она положила на грудь каледонца свои длинные тонкие пальцы. — Начинайте, Дольбран, — милостиво бросила она, отходя от обреченного вельможи.

— Н?нет, — прижался к стене мрачный сын приговоренного к казни.

— Почему же нет? Вы мечтали о короне тана Геллинов? Она ваша. Подойдите и возьмите ее.

— Н?нет.

— Ну?ну, не будьте глупцом. Вы же сами сообщили мне о прибытии гонца от Ллевелина. Сами принесли сюда мое блюдо и установили его так, как я вам велела. Отчего же теперь вы медлите?

— Он — мой отец, — гордо выпрямляясь, выпалил Дольбран. — Я не сделаю этого!

— Это верно, — склонила голову зеленоглазая королева, — он ваш отец. Вы правы, Дольбран. Но, стало быть, ты тоже изменник. Подойди к отцу, встань рядом с ним. Любезные мои таны. — Она повернулась к суровым бородачам, вновь складывая губы в улыбку. Но если бывают улыбки обезоруживающие, то эта была вооружающая: — Кто из вас первым желает вонзить свой клинок в грудь изменника, заслужив тем самым мою благодарность и это танство?

Хор голосов был ей ответом.

— Давайте вы. — Она указала на ближайшего бородача.

— Прости, отец! — Дольбран рванулся сквозь толпу к помертвевшему Марку. — Я слишком молод, чтобы умереть!

Он выхватил кинжал и с размаху вонзил его в грудь отца.

— Я слишком молод, чтобы умереть!

Он выхватил кинжал и с размаху вонзил его в грудь отца. Несчастный рухнул на пол, и красная струйка, выползая из?под острия, окрасила в багровый цвет душистое сено, устилавшее пол.

— Он еще жив, — глядя на бьющегося в конвульсиях хозяина, констатировала королева Лендис. — Прежде чем мы отправимся в обратный путь, любезные мои таны, каждый из вас повинен по разу вонзить свой меч в сердце изменника. В назидание тем, кто еще тешит себя надеждой отобрать мою корону. А теперь вы, мой дорогой Лис. — Красавица повернулась к Сергею, внимательно рассматривая его с ног до головы. — Куда же вы запропали, друг мой? Я так давно не слышала ваших песен, я уже соскучилась по ним.

— А я? Я буду жить? — перебивая любезничающую с Рейнаром королеву, вмешался все еще стоящий над поражаемым мечами телом Дольбран.

— Нет, — оборачиваясь к нему, бросила Лендис. — Вы умрете. Но не здесь, а в темнице.

— Но вы же обещали мне?!

— Молодой тан, — нараспев произнесла Лендис. — Если вы желали, чтобы вас величали этим гордым титулом, то вот вам, пожалуйста, я первая величаю вас. Вы рады этому? Не отвечайте. Вижу, что не очень. Вы предали отца, дорогой мой. Человека, подарившего вам жизнь. Я знаю, порою бывают в жизни вещи, более важные, чем кровное родство. Но золотой обруч с ювелами к ним не относится. Вы предали отца, желая своей изменой нажиться на его преступлении. Как же я могу вам верить? А зачем мне нужны таны, о которых я точно знаю, что они изменники и отцеубийцы. Ты непременно умрешь. Рейнар, — она вновь повернулась к моему другу, теряя интерес к происходящему за ее спиной, — пойдем отсюда, здесь слишком много крови. Надеюсь, ты скрасишь своими песнями обратную дорогу в мой замок?

Я вскочил со скрипучего ложа, путаясь в мохнатом «одеяле» и с трудом удерживая равновесие, чтобы не растянуться на каменном полу. Лежанка была той самой, на которой несколько дней тому назад умирал прежний комендант бастиды сэр Богер Разумный. Не самое приятное воспоминание, но что делать, — предоставление мне этого отдельного ложа, несомненно, почиталось здесь проявлением высочайшего почтения. Остальные обитатели этой крепостицы укладывались спать на общую лежанку, размерами с небольшую вертолетную площадку, вповалку, деля «постель» со сторожевыми и охотничьими собаками. Но мне сейчас было не до почестей.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162