Все лорды Камелота

Размышления были прерваны самым неожиданным образом. Из залы, примыкавшей к моим покоям, послышался стук палок, звонкий смех и шум прыжков. Я прислушался.

— …Запомни, я наношу удар по ногам, ты подпрыгиваешь и пропускаешь оружие под собой. Затем я перевожу удар вверх, словно собираясь снести тебе голову. Ты уходишь от него вниз. Все очень просто. Главное, не зевай и сохраняй устойчивость, иначе собьешься.

Голос, произносивший эти слова, был мне странно знаком. Я стал слушать дальше, но слова смолкли, и вместо них в воздухе засвистела палка.

«Проклятие!» — Я встал и начал одеваться. — «Оруженосцы, что ли, резвятся?»

— Прекрасно! — раздалось за дверью. — У тебя все получается!

Я вновь прислушался. «Господи, да это же Кархейн! Интересно, кого это он там школит? И что его вообще сюда занесло?» Я толкнул дверь. Зала была пуста, если не считать двух юнцов с палками, застывших при моем появлении. Одним из них был Годвин, смущенно опустивший глаза при виде своего рыцаря, вторым же, я не ошибся, был сэр Кархейн. Алая гербовая котта с золотой виверной, сжимающей в лапах крест, подчеркивала наконец?то обретенное им рыцарское звание. Правда, крест почему?то был кельтский, что придавало эмблеме весьма двусмысленное звучание.

— Ой! — негромко произнес он, увидев меня.

— Ну и что все это значит? — Я сурово нахмурился. Понятное дело, учить оруженосца уму?разуму имеет право только его собственный рыцарь. Обучение же чужого армигера считалось недопустимой бестактностью в рыцарском сословии. Впрочем, доблестный сэр Кархейн, едва?едва лишь прошедший формальный обряд посвящения в рыцари, вряд ли уже полностью ассоциировал себя с этим гордым званием и потому при первом же случае охотно принимал участие в воинских забавах своих прежних собратьев.

— Простите меня, сэр Торвальд, я… не хотел вас обидеть. Я прослышал, что вы в замке, и поспешил приветствовать вас, — грустно вздохнул Кархейн. — Ну и вот…

Я невольно усмехнулся, увидев сокрушенное смущение молодого рыцаря. Конечно, подобный проступок вполне мог быть причиной вызова на поединок, поскольку фактически ставил под сомнение искусство рыцаря — наставника оруженосца. Но видит бог, в действиях Кархейна не было злого умысла, одно лишь шалопайство.

— Ладно, — произнес я, смягчаясь, — так и быть, прощаю. Годвин, — прикрикнул я на парнишку, по?прежнему понуро стоящего в стороне и вычерчивающего палкой какие?то знаки на полу, — ступай, вычисти кольчугу. Да смотри, увижу хоть одно ржавое пятнышко, прибью!

Это была пустая угроза. Сплав, из которого было изготовлено мое защитное снаряжение, не ржавел ни в пресной, ни в соленой воде, не поддавался износу, да и вообще доспех представлял собой конструкцию куда более хитрую, чем это казалось на первый взгляд. Вздохнув, Годвин отправился выполнять приказ, я же, оставшись наедине с боевым товарищем, подошел и обнял его за плечи.

— Рад тебя видеть! Какими судьбами ты в Кэрфортине?

— Герцог был настолько добр, что призвал меня к себе, отправив в бастиду некоего пожилого рыцаря?нортанумбрийца. Я теперь командую отрядом валлийских лучников. — Кархейн гордо расправил плечи, явно довольный новым назначением.

— Ну да, — кивнул я, думая о своем, — ты же у нас тоже валлиец. Кстати, — я указал на виверну, — святой Каранток больше не появлялся?

— Нет, — покачал головой молодой рыцарь. — Мне о нем ничего не ведомо.

— Недавно его видели в Эбораке, — кинул я. — Да, вот еще хочу у тебя спросить, — я замолчал, обдумывая слова, — только пусть это останется между нами.

— Да, конечно, — быстро согласился Кархейн, надеясь, быть может, этим загладить свою недавнюю бестактность.

— Там в Эбораке у меня вышел один неприятный случай. Некий Эгвед, принц Гвиннед, осмелился назвать герцога Ллевелина отродьем никсов. Понятное дело, я не мог стерпеть такого оскорбления и вызвал невежду на бой. После победы я потребовал не поднимать более оружие ни против Стража Севера, ни против его союзников. Однако этот негодяй продолжает настаивать, что герцог если уж не отродье никсов, то, во всяком случае, прижит от какого?то серва. И он, и его мать с проклятием изгнаны из отчего дома. Я не поверил ни одному слову нечестивца и дал себе клятву достойно посчитаться с ним при встрече, ежели окажется, что он пытается очернить имя Ллевелина низкой клеветой. Но, сам понимаешь, не могу же я спрашивать о таких?то вещах у первого встречного валлийца! Быть может, ты слышал что?нибудь?

Сэр Кархейн оглянулся, словно выискивая, не притаился ли кто под скамьями, стоящими по периметру у стен зала.

— Сэр Торвальд, — понизив голос, промолвил он, лишний раз убедившись, что мы одни, — это большая тайна. Сэр Багер поведал мне о ней. Когда он еще сам был оруженосцем у некоего знатного валлийского рыцаря, тот, в свою очередь, рассказывал ему, что бедная принцесса Эреника действительно родила нашего славного герцога, не имея мужа. Но незадолго перед тем в замке короля Тария гостил Утер Пендрагон со своими рыцарями. Вероятно, кто?то из них и вкусил любви юной девы. Наверняка об этом никто ничего не знает. Известно лишь, что когда

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162