— С?с нами, пойдем с?с нами! — просипела пасть, надвигаясь на меня…
Но тут, к моей великой радости, вернулся дед Мартемьян. Едва завидя этот туманный ужас, он выхватил из костра горящее полено и швырнул его в пасть. Раздался пронзительный визг, и кошмары сгинули.
— Ой, — трясясь от страха проговорила я. Как хорошо, что вы пришли вовремя. Я так испугалась! Леший посмотрел на меня с некоторым презрением:
— И лет тебе вроде немало, а ведешь себя хуже младенца бестолкового! Нашла кого бояться — потоскушек!
— Кого?!
— Потоскушек. И ты сама виновата в том, что они появились. Потому как приходят потоскушки по чью?то тоску. Ты небось без меня печальная сидела? Судьбу свою оплакивала?
— Д?да.
— Вот они и явились. Чуют, где тоска да печаль сердце точат.
— А они… опасные?
— Как сказать… Ежели человек духом слабый, они его до смерти доведут страхами своими. А у кого настрой, боевой да веселый, к тем они не сунутся… Ох, я старый пень?подосиновик! Я ж тебе воды чудотворной принес! Пей, и страхи пройдут!
Первый глоток я сделала, опасаясь, что со мной случится нечто неприятное вроде превращения в козленочка.
Но ничего подобного не произошло. Наоборот, с каждым глотком я ощущала в себе спокойное бесстрашие и даже уверенность в завтрашнем дне (чего не испытывала сроду).
— Много не пей, — предупредил леший. Она тебе еще пригодится, как затоскуешь или страх неведомый на тебя нападет…
— Спасибо.
— На здоровье, — усмехнулся леший и вдруг прямо из воздуха достал берестяной туесок, заманчиво пахнущий земляникой.
— Покушай вот землянички, — с ворчливым добродушием протянул он мне туесок, — это тебе за то, что не попрекала меня ватрушками съеденными.
— Ой, да мне столько и не съесть! — воскликнула я.
— Ну, тогда разделим по?братски, — обрадовался дед Мартемьян.
Мы сидели у костра и сосредоточенно жевали спелую землянику. Как ни странно, но в туеске ее не убывало.
— Дедка Мартемьян, я вот что хотела спросить: это вы палатку надо мной поставили?
— А то кто ж?! Я сему сызмальства обучен. Кажный леший должен уметь ставить палатки, на местности по солнцу, звездам али мху направление пути вызнавать, костер разжигать с одного чиха, кашу варить из топора…
— Погодите. Кашу из топора варят в основном солдаты…
— А ты думаешь, леший, он кто? Мы тут все военнообязанные, во как! Ежли родина прикажет, лешие ответят: «Есть!»
— А я думала, что лешие существуют только для того, чтобы путников в лесу пугать да с дороги сбивать…
Дед Мартемьян смущенно улыбнулся:
— Ну, не без энтого, конечно. Бывает, со скуки или когда видишь, что больно зловредный человек в лес идет. Вот и пакостишь ему помаленьку. Чтоб понимал, в чьей вотчине оказался…
— Я вас когда у костра увидала, немного испугалась, — призналась я с улыбкой. Леший вздохнул.
— Не сыпь мне соль на рану, — хриплым и грустным голосом сказал он. Был и я когда?то прекрасным королевичем, да заколдовала меня ведьма черная. Превратила в такое чудовище и отправила лес охранять вместо старого лешего, тому пора было на отдых заслуженный.
— И никак нельзя расколдоваться? — пожалела лешего я.
— Не знаю. Хотя сводный брат мой, тоже долгое время охранявший в образе чудища сад с цветочком аленьким, расколдовался благодаря любви красной девицы. Просто ему с распределением повезло: одно дело — приличный сад охранять, а другое — жуткий лес, в который не то что девица, медведь лишний раз побоится сунуться!.. Да я уж и привык к такому своему образу за пятьсот?то лет. Не жалуюсь.
Но вопреки этим словам из оранжевого глаза выкатилась крупная слеза.
Леший долго молчал и пригоршнями ел землянику. Потом, словно вспомнив нечто важное, воскликнул:
— Василиса, а ведь я тебя не допросил!
— Зачем меня допрашивать? — Я чуть земляникой не подавилась.
— Как зачем? По всей форме надобно! Мол, дело пытаешь, аль от дела лытаешь? Да с какой целью посетила Чертоногий лес? Да куда путь держишь, да нет ли при тебе поганого порошка белого, дурманного, а также протчей контрабанды? И имеешь ли ты право на законное ношение оружия?..
— Дедушка Мартемьян, — вздохнула я, — нету у меня никакого оружия. И контрабанды тоже нету.
— Это жалко. А то бы я поразвлекся! Когда дурманный порошок в костре горит, дым идет такой замечательный! Видения всякие представляются, кх?м… Ладно, замяли. А вот цель визита в Чертоногий лес назови?ка мне!
Я пожала плечами:
— Побег.
— От кого?
— Как вам сказать, дедушка… От нынешней правительницы Тридевятого царства.
— От Марфы?засадницы, что ли?
— Нет.
— От кого?
— Как вам сказать, дедушка… От нынешней правительницы Тридевятого царства.
— От Марфы?засадницы, что ли?
— Нет. Сейчас Тридевятым царством правит черная колдунья Аленка.
— Не слыхал. У вас, у людей, время быстрей идет, чем у нас, леших. И то сказать, Марфа?то лет двести назад правила… По вашему летоисчислению. Да, так чем же ты колдунье не угодила?
Я даже растерялась от такой постановки вопроса.
— Да я и не собиралась ей угождать! Тем более что она в стране такие ужасы творит, что весь народ стонет'
— Мы на отшибе стоим, сюда к нам народные стоны не долетают… Ну и что ты делать намерена?
— Для начала я хочу дойти до Каменной рощи…