— Ваш компьютер… Его придется изъять. В сказке ему не место. Согласитесь, это так.
— Но я же без него работать не смогу! Мне диссертацию писать надо…
В ответ на мои жалобные вопли Охранник сказал:
— Будьте так любезны, пойдите и откройте холодильник.
Я повиновалась, полагая, что мой собеседник хочет холодного пива или же, к примеру, колбасы. Но я ошиблась. В отношении продуктов холодильник был вопиюще пуст. Но зато на его полках лежали целые пачки бумаги ZOOM. И блестящий пенал из красного кожзаменителя.
— Вот вам и все принадлежности для научной работы. Между прочим, когда здесь гостил Александр Сергеевич, бумага была гораздо хуже. И писать приходилось перьями. Что вы так на меня смотрите? Был здесь Пушкин, был. И многие другие. Но то был золотой век! К сказке относились бережно и осторожно, никаких инноваций в нее не вводили, а чтоб какую?нибудь типографию сюда протащить — и речи не было! Так что постоит тут ваш драгоценный компьютер среди остальных вещдоков. И не волнуйтесь, у меня он целей будет.
Охранник развязал дерюжку, осмотрел мою технику, для чего?то прижался щекой к системному блоку и присвистнул:
— Ого! Теперь это точно должно храниться только у меня!
— Что такое? — удивилась я.
— Ха, вот Руфина молодчина! Это же надо было до такого додуматься!
— Объясните же!
Глазастый сдернул с раскладушек обвисший надувной матрац, расстелил его на полу и поставил на этой «скатерти» все мое машинное хозяйство. Причем, к вящему моему удивлению, это хозяйство не прекращало своей деятельности.
— Идите сюда, — усевшись по?турецки перед монитором и положив на колени клавиатуру, позвал меня Охранник.
Я не заставила себя просить дважды.
Глазастый пошуршал клавишами, потом указал мне курсором на одну из надписей:
— Знаете, что это?
Надпись была нечитаема. То есть явно зашифрована. И я этого сделать не могла.
Охранник щелкнул мышкой, открывая файл, но не тут?то было.
— Требуется пароль, — сказала я.
— Сейчас, — кивнул охранник и забарабанил по клавиатуре.
Благодаря его стараниям файл открылся. Только текст в нем опять?таки состоял из самых непонятных значков?закорючек.
— Что за чепуха? — поморщилась я.
— Это не чепуха, — торжественно объявил Охранник. Это закодированный полный текст Альманах?книги. Руфина его просто скопировала, зная, что тут он будет, в безопасности…
— Но зачем?!
— Потом как?нибудь объясню. Охранник перевел машину в ждущий режим.
В который раз подивилась тому, что за странный это человек. Охранник сказок… Продвинутый технарь… Маньяк на фольклорной почве…
— А вот за это я и обидеться могу, — буркнул Охранник. Я такой же маньяк, как вы — куст цветущего жасмина,
— Вы читаете мои мысли? — взъярилась я.
— Не все. Только те, что касаются непосредственно меня или моей деятельности. Я свой телепатический диапазон специально сузил. Потому что иначе столько всякой дряни в иных мыслях встречается, что просто становится стыдно за человечество.
— Я вас понимаю. Только… что же нам с Василисой делать?
Охранник удивленно вскинул брови:
— Живите пока у меня. Здесь безопасно.
— Дело в том… Дело в том, что мы бежали из Кутежа не для того, чтобы отдыхать. Нам надо вызволить из плена близких людей, а для этого победить Аленку и ее приспешников. Мы только не знаем, как это возможно сделать.
— В принципе это несложно. Есть даже несколько вариантов.
Есть даже несколько вариантов. Тем более что Аленка сама нарушила причинно?следственные связи своей сказки. Она тоже привнесла туда слишком много факультативных элементов. Брахма Кумарис тот же… Разве ему место в порядочном Тридевятом царстве? Да его даже в хрестоматию зарубежных сказок не возьмут! И те репрессии, которыми так увлеклась Аленка, тоже превосходят все границы и нормативы. Отрицательным героям этого делать не положено. Скромней надо быть… Иначе получится не сказка, а ужас, леденящий душу…
Охранник говорил, а на меня между тем наваливался сон и ватная, бесконечная усталость. Но у меня еще хватило сил задать вопрос:
— Для вас все люди — только отрицательные или положительные персонажи? Действующие лица сказок?
— Да, — спокойно ответил Охранник. Потому что я здесь — самое реальное лицо.
— От скромности вы не умрете.
— Я вообще не умру.
— Даже так?
— Так.
— Почему?
— Я живу, пока живы сказки. Кстати, я полагаю, что вам сейчас следует отдохнуть. Идемте, я провожу вас в спальню…
— Надеюсь, вы не воспользуетесь моей беззащитностью и не…
— Никоим образом. Мне этого по штатному расписанию не полагается. Поэтому можете не опасаться.
— А если бы расписания не было?
— Вы не в моем вкусе.
— Спасибо за комплимент. Вы тоже — не в моем. Кстати, а сколько вам лет?
— Много.
— А все?таки?
— Скажем так: я помню, как горел Рим при Нероне.
— О!
— Вот и спальня. Постарайтесь не разбудить вашу прекрасную подругу. На заре она сладко так спит…
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи. Нет, вот за это не беспокойтесь.
— А за что я сейчас беспокоилась?
— За то, что я скопирую себе этот злополучный Альманах и тем самым получу неограниченную власть и силу.
— Д?да… Были такие мысли.
— Они беспочвенны. Уверяю вас. Еще раз: спокойной ночи.
Я кивнула и вошла в спальню.