Ученик

— Что это ты там все бормочешь?

— Что бормочу? — в свою очередь, удивился я.

— Как уселся со своим мороженым, так все что?то бормочешь.

— Да нет. Это я так, про себя мысли вслух, — успокоил я его, хотя был уверен, что ничего вслух не говорил.

«Может, задумался и сам не заметил, как вещать начал…» — пронеслось у меня в голове.

Наконец мы подъехали к небольшому белому каменному домику, крытому металлическим шифером. Участок был огорожен металлическим забором. У калитки в одних трусиках, уперев руки в боки, стоял Данила. Дождавшись, когда мы остановились у ворот и выбрались из машины, он повернулся к дому и пронзительно закричал:

— Мам! Папка плиехал и дядю Илюху пливез! — а затем неторопливо двинулся в нашу сторону.

Сначала он поздоровался со мной, по своему обыкновению шлепнув с размаху по моей протянутой ладони своей маленькой, растопыренной пятерней и пробормотав: «Пливет», а затем подошел к отцу и, схватив его за штанину, выжидательно поглядел на него снизу вверх.

Юрка положил ему на белобрысый затылок руку и спокойно сказал:

— Я ничего не забыл. Сейчас все достанем. Давай я сначала поставлю машину, а ты проводи гостя.

Данила молча кивнул головой и направился ко мне. Ухватив мой палец своим маленьким кулачком, он также молча потянул меня в калитку, из которой как раз в этот момент показалась Светлана. Вытирая мокрые руки переброшенным через плечо полотенцем, она приветливо улыбнулась мне, как человеку, который настолько близок семье, что ему не требуется особенное внимание. Я торжественно протянул ей пакетик с мороженым и произнес:

— Кроме того, для молодого человека у меня припасена большая шоколадка, а для прекрасной хозяйки — бутылочка настоящего кагора!

Светка, улыбаясь моему пафосу, протянула руки и подсунула ладошки под пакет.

Вытирая мокрые руки переброшенным через плечо полотенцем, она приветливо улыбнулась мне, как человеку, который настолько близок семье, что ему не требуется особенное внимание. Я торжественно протянул ей пакетик с мороженым и произнес:

— Кроме того, для молодого человека у меня припасена большая шоколадка, а для прекрасной хозяйки — бутылочка настоящего кагора!

Светка, улыбаясь моему пафосу, протянула руки и подсунула ладошки под пакет. И тут же, громко воскликнув: «Ай!!!», она отдернула руки и сунула ладони себе под мышки. Я недоуменно приподнял свой презент и уставился на него. Снизу пакет был покрыт толстым слоем инея, от которого явно исходил морозный парок. Юрка тоже уставился на пакет в моих руках. Несколько секунд длилась немая сцена, а затем он покачал головой и, улыбнувшись, произнес:

— Ну и зачем ты насовал в пакет сухого льда? Боялся, что за пять минут твое мороженое потечет?

Я молча вернулся к машине, достал свою сумку и поставил ее перед калиткой. Затем аккуратно развязал пакет и вывалил его содержимое на стоящую сумку. Пять брикетиков в ярких обертках замороженно стукнули друг о друга, но никакого льда в пакете не было. Юрка задумчиво потер нос, а Данила ткнул пальчиком в один из брикетов и спокойно заявил:

— Это холосо, сто моложеное холодное. Мне два!

— А не многовато для твоего горла? — тут же пришла в себя Светка. — На сегодня хватит и одного. Второе съешь завтра.

— Ластает! — Данила недовольно сморщил нос.

— Ничего, не растает, — вмешался в спор глава семьи, почему?то задумчиво глядя на меня.

Я побросал пачки обратно в пакет, завязал его и снова протянул его Светке, ухватившись за узелок.

— Сверху бери, — пояснил я.

Она осторожно, щепотью взялась за узел пакета и удивленно подняла глаза:

— Теплый!

Держа в вытянутой руке пакет, словно кусачую зверушку за шкирку, она двинулась к калитке. Я снова вернулся к машине и достал шоколадку. Протянув ее Даниле, спросил:

— Сам донесешь или помочь надо?

Тот энергично помотал головой и, ухватив плитку двумя руками, потопал следом за матерью к скрытой в глубине участка кухне. Я поднял свою сумку и двинулся за ними, бросив взгляд на Юрку, который как?то отрешенно начал ковырять ключом в замке, державшем створки ворот.

Пока Воронин загонял «восьмерку» во двор, я отнес свой багаж в давно облюбованную чердачную комнату. Свет заходящего солнца, струясь сквозь высокое окно, ложился на аккуратно застеленную узкую койку. В обитой светлым деревом комнате было тепло и сухо, пахло воском и какими?то травами. Спокойствие и дрема, казалось, были разлиты по этому небольшому помещению. Спокойствие и дрема. Именно то, что мне сейчас было необходимо.

Потом мы шумно смыли городскую и дорожную пыль в маленьком душе, весело приготовили ужин и съели его за столом, установленным под открытым небом, на свежем газоне в окружении цветущих розовых кустов. Пока Светка мыла посуду и укладывала Данилу спать, мы молча сидели с Юркой за столом. Он курил сигарету, пытаясь дымом отогнать собиравшихся над нами комаров, я наслаждался вечерней тишиной и прохладой, неспешно ковыряя ложкой остатки своего мороженого.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136