Ученик

— Что, старик, все бродишь? — спросил этот странный зверюга гулким шепотом. — Все ищешь проход в границах?…

— Ну какой же я старик, по сравнению с тобой… — ответил Странник изменившимся голосом, — …с Вечником…

Лаэрту словно что?то толкнуло. Она поняла, кто стоит перед ней, бросилась вперед и, ухватив Вечника за густую черную шерсть, начала трясти его, исступленно выкрикивая:

— Я должна его найти, я должна… Отправьте меня за ним…

Она не слышала, как бросившийся к ней Странник уговаривал ее успокоиться и пытался оттащить ее от Вечника. Она видела только грустные, умные глаза и слышала только свой умоляющий голос:

— Отправьте меня за ним…

И тут снова раздался голос Вечника.

— Девочка, даже если я найду способ отправить тебя в его мир, как ты сможешь его узнать? Ты же видела только Вепря. Ты не видела Илью в его собственном облике.

Но Лаэрту невозможно уже было остановить.

— Он сам меня узнает. Я ему нужна! Он сам меня узнает!… И еще у меня есть вот это… — Она выкинула вперед руку с мерцавшим на пальце изумрудом. — Это он всегда узнает. Даже если я найду его через сто лет!…

И неожиданно Вечник сдался:

— Ладно. Жду тебя через пять дней на дороге из Моха в Холм, у скалы, с можжевеловым кустом на вершине, — и грустно добавил: — Если ты одумаешься и не придешь, я буду рад.

Она не одумалась. Она вообще ни о чем не думала все эти пять дней. Она ждала. Она ждала, когда закончатся эти пять дней. Она ждала в назначенном месте, когда появится Вечник. Когда у приметной скалы Вечник подвел ее к странной, светившейся зеленым, трещинке, змеившейся поперек дороги, и начал бормотать что?то неразборчивое, она ждала, когда он замолчит. И он замолчал, и трещинка вспыхнула, словно вздохнув, и Лаэрта, не оглядываясь, шагнула через нее.

И вот она здесь, возле этой полуразрушенной деревеньки, в том загадочном, может быть, страшном мире, в котором она должна найти свою судьбу, своего пришлеца. Она сделала первый шаг в сторону ближнего маленького домика.

В это время на центральной площади недалекой Севильи в густом, темном, вечернем воздухе, отравленном гарью и смрадом сгоревшей плоти, дотлевал очередной костер аутодафе. По Земле шествовал 1495 год от Рождества Христова.

Часть 2. Ученик

1. Пробуждение

22 июля 1995 года.

Вам известно, как чувствует себя человек, уснувший сидя в неудобной позе и насмотревшийся во сне кошмаров? Особенно если, проснувшись, он обнаружил, что проспал около пяти суток!

Мне — известно…

Я сидел за письменным столом в своей спальне, уткнувшись щекой в кожаный переплет толстого томика и вдыхая въевшуюся в него пыль. Мои руки, лежавшие на столе кольцом вокруг головы, были сжаты в кулаки, а в ладонях остывало шероховатое тепло знакомых ласковых рукоятей.

Мои руки, лежавшие на столе кольцом вокруг головы, были сжаты в кулаки, а в ладонях остывало шероховатое тепло знакомых ласковых рукоятей. Взгляд открытых глаз слепо скользил по пыльной полированной крышке стола, освещенной светом непогашенной настольной лампы, а в душе стыл ужас, порожденный видением толстой книги, разрубаемой длинным сверкающим клинком.

Постепенно острый тоскливый холод в груди, который возникает после любого ночного кошмара, медленно, неохотно начал рассасываться, отползая в подсознание и грозя еще напомнить о себе. Я отлепил свое распластанное тело от стола и попытался встать из кресла. Это удалось мне не сразу. Все мышцы затекли и напрочь отказывались повиноваться. С трудом я разжал сведенные кулаки, повернул несколько раз из стороны в сторону голову, разминая затекшую шею, и, уперев руки в поясницу, прогнулся. После этой немудреной зарядки я направился в ванную, как всегда после сна, принять душ, ну и все остальное, и только включив воду, понял, что не чувствую себя заспанным. Напротив, внутреннее ощущение было такое, будто я вернулся в раздевалку после хорошей тренировки.

Явный разлад между вялым, затекшим от сидячего сна телом и бодрым, можно даже сказать, возбужденным состоянием духа я приписал своему яркому, запоминающемуся кошмару, посетившему меня во сне и взбудоражившему мою нервную систему. В любом случае я решил, что душ мне не повредит.

После энергичных водных процедур, во время которых меня удивила здорово отросшая на моей физиономии щетина, я пришел в привычное равновесие, а вспомнив, что сегодня день получения первой части моего ежемесячного жалованья, я даже начал напевать свой любимый мотивчик — арию Полины из «Пиковой дамы».

Отправившись затем на кухню и включив свой быстродействующий чайник, я соорудил себе два шикарных, очень сложных бутерброда, бросил в любимую кружку два пакетика «Липтона», залил крутым кипятком и, ожидая, когда чай заварится, включил телевизор.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136