Право на месть

В последний раз он был здесь два дня назад. Наташа сама позвонила ему, попросила приехать. Андрея не было. Вячеслав Михайлович был уверен, что Наташа будет говорить о нем. Но за весь вечер о Ласковине не было сказано ни слова.

Зимородинский был полностью очарован. Он изо всех сил внушал себе: эта девушка не для него.

Они проговорили почти три часа. Потом Наташа попросила его уехать, и Вячеслав Михайлович знал почему. Он уехал. И два дня давил в себе желание увидеть ее опять.

Но сегодня он приехал сюда не поэтому.

И вовремя. Еще не успев затормозить, Вячеслав Михайлович увидел мужчину, несущего на плече безвольно обвисшее тело.

Зимородинский не спешил. Успевает тот, кто не торопится.

Вячеслав Михайлович аккуратно припарковался на противоположной стороне, даже машину запер.

Естественно, тот провозился с замком дольше. Неприметный «москвичок» стоял у самого подъезда. Удивительно было, что человек этот совсем не боялся, что ему помешают. Что спросят, куда это он тащит полураздетую девушку. Но что характерно, никто из прохожих ему не помешал. Их было немного, и все глядели подчеркнуто в другую сторону.

— Помочь? — вежливо спросил Вячеслав Михайлович, останавливаясь.

— Чего?

Настороженный взгляд. Но разница в размерах всегда настраивает на уверенный лад.

— На хрен пошел! — почти без агрессии откликнулся на предложение здоровяк.

Бронежилет Зимородинский заметил издали, а вот компактный пистолет-автомат — только сейчас.

— А, ну ладно,- покладисто согласился Вячеслав Михайлович.

Он повернулся к здоровяку спиной, собираясь уходить. И с поворота ударил ребром ладони в основание шеи. И даже успел подхватить Наташу, когда здоровяк начал заваливаться вниз.

Пары секунд Зимородинскому хватило, чтобы определить: девушка просто в обмороке. Хотя чуткий нос Зимородинского уловил также слабый запах паралитика. Ладно. От этого не умирают.

Домой возвращать Наташу было глупо, поэтому Вячеслав Михайлович отнес ее к себе в машину и, оставив там, отправился на разведку. Заглянув со двора, он обнаружил разбитое стекло. Прислушался — вроде тихо. Тогда он рискнул.

Чутье подвело Зимородинского. Он не узнал Берестова. И не учуял опасности до самого последнего момента, когда пистолетный ствол уже был направлен ему в переносицу.

Звучный хлопок — пуля прошла в каком-нибудь сантиметре от его головы. Все-таки успел!

Боль пронзила позвоночник Берестова раньше, чем он осознал, что промахнулся.

Бесстрастное усатое лицо возникло в каком-то дециметре от него, и это было последнее, что Берестов увидел.

А последнее, что он подумал, было: «Прав Корвет. Действительно крутой».

Зимородинский со всей осторожностью заглянул в квартиру. Полный погром. И шесть трупов. Семь, если считать тот, что в подъезде. Нет, восемь. Того, в бронежилете, тоже придется отправить дорогой мертвых. Иначе неудобно может получиться.

У Зимородинского не было «похоронной» команды. Придется звонить в милицию.

Недурно бы еще знать, где и в каком состоянии Ласка?

Он узнал об этом только на следующее утро.

Эпилог

На сей раз здесь был день. Солнечный день. Такой жаркий, что Андрею захотелось сбросить с себя одежду. Густо пахло травой. И полевыми цветами. Вокруг поднимались молодые дубки, а немного подальше — старые, с морщинистыми, перекрученными ветками.

И полевыми цветами. Вокруг поднимались молодые дубки, а немного подальше — старые, с морщинистыми, перекрученными ветками.

Андрей услышал треск и гнусавое хрюканье. Он обернулся и увидел рывшуюся в земле дикую свинью. Свинья была размером с крупного ротвейлера.

Андрей свистнул. Свинья подпрыгнула на месте и уставилась на него. Он хлопнул в ладоши, и свинья бросилась наутек.

В ушах звенело от птичьей болтовни. Андрей полюбовался на мелких пичуг, шныряющих в узорчатой дубовой листве.

Он никогда не видел столько птиц. И столько дубов сразу он тоже никогда не видел. А уж чтобы лес состоял из одних дубов… Ни единой ольхи или березки.

Андрей оглядел себя: серая рубаха поверх таких же серых просторных штанов. Штаны поддерживались шнуром, а рубаха была подпоясана кожаным ремешком шириной в палец. Вот и вся одежда.

Он посмотрел вверх, на бледно-голубое небо с редким облачным пухом. Лучи белого солнца разбрызгивались в дубовой кроне.

«Здесь хорошо,- подумал Андрей. И добавил из осторожности: — Пока».

Словно отвечая его мыслям, издалека донесся барабанный топот копыт.

Пригнувшийся к холке всадник выскочил из-за деревьев и понесся прямо на Андрея. Прежде чем отпрыгнуть от налетевшей конской груди, Андрей успел заметить, что руки всадника свободны. Ни оружия, ни узды.

Конь и всадник пронеслись мимо. Нет, только конь. Всадник успел соскочить и теперь стоял рядом с Андреем.

— Здравия тебе, братко,- проговорил он, слегка задыхаясь.- Давно не виделись!

Конь остановился поодаль и принялся пощипывать траву.

— Привет,- отозвался Андрей, в свою очередь оглядывая «двойника».

— Вижу — окреп! — с удовольствием проговорил «двойник», шутливо толкнув Андрея в грудь.- Силушка есть! Померяемся?

— Отчего ж нет? — улыбнулся Андрей, притопнув босыми ногами по земле.

Рубаха и порты его были свободны и удобны, почти как кимоно. Вспомнилось отрочество, когда Зимородинский водил их тренироваться «на природу». Правда, такой замечательной природы вокруг Питера не водилось.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108