— Ну,- наконец спросил он,- что стряслось?
— Папеньку изловили,- сообщила Оксана тихо.
— И в клетку посадили, и надпись написали… Что значит «изловили»?
Присев на массивный бампер триколеса, Вадим усадил девушку рядом, взял ее руки в свои, продолжая делиться теплом.
— То и значит,- сказала она.- Вы ж помните, как толковал он про своего нутряного Зверя? Его и подловил чужак, а с ним — папеньку.
— Какой чужак? — спросил он.- Хозяин? Мы ж его изолировали!..
Оксана помотала головой:
— Другой, в людском обличье. Ночью пришел.
— Ногами, что ль?
— Не своими — железными.
Все?таки заразил Михалыч дочь странностью своей речи — вычурной, перенасыщенной образами. Теперь вот разбирайся!
— Ходульник, да? Так это был Шершень? Один?
— Много. Однако прочие не в счет. Да мы б и отбились, кабы не их главный.
— «Король»? — догадался Вадим.- Вот где он всплыл!..
— Он приказал, и папенька открыл ворота. Я не успела задержать, и вряд ли б смогла. Хорошо, пальнула из гранатомета по ходульнику, подбила лапищу, а то бы не спаслась. Папенька?то гнался за мной, вместе с парой шипастых,- но, видно, не изо всех сил, иначе б не убежала. А со мной припустил Бэк, хитрюга мохнатый.
— Где машиной?то разжилась?
— Так держали же в сарае на случай — всего и надо было, что рощицу пересечь!.
. А в ней ловушек полно. Кто?то даже попался — из догонял.
— А это что за чудо? — Вадим кивнул на пацана, уже выбиравшегося из машины.
— То Алеха?слухач, сын охотника Мирона,- ответила девушка.- Разве не помнишь?
— Такое не забывается — как страшный сон. «Ты не слухай их», верно? — спросил он.- «Пусть себе зовут!»
Малец шмыгнул носом и кивнул с солидностью.
— На дороге подобрала,- добавила Оксана.- Взрослые подсмеиваются — вот он и решил добыть Хозяина.
— Не слабо! — качнул головой Вадим.- Старичок, ты показался мне разумней.
— А это видал? — распахнув пальтецо, Алеха показал гирлянду миниатюрных гранат, развешенных по груди.- Мне Гризли напривозил — по одной за ходку. Знаешь, как бахают!..
— Голову оторвать твоему Гризли,- проворчал Вадим.- И в гостиную вместо трофея. Чем он думает?
— Да ладно, чего там!..
— Дома не хватятся? Папка небось с ума сходит.
— А неча насмехаться! — непримиримо отрезал малец.- Умру, а себя докажу!
Из кабины скакнул к Вадиму косматый зверь и обрушил тяжелую башку ему на колени, словно давнему приятелю.
— И тебе привет, Бэксик,- обрадованно сказал Вадим, в две ладони меся могучий загривок.- Хорош, хорош!..
Песик и впрямь впечатлял. Конечно, не чистых кровей — так и не надо. Наверное, тут скрестили ирландского волкодава с кавказцем, а может, еще и с волком — судя по загадочным прозрачным глазам. И получился зверюга, превосходящий родителей силой и проворством. А имя пса указывало на известную начитанность Михалыча. Кто сейчас помнит Лондона с его «Зовом предков»?
— Ладно, поехали,- сказал Вадим, поднимаясь.- Теперь поведу я — никто не против?
Он уложил двуколесник, слегка помятый после падения, в кузов автомобиля и сел за руль. Джипик оказался вполне бодрым, несмотря на преклонные года. Пластиковые бронещиты, закрывавшие машину с боков и спереди, не слишком ее утяжелили, а мотор тянул как молодой. Лишь бы не случилось на пути новых загонщиков — но за этим приглядит мысле?облако .
Оксана затихла в соседнем кресле, однако продолжала жаться к Вадиму, словно продрогла до костей. Алеха в своем углу смачно лузгал семечки, сплевывая в исцарапанный кулачок. По сторонам он поглядывал, но без особого интереса. Похоже, тутошняя жизнь была бы ему скучна. Вот гонять зверье по лесам — это да!.. Бэк дремал, едва уместившись у Алехи в ногах.
Проезжая помойки, Вадим почти у каждой замечал маргиналов, влезших в ящики едва не по пояс,- по двое, по трое. Если в Крепости расцвело махровое средневековье, то эти и вовсе вернулись к собирательству, точно пещерники. Сосредоточенно они разгребали мусор, набивая растянутые карманы, иногда сразу совали в рот. Рядом громоздились драные пластиковые пакеты, некоторые даже обзавелись колясками. Дворняги не гоняли их, и даже Псы словно не видели,- вероятно, потому, что маргиналы сильно облегчали вывоз мусора, устраивая вторичную переработку.
Бедняги казались пришельцами из иного мира, живущего по странным правилам. И какая судьба им уготована? Может, для того их и прикармливают, чтоб устроить Большую Охоту. Как на кошек и собак годом раньше. И похожие «дяди Проши», местные цари природы, будут гоняться за маргиналами с железными крючьями, добивая тех, кто спасся от пуль.
— Вот и приехали,- сказал Вадим, впритирку проводя джипик меж гранитными надолбами, перегородившими улочку, словно погранстолбы. Колесник посолидней тут бы не протиснулся — хотя для таких найдутся другие ходы, возникни надобность.
Помимо укрепленного поселка росичи пустили прочные корни и в самом Городе.
Большинство их данников гнездилось вблизи речного вокзала, где помещалась росская база. Другая резиденция росичей, куда менее известная, располагалась в бывшем, Дворце Спорта, посреди обширного дикого парка.
На вокзале заправлял росский вожак Скиф, давний знакомец Вадима, кряжистый и сивогривый, чем?то похожий на Бату — наверное, вислыми усами. Хотя заправлять особенно было нечем, поскольку в подчинении Скифа осталось человек пять, а прочих поглотило Шершневое Гнездо, с утра переименованное в Подземный Замок.
Зато с приездом гостей забот у вожака прибавилось сразу и намного. Ибо не успели те подняться в его кабинет, как на привокзальную площадь выкатили четыре Псиных триколеса и застыли против здания, нацеля пулеметы на окна. Очень впечатляющая картинка — такой здесь не видели со времен Отделения.
— По?моему, я уже встречал эту четверку,- заметил Вадим.- Вот привязались!..
— Не нравится мне это,- откликнулся Скиф, угрюмо разглядывая машины.- С чего блюсты раздухарились?
— Это Боевые Псы,- поправил Вадим.
— Один хрен!.. Прежде себе не позволяли.
— Прежде и вас было тут больше.
Вадим не стал объяснять, что вообще?то, если подойти формально, первым напал на Псов он сам. Собственно, что ему оставалось?
— Думаешь, они знают об этом? — забеспокоился Скиф.- Дьявол!.. Может, садануть по ним для острастки?
— Ну, горяч!.. Прямо как молодой. И много у вас подствольников?
— Один.
— И только?
— «Всё для фронта», слышал? А сколько раздали!..
— Вот то?то,- сказал Видим.- Так что не лезь на рожон — еще не время.
Заслышав жужжание вертушки, он высунул голову в окно.
— А это кто — Шершни? — мрачно спросил Скиф. Похоже, он больше не ждал от жизни хорошего.
— Росичи,- возразил Вадим.- Руслан с Корнеем.
— Ну!.. Это кстати.
«Ворон» спланировал на плоскую крышу вокзала, и если им действительно управлял Руслан, то мастерства в нем явно прибавилось.
Только затихли лопасти, как на плиты спрыгнул гигант в Шершневых доспехах, уже перекрашенных в бежевые тона (хорошо, не белые), и побежал к дальнему краю, зажав под мышкой шестиствол. Его напарник, оставшись в кабине, нацелил на площадь плазмомет, грозно поводя им из стороны в сторону.
Демонстрация возымела действие: триколесы отступили на приличную дистанцию и снова выстроились в ряд, наставив стволы.
Тотчас Руслан забросил пулемет на плечо и по винтовой лестнице сбежал вниз, в перегороженный стеклянными стенами зал, где возле окон засели росичи с огнестрелами, пока стараясь не маячить. Приблизясь летящей поступью, юный великан сдержанно кивнул вожаку, радостно улыбнулся Вадиму, застенчиво поклонился Оксане. Он уже совершенно оправился после ночных потрясений (что значит «мертвая вода»!) и выглядел даже цветущим, исполненным сил. Недавнее ранение, почти равное смерти, не прибавило ни слабости его телу, ни робости душе. И он уже перешел в новое качество,- это читалось в его сознании.
