Внезапный и слаженный штурм поначалу ошеломил оборотней. Многие оказались опрокинутыми прежде, чем сообразили хоть что?то, двоим свернули толстенные шеи («ох и трудная эта работа!»), одного даже загрызли. Но было их все?таки намного больше, а вампиры уже разобрались в ситуации и спешно организовывали оборону. Хотя вперед пока не лезли — берегли себя, драгоценных.
К колдовскому кольцу серки не прорвались. Для верности на их пути встал Леднев, окружив себя лучшими слугами. За ним плотной стеной выстроились прислужницы, оберегая своих хозяек. Ударившись о заслон, атакующий клин расплескался по сторонам, вовлекая в потасовку все больше нежити. Прикрываясь оборотнями, Леднев пытался зацепить кого?нибудь из серков властным лучом , будто именно у него открылись вакансии. То ли он оказался ответственнее Волкова, то ли инициативнее, то ли не столь озабочен выживанием — во всяком случае, выкладывался куда больше, старшего наперсника, действовавшего лишь «за страх».
А скоро оборотни сами ринулись в атаку, набрасываясь на серков по двое?трое, пока те пытались уволочь захваченных самок, зажав под мышками. Задача нежити осложнялась тем, что укротить дебоширов следовало без крайних мер: убийств или глубоких ранений,- и это выравнивало силы. К тому же, привлеченные шумом баталии и женскими воплями, в пролом ворвались еще пятеро буянов, пылающих гневом и неспадающей похотью. И тут чаша весов опять закачалась. А если сбегутся прочие серки?.. Как тогда с численным перевесом?
— Ну, натворили дел! — хмыкнул Брон, качая головой.- Кто мог ожидать?
— Не иначе Юстиан с Гогой наворожили,- откликнулся Вадим.- Они ж обещали подправлять сюжет!..
— Может, нам тут и делать нечего?
— Если бы! — буркнул Вадим, устремляясь сознанием к Глазу.
Очень ему не хотелось туда соваться. Даже сумеречное Зазеркалье казалось родным в сравнении с холодом и мраком, веющим от странного существа. Подумаешь, Зазеркалье!.. Всего лишь Подвал Вселенной, преддверие Порядка. А вот внутри Тьмы любому покажется кисло. Что там можно понять, до чего докричаться? Самому бы не увязнуть.
Все же Вадим проник облаком в сознание Глаза, вообще?то мертвое — мертвее любого из колдунов, а может, даже их загадочного властелина. Однако продолжавшее безмолвно вопить от боли и ужаса, будто терпеть такую стужу было не под силу и мертвым.
Что есть Тьма? — убеждал он себя. Всего лишь наше неумение узреть Свет, наша слепота! У нее нет надо мной власти, ей не за что зацепиться во мне — значит, и бояться нечего.
Так что ж происходит? Луч Глаза создает на зеркале лишь половину оборота, иначе бы Паучихи там не удержались. Но сам проходит его насквозь, уже насыщенный здешними чарами, и устремляется по Зазеркалью к тивишникам, впечатывая заклятие в души зрителей. А значит, можно попытаться устроить ночь открытых Окон. «Если повезет чуть?чуть…»
— Упритесь крепче,- призвал Вадим.- Сейчас тут «грянет буря»!
Богатыри послушно растопырились меж парапетом и стеной, притиснув ведьм к себе, напружинили мысле?тела , будто покрывшись блестящей пленкой — той самой, что делала непрошибаемыми доспехи Шершней. На всякий случай Вадим растянул над балкончиком еще и свою Защиту. Ну, можно начинать…
Зеркало вдруг исчезло, распахнув посреди зала устрашающий провал — то ли жерло проснувшегося вулкана, то ли глотка чудища. Со всех сторон туда с воем ринулся воздух, будто в открывшийся космос, а от стен протянулись ветвистые разряды, оглушая пронзительным шипом, слепя сиянием.
Конечно, первыми в дыру обрушились Паучихи, не успев даже вскрикнуть. А следом засосало еще многих, оказавшихся в опасной близи,- рабынь, прислужниц, оборотней, серков. Одним из первых туда кувыркнулся Тигрий, так и не проснувшись. Даже Леднев не уберегся — впрочем, как раз он стоял на краю. Зато Волков и тут проявил редкую живучесть, среагировав на изменение ситуации с резвостью истинного вампира. Только разверзлось Окно, как он нырнул под стол, вцепившись в прочное основание.
Судя по стартовому ускорению, все провалившиеся могли долететь по Зазеркалью до самых тивишников. Но дальше ситуации разнились — в зависимости от габаритов. Худенькие рабыни с легкостью пронижут стандартный экран и вывалятся в клетушки крепостных. (И повезет же некоторым!) Фигуристые прислужницы тоже протиснутся, хотя впритык. Вот Паучихи скорее всего застрянут в тивишниках пышными задами. А у чудовищных оборотней и громадных серков и вовсе не было шансов — разве голову сумеют просунуть, пугая зрителей щелкающими оскалами.
Затем Окна закроются, и что случится тогда? Хотя, наверно, еще раньше застрянцев выпихнет обратно встречным напором воздуха. И пойдут они блуждать по Зазеркалью, пока не наткнутся на подходящее Окно.
— И хватит с них,- сказал Вадим, поднимаясь в полный рост.- Студия себя исчерпала — занавес!
Вскинув руку, он послал огне?шар в злосчастный Глаз, разнеся его в клочья, а вдогонку пустил несколько молний, обращая клочья в пепел. Наверно, это было убийством. Но ведь кто?то должен это сделать?
Следом за ним распрямились остальные, глядя на устроенный внизу бедлам. От оборотней осталась в зале едва треть, и теперь они примерно уравнялись числом с серками. Почти всю мелкоту засосало в открывшееся жерло. Лишь немногие уцелели, закатившись под столы. И первым оттуда выбрался вампир, затравленно озираясь.
Задрав голову к потолку, Волков узрел четверку «сильномогучих» богатырей, если уже не героев. Затем, окинув лучом зал, сосчитал немногих своих «птенцов», удержавшихся от обвала. (Остальные не стали б его слушать.) Потом бросил взгляд на Окно, быстро стягивающееся к центру. И вдруг исполнил трюк, который и сам от себя вряд ли ждал: стремительно разогнался и нырнул в исчезающую дыру — только подошвы сверкнули. В следующий миг там уже мерцало зеркало.
Что значит опыт! В такой ситуации этот выход едва не лучший, и найти его в считанные мгновения… Кто сказал, что живучесть — не талант?
Только захлопнулась створка, как оборотни съежились в заурядов, попадав на пол брошенными марионетками. Спустя десяток секунд из?под стола выбрался голый Милан, чудом переживший здешние шторма, и тоже принялся озираться, крупно дрожа, точно продрогший мышонок.
— С этими разобрались,- произнес Брон, довольно ухмыляясь.- Кто на очереди?
2. Колдовские угодья
Чтобы не терять времени, они вернулись в шахту, устремившись по штырям вниз, и спускались долго, накручивая виток за витком, проскакивая этажи,- пока Эва не распахнула в стене новую дверь.
Отсюда начинался новый лабиринт, куда запутанней верхнего и выстроенный по иным нормам, понять которые было не проще, чем с ходу овладеть чужим наречием. Прямые углы и ровные поверхности пропали вовсе, и даже тоннели больше не следовали по прямой, а скручивались в бесчисленные кольца, пересекаясь с изощренной причудливостью. Сложная вязь покрывала стены сплошным узором и вполне различалась в свете багровых ламп, тянувшихся понизу редкой цепочкой.
— Пора разбегаться,- объявила Эва, затормозив на перекрестке.- Собственно, и раньше ни к чему было сбиваться в толпу!
— Все ж вместе теплее,- возразил Вадим.- Я готов отбиваться от «скопища врагов», но — спина к спине. А если б еще и «чувствовать локоть»!..
