— Мне с тобой скучно,- сказала Кира на прощание.- Мне с тобой спать хочется. Причем постоянно.- И чмокнула в щеку.- Чао!
Из окна Вадим проследил, как девушка выбежала из подъезда, впорхнула в притормозившую на секунду машину — бесшумную, неприметную, тут же исчезнувшую, за поворотом,- и ощутил разом грусть и облегчение.
С одной стороны накрылись эти уютные маленькие радости, связанные с ленивой побудкой, нежностями и шалостями в постели, неспешным наведением марафета, взаимным обхаживанием, превращаемым едва не в эротическую игру… с благодушной трепотней за изящно сервированным столиком.
С другой — наконец?то Вадим был один, впервые за столько времени. Словно в анекдоте про схоронившего жену грузина: «Адын, савсэм адын — вах, вах… Савсэм адын, да? Асса!..»
Не одеваясь, он прошелся по комнатам, проверяя все закутки уже на отдохнувшую, ясную голову. Но место и впрямь оказалось чистым. Даже Эва сюда не заглядывала, увы. Где ее?то теперь носит?
И где носит Шершней? Ведь уцелело их немало, и все в латах, при оружии. А к этому не менее трех вертушек и столько же ходульников. Грозная сила!..
Вопрос: где Шершни прячут технику? То ли у них запасная база, то ли их приняла Крепость — если Рой вправду ее детище. Во всяком случае прочесать окрестности не помешает, благо у росичей теперь преимущество в воздухе.
Отодвинув от стены шкаф, Вадим принялся выгребать из ниши свои приборы, расставляя по комнате. И перебирать книги, накопленные за столько лет,- прикидывая, какие из них стоит освежить в памяти, и с сожалением убеждаясь, что помнит все наизусть.
Будто его прибывающая жизне?сила взялась и за память, подпирая энергией каждую ячейку, разгоняя временной туман.
Итак, от Шершней следы ведут в Крепость, размышлял Вадим, копаясь в вещах. Уж не на самый ли верх? Ну, не к Первому, конечно,- иначе он не стал бы науськивать на Шершней спецгардов. Но кто?то из Глав вполне мог замараться. Кстати, объяснимо: не имея сил на открытый террор, Рой используют для темных дел, с его помощью устраняя конкурентов, оппозицию, просто несогласных. А заодно наваривая, где только можно, благо «свободный мир» всего в шаге.
Или наоборот: это Главы подчинены Шершням? В самом деле, каким должен быть правитель, чтоб ему повиновалось такое чудище, как «король»!.. А на сотрудничество они не пойдут — здесь уж кто кого подомнет.
Нет, помотал головой Вадим, еще одной ступеньки я не выдержу. Это куда же нас заведет!.. В любом случае с крепостниками надо разбираться — пока по крутарям не ударили всеми силами, разнеся вдрызг их непрочный союз. Кажется, параллельные миры: Крепость и частники — наконец пересеклись. И чем это чревато — аннигиляцией?
Вадим вздохнул: кому интересны домыслы? У крутарей слишком здравый ум, чтобы на таком шатком фундаменте строить политику. Требуются факты, а где их взять? Через Киру? Бог мой, слишком опасно! — испугался он, вспомнив Алису. И Алекс меня к верхам не подпустит. Кто я для него? Неуправляемый, своевольный субъект, способный самому Первому свернуть шею… ну, не свернуть, ладно, а, скажем, выкрасть его. На месте Алекса я поостерегся б с таким связываться, а он в своих делах не дурее!
Какие остаются подходы — Главк, Студия? Черт, больше ничего в голову не приходит… Хотя (машинально Вадим бросил взгляд в окно) есть ниточка. Как же я забыл!
Он сунулся в свой старенький сюртук и удивленно фыркнул: опа?на! Всего?то пару деньков не надевал, а не втиснуться. Уже предвкушая, Вадим взялся за брюки, еще недавно свободные, и с трудом натянул на себя. «Ну и бедра!» — как говаривала медичка в травмпункте. Сваи бы из таких делать.
Нехотя он подошел к зеркалу, куда давно не заглядывал, и ужаснулся: вот так образина!.. То есть вообще даже красиво (для тех, кто понимает), но очень уж из ряда вон. Пропорции — героические, разве голова великовата: не один к девяти. И кто утверждал, что больше унции в день не нарастить? Похоже, тут счет идет на фунты, если не на пуды. Даже если всю последнюю еду пустить на билдинг… И сколько это выйдет?
Кое?как одевшись, Вадим вышел из дома и по знакомой тропке направился к общаге, в которой не был с того памятного утра, когда узнал про гибель Алисы. Следующей же ночью потерял Юлю, на другой день встретил Эву — и пошло, завертелось: крутари, найты, Шершни!.. Не то чтобы наведаться, вспомнить было некогда. А ведь остались неясности.
На всякий случай Вадим отвел взор старушки?придверной, благо тот уже мало отличался от луча, и по стертым ступеням поднялся на самый верх. Конечно, к этому сроку общага опустела, словно вымерла. Если кто и задержался дома, то в коридор носа не казал, дабы не напороться на бдящего домового. (Потом доказывай, что не верблюд!)
К счастью, массивная дверь, стерегущая верхний этаж, открывалась прежним кодом, и к ней не пришлось применять силу. Зато следующая, охранявшая покои Марка, на уговоры не поддалась, а потому подверглась взлому, хоть и предельно щадящему.
Ласковый насильник, ну да! — усмехнулся Вадим и вступил в квартиру свежевыпеченного «отца», из которой тот наверняка уже выехал. Теперь благоденствует где?нибудь в Центре, наслаждаясь положенным комфортом, плещется в личном бассейне.
Хотя здешние покои тоже были не бедными, если сравнивать с прежней конуркой Вадима. После убийства в квартире не прибирали, и вообще вряд ли кто ее посещал, разве сам Марк забегал за самым насущным. А может, не забегал — ему и на новом месте все подготовили.
А может, не забегал — ему и на новом месте все подготовили. К чему помнить о прошлой жизни? «Отряхнем его прах…»
Мягко ступая по ковру, Вадим прошел в спальню, где якобы всё и случилось. С порога внимательно огляделся, чтобы составить общее впечатление.
Оказалось не так страшно. Если кто порезвился тут, то уж не Мститель, при котором кровь и клочья фонтанировали, зашлепывая все вокруг. Правда, и тут хватало бурых пятен, однако наносили их вовсе не с такой силой, когда от каждого шлепка брызги разлетаются на метр. Здесь расстарался человек, только желающий сойти за Мстителя. И на мясорубов не похоже: те подходили к делу с душой. (Или что там у них?) А в этой имитации ощущался расчет.
Итак, подумал Вадим, есть два вопроса: кто убил и кого? Ведь всё со слов — сыскарей, Бондаря. Как можно им верить? Если б тогда допустили к телу, уж я бы определил, принадлежит ли оно Алисе. Но где теперь искать останки!.. И не хочется, если честно.
Однако кого?то здесь убили — я чувствую, вижу . Наверняка женщину, наверняка — молодую. И достать убийц необходимо. А кто подпадает под подозрение, если исключить чужих? Круг?то знакомых не слишком широк. Тимка был со мной, да и какой из него убийца!.. Марк? Ему?то зачем? Или он и есть тот загадочный некто, с кем Алиса делилась Хаосом? Как?то не вытанцовывается, нет…
Со вздохом Вадим приступил к обыску квартиры, помогая себе облаком . Но ничего не нашел, хотя обшарил каждый сантиметр. После Мстителя остались бы шматочки плоти, залетевшие в укромные места,- не говоря о прочих следах, достаточно характерных. Мясорубы в своем исступлении натоптали бы отпечатков, измазюкали б пятернями двери. А тут лишь озерца крови да обрубок тела. Голову, кисти, ступни как нарочно уволокли.
