— Ты же видела «Хищника», «Чужого», «Темного ангела»? — откликнулся Вадим.- Классика жанра, да… Когда с командой профи, вооруженных до зубов, расправляется единственный пришелец. Вспомни Мстителя!
— По?твоему, они с другой планеты?
— Скорее из другого мира. Но суть не в том. Просто эти существа не по зубам обычным людям, сколько тех ни натаскивай. Это иное качество. Мертвецы куда ни шло, но оборотни, вампиры!.. Люди против них медлительны, точно ленивцы, и беспомощны, как кролики. И если мы не сможем себя изменить…
— Насколько? — спросила Кира.- Чтобы самим сделаться такими же?
— «Мы пойдем другим путем»,- с усмешкой сказал Вадим.- Может, параллельным, но к иной цели. На ступеньку уже поднялись — по крайней мере, некоторые из нас. Лично меня оборотни не страшат. Две стычки с ними я пережил, третья должна стать решающей. А там и за вампиров примемся. Если бы среди людей не выделялись Охотники, человечеству давно бы настал каюк. Прокормить такую ораву кровососов — представляете? К тому ж нежить всегда, по сути своей, карабкается наверх, упиваясь властью по ноздри.
— Допустим, они столь сильны, как ты описываешь,- нехотя отступил Алекс.- Разве это за пределами человечьих резервов? Если кто?то сумел их задействовать…
— Дело не только в мощи и проворстве вампиров,- сказал Вадим.- Они подминают слабых простым усилием воли — те сами идут под нож, как бараны. А таких, увы, большинство — уж и не знаю, как его назвать: подавляющим или подавляемым. Не объяснять же вам, где оно сконцентрировано?
— По?твоему, следы ведут в Крепость? — с сомнением спросил Алекс.- И куда конкретно?
Вадим пожал плечами:
— Вам лучше знать.
— Хорошо, сделаем еще допущение,- отошел шеф на новый шажок.- То есть, что в Крепости существует разветвленный заговор против Первого. Реально на эту роль могут претендовать две конторы: силовики и духовники. Первых, от блюстителей до репрессоров, возглавляет Бондарь, вторых — патриарх Ферапонт.
— С Бондарем уже имел удовольствие,- сказал Вадим.- А вот что за птаха верховный поп?
— Весьма благочестивая особа, весьма! — с усмешкой ответил гардеец.- Нынешнюю вечеринку он осудил бы со всем пылом, а особенно — наш непристойный вид. И своего соседа по Храму, беспутного Режиссера Банджуру, он кроет на каждой проповеди, призывая едва не к сожжению. К счастью, святоши пока не имеют таких полномочий.
— Пока! — подчеркнул Вадим.
— Пока! — подчеркнул Вадим.- Уж что?что, а полномочий у них прибывает с каждым днем. И не похоже, чтобы Первый препятствовал.
— Матвеич — старая лиса, он привык играть на балансе сил. Однако сейчас это делать непросто. Удивительно, но здешние ведомства почти не конфликтуют между собой. Как известно, у нас нет армии, и даже Бугор контролируют репрессоры — если он вообще нуждается в контроле. Им же подчинены Псы, режимники, почти все гардейцы. И если Бондарь в самом деле затеял крамольное, нужны доказательства, чтобы остальные всполошились.
— А почему не садануть по нему прямо сейчас?
— Но ты ж не станешь резать поросенка, прежде чем он вырастет в кабана?
— Я вообще вегетарианец,- с брезгливостью возразил Вадим. Его даже передернуло от такой картинки.
— Так ведь и я не ем скотину — однако забивать приходилось.
— А человечину вы не жрете? — мрачно спросил Вадим.- Собственно, какая разница! Убить человека или слопать его — неизвестно, что хуже. В конце концов, гусениц мы тоже не едим.
— Ты ж не будешь обниматься с грязнулей? — парировал Алекс.- Однако ударить не побрезгуешь. Это вопрос гигиены и традиций — мораль тут ни при чем.
— Ну да, еще расскажи трогательную историйку из жизни убийц,- фыркнул Вадим.- Мало киношники этим пичкали! Что душегубы тоже люди и способны на возвышенные чувства,- а если пришьют кого, так ведь жить?то надо? И потом, «у каждого свои недостатки». Одни за столом чавкают, другие человечиной не брезгуют.
Случайно, испытанием на пригодность здесь служит не убийство? — подумал он. Мол, вот вам готовый янычар! Надо, родной мамы не пощадит — пока не признает в ней родню. А измена Семье сразу исключает виновного из внутреннего круга — значит, и его не жалко в расход!.. А каков тут обряд инициации? Лишают девственности на общей линейке либо и вовсе пропускают сквозь строй?
А парней отправляют на вольную охоту, голыми и безоружными, чтобы принесли голову «плона», вздумавшего погулять в ночное время. Или же голову «пленки». Вот и еще одни возможные охотнички на ведьм!..
— Странно, что вы базируетесь не в Центре,- сменил Вадим тему.
— Последнее время Первый редко покидает островную резиденцию. Вот мы и обосновались между островом и Центром, чтоб успевать следить за всем.
— Я понимаю, охрана — не единственная ваша функция,- сказал Вадим.- Но ведь из основных? Не ожидал застать тут столько народу.
— Как раз сегодня Савва отпустил почти всех, запершись на острове,- объяснил шеф.- Поэтому мы и собрались в Школе, что бывает не часто. К тому же,- Алекс улыбнулся едва не с нежностью,- у нас юбилей. Ровно дюжину лет назад…
Не удержавшись, Вадим хмыкнул. Гардеец вопросительно поднял брови.
— И юбилеи поменялись,- сказал Вадим.- Раньше?то праздновали десятилетия. Всё течет.
Для приличия Алекс улыбнулся.
— Что ж, пора подкрепиться,- заметил он.- У ребят скопилось достаточно слюны.
И подал подчиненным пример, вгрызаясь в куриную грудку. Те, видно, того и ждали, и несколько минут в холле не смолкал смачный хруст, дополняемый музыкой, льющейся из четырех углов. Здоровые организмы требовали энергии, а их владельцы не привыкли себе отказывать, хотя при надобности могли голодать сутками.
Однако насытились быстро, а объедаться не стали, ибо каждый следил за формой. И сразу переключились на танцы, сделав музыку громче,- будто следовали заведенному порядку. Затем наплевали и на порядок, войдя во вкус вседозволенности.
На время о разговоре забыли, развлекаясь с полной отдачей.
Кто?то снова направился в парилку, чтобы хорошенько пропотеть, кто?то вернулся в бассейн, кто?то принялся истязать себя и желающих водным массажем, струи которого едва не сбивали с ног. Изначальное разделение на пары и тройку не соблюдалось, поскольку каждый вытворял что хотел, и объединялись теперь больше по интересам. Сам Вадим то оказывался в парилке с Изольдой, норовившей разлечься позавлекательней, то бросал, вдвоем с Тором, мячи в теплом водоемчике, то танцевал в обнимку с Кирой и Клэр, четвертым прихватив Роланда. Однако ему, как и Алексу, это надоело раньше других. Сказывалась, видно, разница в возрасте.
Придвинув кресла к камину, словно Холмс и Ватсон в известном сериале, они снова затеяли дискуссию, поглядывая на дружную троицу, выплясывавшую по центру. Современные танцы Вадим жаловал еще меньше, чем музыку. («Ну дайте же старику поворчать!») Но здешние ребята умели двигаться, к тому ж двигать было чем, особенно у Изольды. Ее попка выписывала в воздухе такие кренделя, что впору было хвостик прилаживать. Зато у парней спереди мотались коротенькие отростки, доставляя им явные неудобства. Все же к такому зрелищу следовало привыкнуть — бедные женщины! Может, потому греки и не пускали их на стадионы? Древние — они ведь мудры.
