— У меня такое чувство,- сказал Вадим,- будто все решится в течение суток — либо чуть позже. Во всяком случае набрать полную силу нам не дадут. Придется дозревать по ходу дела — если оно вообще окажется решаемым.
Придется дозревать по ходу дела — если оно вообще окажется решаемым.
— «О сколько нам открытий чудных готовит…» Собственно, кто?
— Вот завтра и узнаем.
— Особенно не разгоняйся там,- посоветовал князь.- Не забывай о тылах. Нужно лишь прорвать брешь и не дать ей затянуться до подхода главных сил.
— Стратег! — усмехнулся Вадим.- Говорят, «главное ввязаться в бой»… а там дай бог ноги! — Он вновь протянулся сознанием к выключателю.- Не знаешь, Гога спит? Хочу наведаться.
— По ночам у нас теперь спят одни женщины, а мы уж днем наверстываем. Скоро и вовсе будем с ними переписываться.
— Если раньше нам не поотрывают руки,- бодро прибавил Вадим.- Готовьтесь — к вечеру потребуется вся ваша сила!
Торопясь, он разорвал связь с Броном. Но прежде чем отправиться к Гоге, вернулся в спальню наследника, поскольку затылком ощущал пристальный взгляд.
Эва еще спала, чудно разметавшись. А вот гардейка сидела на краю постели, обхватив колени руками, и глядела на Вадима, склоня голову набок. Пальцы на ее ногах беспокойно поджимались, захватывая простыню, словно коготки у взволнованной кошечки.
— Как тебя любят! — сказала Кира, то ли насмешничая, то ли удивляясь. То ли ревнуя.- Даже крутари, господи!..
Оказалось, она тоже разглядела на экране Брона, словно того показывали по тивишнику. Нет, все?таки мощная штука — эта подпространственная закоротка!..
— Уважают,- поправил Вадим.
— Нет, именно любят! Брон наверняка предпочел бы провести ночь с тобой, а не с женой — за беседой, конечно.
— Сейчас понесусь узнавать, уважает он меня или любит,- сказал Вадим.- А если уважает — то насколько; а если любит — то как.
— Безумно,- подсказала Кира.- Все вы, билдеры,- чокнутые!
— «Билдеры» в широком смысле? — спросил он.- Self?made?men — кузнецы своего счастья. А разве ты не такая?
— Хотя и творцы от тебя чумеют, и спецы… А Тим — тот и вовсе готов отдаться! Хотя завидует до сумасшествия. Скольких баб ты у него увел?
— Я никого не увожу. Все они дееспособны и ходят куда пожелают.
— Например, я? Еще бы я не желала!.. А теперь желания только прибавилось. Лучше б не пробовала.
Поежась, Вадим пробормотал:
— А что я говорил?
Мало ему прежних угрызений!.. Сам виноват: почему не устоял?
— Похоже, я завязла,- пожаловалась Кира.- Игры кончились, а к серьезным вещам я не готова.
— Ты слышала, о чем я говорил с Броном? — спросил Вадим.- Пережить бы еще пару дней, а там разберемся. У всех накопилось проблем.
Соскочив на ковер, девушка вдруг перебежала к нему и втиснулась между спинкой кресла и Вадимом, гибко обвив его талию ногами.
— Ну, поехали! — скомандовала она.- Так я еще не путешествовала.
— Зацепись за меня,- сказал Вадим.- Теперь ты сумеешь.
Кира в самом деле приникла к нему сознанием, накрепко сплетясь с Вадимом невидимыми нитями. И когда он вновь устремился мысле?облаком в Зазеркалье, то увлек за собой и легкое облачко ведьмы, по?настоящему проклюнувшейся только сегодня.
— Голова кружится! — услышал он ее мысли.- Что это?
— Не бойся,- откликнулся Вадим.- Сейчас мы вместе. Смотри по сторонам — т а к о г о ты еще не видела!
Он ощущал себя демоном, уносящим на крылах юную деву. В самом деле, они будто парили по этим зеркальным кольцевым тоннелям, лишенные веса и даже массы. Иногда зависали ненадолго возле светящихся экранов, чтобы Кира смогла полюбоваться на дремлющих крепостных, заклинаемых даже во сне.
Иногда зависали ненадолго возле светящихся экранов, чтобы Кира смогла полюбоваться на дремлющих крепостных, заклинаемых даже во сне. Вглядывались в настенные живые картинки, выхваченные из неисчислимого множества — наугад либо по наитию. И может, каждый видел там свое.
Затем Вадим отыскал Гогу и подключил к Сети его забытый тивишник — хорошо, тот вообще оказался в комнате. В отличие от князя, системщик оказался не один. По своему обыкновению к нему заявился с поздним визитом Тим, сегодня расщедрясь на целый «наполеон». А поскольку торт был великоват для двоих, они позвали еще Юстиана — тоже большого сластену. И теперь лакомились наперегонки, болтая с набитым ртом. Однако на появление Вадима среагировали мгновенно, разом повернув головы к тивишнику.
— Тортом не поделитесь? — спросил Вадим, озираясь.- Тоже мне, «три толстяка»,- дорвались наконец. И это на ночь!..
Как ожидалось, порядок тут был идеальный, каждая деталь уместна и продумана, все интересы и занятия хозяина учтены.
— Какие теперь ночи! — проворчал Гога, вглядываясь в экран, словно в окно.- Все перевернулось. После заката и начинается самая работа.
— Ну да,- поддакнул Вадим,- я вижу!..
Наверное, здешний тивишник показывал, что находилось перед вторым приемником,- будто оба экрана и впрямь сомкнулись в единое оконце. Заворочавшись за спиной Вадима, гардейка вдруг подняла ноги и уперлась подошвами в экран — surprise!..
— Я тоже,- хмыкнул Гога.- Должен заметить, твои ступни стали куда изящней! Тридцать шестой размер, не так ли?
— А я их знаю,- неожиданно заявил Тим.- Нагляделся в «вороне» — грех не запомнить. Хотя… где?то еще их видел — раньше. Или похожие?
— Что с тобой, старичок? — удивился Вадим.- Становишься наблюдательным. И память вроде крепчает.
В самом деле, уж ступнями Кира почти не отличалась от Юльки, разве подошвы чуть жестче. Семейное сходство, господа,- одна порода!.. А ведь и я мог догадаться намного раньше. Слишком банально, да?
— Чем еще порадуете? — спросил он.- Боюсь, у вас осталось совсем мало времени, чтоб из творцов сделаться создателями! А если не успеете, этот торт может оказаться для вас последним. Вы ж этого не хотите, правда?
Переглянувшись, Гога и Юстиан подхватили обеденный стол и перенесли вплотную к тивишнику, будто усадив Вадима четвертым (не считая пятой). Тиму пришлось догонять свое угощение, волоча за собой стулья. Все наново расселись, и даже Кира наконец выглянула из?за плеча Вадима, убрав от стола ноги — хотя они никому и не мешали.
— Эта штука работает, да? — спросил Гога, разглядывая пятерню Вадима, сложенную в Знак.- Конечно, пришел к ней по наитию? А мы вот не гордые, согласны копировать.
Его мысле?облако было уже достаточно плотным, чтобы оживить Знак, но толстые пальцы едва достигали требуемых позиций. Так что вышло у Гоги не с первой попытки, даже не с пятой. Зато Тим сразу соорудил нужную комбинацию — он всегда любил обезьянничать. И у Юстиана получилось неплохо: его пухлые кисти оказались неожиданно гибкими.
— Этот Знак лишь защищает,- предупредил Вадим.- Но есть другой, который поворачивает пространство на полный круг, отворяя в мысле?теле бойницу. И тогда оттуда может вырваться огне?шар .
— Малх научил нас создавать эти сгустки,- сказал Юстиан,- но лишь внутри мысле?тела . Твои же Знаки дают и защиту, и оружие. А вот сможет ли облако управлять огне?шарами ? Это намного повысило б их ценность!
— Почему нет? — спросил Вадим.- Можно попробовать.
— Боже упаси, только не здесь! — испугался Гога.- Существуют же полигоны, бункеры, камикадзе!.
— Существуют же полигоны, бункеры, камикадзе!.. Для этого я обустраивался?
— Куркуль,- проворчал Вадим.- Сластолюбец, жизнелюб… Говорю же: счет пошел на часы!
