Глеб тем временем многозначительно скосил глаза на мои пальцы, выискивая старинное кольцо.
— Не люблю колец, — выдержав его взгляд, сообщила я. — К тому же оно было громоздким и не нравилось мне. Я переплавила его на пирсинг.
По рядам пробежал возбужденный шепоток.
— О, какая пикантная подробность! — Глеб жадно воззрился на меня, гадая, в какой части тела может находиться серебро прабабушки.
— Украшение сейчас на мне. — Мне отчего-то захотелось его подразнить.
— Серебро? — ужаснулся ведущий. — Немедленно избавьтесь от него, Жанна! Иначе оно погубит вас!
Я машинально дотронулась рукой до пупка: серебряное колечко холодило даже через шелк. Непонятно почему, с пирсингом я чувствовала себя уверенно и раскованно. Стоило его надеть, как внимание мужчин было обеспечено. Никакой мистики, конечно, простая психология — кольцо придавало мне уверенности в своих чарах и зажигало в глазах искорки, на которые и клевали кавалеры. На работу я его не носила: хватило двух раз, когда меня просто преследовали своими приставаниями кавказцы на черных иномарках по пути к метро. А потом еще в офисе новый охранник не пропускал на проходной, вымаливая о свидании, а за обедом глубоко женатый менеджер по рекламе настойчиво приглашал к себе в гости в отсутствие жены с детьми. Совпадение, конечно, но с тех пор я окрестила пирсинг любовным талисманом и надевала крайне редко, хотя обожала его страстно. Последний раз я носила его в день роковой встречи с Жаном. Как чуя скандал с Горячкиной, я достала талисманчик для придания уверенности в себе. Увы, на Однорога серебряная безделушка не подействовала. Зато вампира как к себе приманила!
Вот и сегодня, в такой важный день моего боевого крещения, мне захотелось его надеть. Я совершенно не подумала о том, что оно из серебра! Как я могла забыть? Вдруг, металл способен отравить ослабленный иммунитет? Кажется, я уже чувствую слабость…
— Теперь мы знаем, где вы носите бабушкино серебро, — ухмыльнулся Глеб, проследив за моим жестом. — Ах, как жаль, что в вашем имени нет буквы «Д». Вы такая доверчивая, Жанна!
Чтобы скрыть смущение, я влила в себя глоток шампанского.
— Зато есть буква «Н», — проявила недюжинную сообразительность блондинка.
— Эн? — недоуменно переспросил Глеб.
— Наивная, — с триумфальным видом пояснила спутница Аристарха.
— Тебе, Нэнси, виднее, — улыбнулся ведущий, особенно выделив две «Н» в ее имени и заставив блондинку вспыхнуть. — У кого-то есть другие варианты с буквой «Н»? Подумайте хорошенько, а я пока заполню пробелы…
Глеб быстро дописал у двух букв А — «аристократичная» и «артистичная» и повернулся к публике, которая поспешила продемонстрировать свои познания эпитетов.
— Неотразимая!
— Незабвенная!
— Непредсказуемая!
— В точку! — одобрил Глеб. — Вряд ли наш друг Жан ожидал от Жанночки такой прыти, которая приведет ее прямиком в наш тесный круг.
— Нежная! — жеманно проблеял какой-то юнец.
— Кто-то уже проверил? — подколол ведущий и скорчил уморительную рожицу. — Как жаль, что не я!
— Независимая! — высказал свой вариант теннисист.
— Неискушенная, — четко произнес Аристарх.
— В самом деле, в точку! — восхитился Глеб. — Не обижайтесь, Жанночка, — он остановил мои возражения, которые уже готовы были сорваться с губ, — но в наших делах вы и в самом деле еще неискушенны, как младенец. Вас ждет много открытий и новых впечатлений.
Маркер коснулся доски, и рядом с первой буквой «Н» появился эпитет.
— И я думаю, никто не будет спорить с тем, что наша Жанна просто неотразима! — объявил Глеб и дописал последнее недостающее слово в моей шуточной характеристике. — Итак, — он подвел итог, — Жанна у нас — жизнерадостная, аристократичная, непредсказуемая, неискушенная и артистичная. Вот мы и узнали ее получше. А теперь пора познакомить Жанну с особенностями нашего тесного круга.
А теперь пора познакомить Жанну с особенностями нашего тесного круга.
Глуб крутанул доску, перевернув ее чистой стороной, и маркер в его руках запорхал, вырисовывая в столбик буквы «В», «А», «М», «П», «И», «Р».
— Итак, «В»! — провозгласил он.
— Вожделенный, — патетично выкрикнула звезда мексиканского мыла.
— Властный, — припечатал популярный продюсер.
— Восхитительный, — проворковала Нэнси.
— Воинственный! — пророкотал турок.
— Влюбчивый! — хихикнула его соседка.
— Веселый! — сверкнул глазами латиноамериканец.
— Вредный, — прыснула модель.
— Врун! — подхватила ее соседка, огненно-рыжая красотка.
— Тогда уж вертихвостка, — оскорбился соседкин кавалер — молодой мужчина, похожий на Тома Круза.
— Ах так? Вертопрах! — не осталась в долгу та.
— Голубки, не ссорьтесь! — вмешался Глеб и быстро вернул обсуждение к эпитетам. — Вампир и вечность — ассоциации, которые живут в веках. Думаю, никто со мной не станет спорить, если я напишу, что вампир — это ВЕЧНО… — Маркер замер у буквы «А».
— Алчный, — насмешливо подсказала я, опередив другие версии.
Глеб с интересом посмотрел на меня и, к удивлению, кивнул:
— Только не алчный, а алчущий, — он подписал эпитет и прокомментировал. — Алчущий новых впечатлений, открытий, знаний, знакомств. А также молодой… — Маркер запорхал по доске и замер у буквы «П». — Ваши версии?
— Прекрасный! — выкрикнуло сразу несколько голосов.
Громче всех вопила Нэнси. Кажется, бэк-вокалом ей служили голоса мексиканской актрисы и модели.
— Не буду спорить, — кокетливо тряхнул кудряшками Глеб, вписывая слово. — Теперь «И».
— Иррациональный, — блеснул интеллектом психолог Владислав.
— Инициативный! — кокетливо выкрикнула соседка горячего араба.
— Игривый! — промурлыкала рыжая девица, уже помирившаяся со своим кавалером-вруном.
— Лан, — шепнула я, — а почему среди гостей так много иностранцев?
Приглядевшись к собравшимся, я заметила, что вампиров с экзотической внешностью еще больше, чем показалось мне на первый взгляд. Почти каждый пятый!
— Это везде так, — охотно пояснила Светлана. — В любой нашей европейской тусовке полно азиатов и африканцев, а в индийской или японской — достаточно европейцев. Мы вынуждены переезжать время от времени, чтобы не вызывать подозрений у людей. По нашим правилам не позже, чем раз в десять лет, каждый из нас переезжает в другую страну и начинает жизнь заново.
— Значит, и мне придется? Ты мне об этом не говорила, — приуныла я.
— Ничего, это даже интересно! Новые знакомства, новая работа, новый стиль жизни, — подмигнула Лана. — Я, например, уже в пятой стране живу.
— Импульсивный! — выкрикивали тем временем свои версии разгоряченные вином и шампанским вампиры. — Идеальный! Искрометный!
— Изысканный, — веско сказала Инесса, и Глеб послушно вписал это качество в шутливую вампирскую характеристику и провозгласил:
— Итак, мы дошли до финального аккорда. Ваши варианты на букву «Р».
— Рискованный! — выкрикнул смуглый брюнет, в котором я узнала каскадера, пару лет назад часто мелькавшего в телешоу.
— Раскованный, — прогорланил турок.
— Ревнивый! — фыркнула неугомонная рыжая.
— Расточительный, — мигом среагировал ее кавалер.
— Раритетный, — усмехнулась манекенщица Моника, заставив усомниться в своих 23-х годах.
К моему удивлению, многие иностранцы говорили почти чисто, с едва уловимым акцентом, как у Светы. Наверное, жили в России уже долго.
