Я вошла в раздевалку и замерла при виде девушки с длинной русой косой, зашнуровывающей белые кроссовки. Коса была такой длинной, что ее пушистый кончик касался пола, пока девушка наклонилась на скамейке. Но самое главное, что на подошве кроссовки отчетливо виднелась марка — PUMA.
Красавица-модель с весенней обложки «Космо» выпрямилась и сощурилась, глядя на меня.
— Жанна, да?
Я молча кивнула, не сводя глаз с ее кроссовок.
— Заходи, чего стоишь? Не покусаю! — Девушка звонко рассмеялась, довольная своей шуткой.
Я осторожно ступила внутрь, борясь с желанием пуститься наутек и разыскать Глеба. Какие глупости! Можно подумать, что у маньяка с чулком была одна-единственная пара белых фирменных кроссовок на всю Москву.
— Откуда ты меня знаешь? — с опаской спросила я.
— Ну ты даешь! Я ж на вечеринке была. Ты меня не помнишь, конечно, мы не пообщались ни разу тогда. Я Лиля. — Девушка зашнуровала обувь, подскочила со скамейки, как мячик, и протянула мне руку.
Она оказалась ниже меня на целую голову и никак не могла быть высоким маньяком в чулке. Я расслабилась и осторожно пожала ее холодную ладошку.
— Поторопись давай, скоро уже начнем, — звонко сказала она и пружинящей походкой выбежала за дверь.
— Поторопись давай, скоро уже начнем, — звонко сказала она и пружинящей походкой выбежала за дверь.
Я быстро переоделась, чуть не сбила с ног Глеба, дожидавшегося меня в коридоре, и помчалась вслед за ним в тренировочный зал. Войдя туда, я изумленно распахнула глаза: в зале было человек тридцать народу, йога определенно пользовалась успехом в среде вампиров. Второе открытие было не столь приятным. Почти у каждого третьего в зале были белые кроссовки. Даже у Глеба.
Мое сердце пропустило удар. Глеб знал, где я была накануне нападения. Я сама сказала ему название переулка, когда он звонил мне на мобильный. Моя рука выскользнула из его ладони, и я сделала шаг в сторону. Но Глеб не успел удивиться: в зал вошел инструктор, и все присутствующие поспешили выстроиться в шахматном порядке вдоль зеркальной стены.
В следующий час мои соседи закручивались в такие бублики и узлы, что я чувствовала себя старой дряхлой колодой в сравнении с вампирами, которые были старше меня на несколько десятков, а то и сотню-две лет. Права была Светлана, когда внушала мне необходимость физических тренировок для поддержания хорошей формы. Вон она сама гнется, как акробатка, в то время как я, сжав зубы, безуспешно пытаюсь повторить акробатические подвиги инструктора. К счастью, к середине занятия, когда мы переместились на маты, мне наконец-то удалось рассмотреть подошвы кроссовок Глеба, и я расслабилась. Глеб носил «Адидас». Но его рост, сходный с нападавшим, и примерный размер ноги, заставили меня порядком поволноваться и напридумывать в голове целый триллер. В расслабленном состоянии мне даже удалось выполнить несколько элементарных упражнений и заслужить одобрение инструктора.
Закончилось занятие в полночь. На негнущихся ногах я доплелась до раздевалки и рухнула на скамью, с ужасом наблюдая за белыми кроссовками, заполонившими пол. К счастью, их хозяйки быстро покидали обувь в спортивные сумки, и я смогла спокойно переодеться, прислушиваясь к щебетанию соседок.
— Я такая голодная! — восклицала одна, залпом вытряхнув в себя половину бутылки с минералкой.
— Как я тебя понимаю! — вторила ей подруга. — Одной водой сыт не будешь.
— И почему в баре перестали продавать кровяные коктейли? — сетовала другая. — Завезли какие-то жалкие энергетические коктейли, как для простых людей.
— Ты же сама знаешь, — отвечала первая, — Аким против употребления крови сразу после занятий.
— Поэтому мне больше нравился Эрик, — надула губки третья. — Тот считал, что потраченную энергию нужно восстанавливать сразу.
— И чего мы добились? — вмешалась Лиля. — В клуб трижды приходила с проверкой милиция. Потому что кто-то набрасывался на людей, не отходя далеко от порога, и даже милиции стало подозрительно, почему это так много людей теряет сознание вблизи с нашим клубом.
Болтушки заткнулись, неприязненно глянув на Лилю. И одна из них тихо пробормотала:
— Конечно, кому-то вполне хватает жалких донорских подачек.
Лиля вспыхнула и, подхватив сумку, быстро вышла за дверь.
— Как она с них ноги еще не протянула, не пойму, — ядовито добавила девица уже громче.
— Не понимаю этих отказников, — горячо поддержала ее подруга. — Завернем сегодня в клуб?
Глаза ее соседки плотоядно сверкнули.
— Конечно.
И мне сделалось не по себе оттого, что я отчетливо поняла, зачем они собираются на дискотеку. Впопыхах стянув с себя топик и шорты, я быстро переоделась в джинсы и свитер и выскочила вон.
— За тобой как будто Дракула гонится, — пошутил Глеб, когда я второй раз чуть не прибила его дверью.
— Хуже, — угрюмо ответила я. — Его невесты.
— Девушки проголодались? — понимающе кивнул Глеб.
— Девушки проголодались? — понимающе кивнул Глеб. — А ты?
Стыдно признаться, но у меня самой желудок сводило судорогой от жажды.
— Поехали, — Глеб потянул меня к выходу.
— Ни за что! — затрепыхалась я.
— Съездим в «Шахерезаду», — предложил он. — Мне кажется, сейчас ты не откажешься от отбивной с кровью?
Ну, разве что от отбивной…
Но только если запивать ее «Пина Коладой»!
***
Филипп
Месяц тому назад
Невеста была похожа на Беату. Она курила, суетливо размахивала руками, то и дело хихикала, через слово вставляла «как бы». То есть делала все то, чего настоящая Беата не делала никогда. И тем не менее, у нее были глаза Беаты, губы Беаты, подбородок Беаты, шея Беаты, ключицы Беаты…
— Вы как бы слушаете или где? — рассерженно воскликнула она, привлекая его внимание.
— Простите, — профессионально-любезно улыбнулся Филипп. — На чем мы остановились?
— Карета! — Невеста с досадой закатила глаза. — Я буду как бы принцесса и мне нужен крутой экипаж, догоняете?
— Прекрасная идея, — рассеянно кивнул Филипп.
Уж кто и был рожден для карет, так это настоящая Беата. Ее современной копии, живой и румяной, сидевшей напротив него, куда больше подошел бы банальный лимузин.
— Какие-то проблемы? — нахмурилась невеста, видя, что мужчина не сводит с нее глаз.
— Нет-нет, что вы! — спохватился Филипп и опустил взгляд на стол. С фотографии в ажурной рамке улыбалась его Беата… Как же ему ее не хватает!
Как он скучает по ее мудрым глазам на юном лице, по ее увлекательным рассказам о серебряном веке, откуда она родом, по ее правильной петербургской речи, которую она все чаще портила новомодными словечками, из-за чего он постоянно с ней ругался. Слова «прикольно» и «апгрейдить» звучали в ее устах словно базарная ругань, которая так не шла этой утонченной красавице.
Задумавшись, Филипп пропустил половину из того, что говорила клиентка.
— Так вы сможете это организовать? — требовательно спросила девушка.
— Разумеется, — заверил Филипп, теряясь в догадках относительно пожеланий невесты, и назвал баснословную сумму. Если это отпугнет бойкую девицу, он будет только рад. Ему будет невыносимо организовывать свадьбу той, которая как две капли воды похожа на Беату и при этом всем своим поведением так опошляет свой образ.
— Как бы дорого, — замялась невеста, красноречиво кося подведенным глазом в сторону жениха, не принимавшего никакого участия в переговорах об организации собственной свадьбы.
