Я стояла по колено в снегу, глядя, как последний раз мигнули, прежде чем исчезнуть за углом, огни «Форда», и хватала ртом морозный воздух. Даже слушать меня не стал! Вот значит как? Поговорим позже?! Ну ладно!
Я со всей силы топнула сапожком, подняв в воздух облачко снега. Я сама поймаю убийцу и приведу его Вацлаву с повинной. Невыносимый вампир тогда станет ломать локти, что подверг меня такой чудовищной опасности своим недоверием! А я еще подумаю — говорить с ним после этого или нет!
Решено!
Глава 14. Кастинг на роль Дракулы.
А самое главное, никогда нельзя идти на вечер без ясной цели.
Если ты собираешься «общаться», то надо таким образом
расширить свои связи, чтобы улучшить карьеру, наладить
отношения с нужными людьми, просто «застолбить»
хорошую сделку. Я поняла, в чем была раньше моя ошибка:
я ходила на общественные мероприятия, вооруженная
одной-единственной целью — не слишком напиваться.
Хелен Филдинг Дневник Бриджит Джонс
Я люблю красоту, но иногда красивая снаружи вещь
скрывает внутри мерзость и зло.
Джордж Мартин. Грезы Февра
Сумка просто вопила своим видом, что она — подделка. Она была одета в лаковый кожзаменитель красного цвета и украшена броским золотым жетоном «Луи Виттон».
Наживку для маньяка-эстета я заказала через Интернет-магазин, торговавший «точными копиями оригинала», и когда курьер вручил мне покупку, я не могла скрыть своей радости. Благодаря яркому цвету, она будет заметна даже в темноте, а при ближайшем рассмотрении в глаза бросятся неровные строчки и все прочие погрешности имитации. Я рассчитывала, что на маньяка вульгарная подделка подействует как красная тряпка на быка. Если он не набросится на меня сегодня ночью, значит Вацлав прав, и моя модная версия никуда не годится.
На тот случай, если подтвердятся мои подозрения насчет Аристарха, я взяла с собой фотографию молодой бабушки и маленького папы. Ту самую, с яблоней, копию которой выпросил тогда Алмазов. Если вдруг дед потеряет над собой контроль, я надеялась, что фотография послужит мне защитой и отрезвит его, а любовь к бабушке и родным пересилит маниакальную страсть к моде. На случай, если убийцей окажется кто-то другой, я взяла газовый баллончик.
Памятуя о том, что убийца приближался к своим жертвам свободно, не внушая им подозрений, и делал смертельный укол совершенно неожиданно, не встречая сопротивления, я серьезно подумывала о том, чтобы надеть под свободную тунику бронежилет или тонкую кольчугу. К сожалению, у жилета не было бронированных рукавов и плечи с руками оставались совершенно беззащитными, а привычки делать инъекции в сердце или в живот убийца не имел. Кольчуги же были не в моде и не продавались в магазинах, а грабить исторический музей уже не было времени. Придется рисковать.
Я страшно злилась на Вацлава, оставившего меня без поддержки в такой ответственный момент, и все же страстно желала утереть ему нос, поймав убийцу с поличным. У меня было два козыря: во-первых, злодей не догадывался о том, что мне известно о его мотивах, во-вторых, я могла предугадать поведение маньяка по прошлым преступлениям. Он никогда не нападал на жертву среди толпы и находил способ остаться с ней наедине. Так что я была настроена оптимистично: как только кто-то станет искать со мной беседы тет-а-тет, я сразу буду начеку. Если же подобных предложений не поступит, придется прогуляться в одиночестве за пределы ресторана, выманив преступника наружу. Окрестности «Подземелья», в котором было запланировано торжество в честь Инессы, как нельзя лучше подходили для деяний убийцы. А уж в том, что мне удастся скрутить маньяка в бараний рог, я не сомневалась ни секунды. Достаточно было вспомнить растерзанное тело французского вампира в тайском бунгало. Проблема только в том, чтобы сохранить контроль и взять убийцу живым. Непростая задача, с учетом того, что виновника гибели Глеба я готова разорвать голыми руками.
Я покрутила в руках газовый баллончик и отправила его в сумку для подстраховки. Вдруг не удастся разбудить в себе зверя, тогда перцовый спрей придется весьма кстати.
Гардероб тоже был продуман с учетом предстоящей схватки. Пиджачок из плотного бархата, конечно, не бронежилет, но в случае внезапного нападения игла его с первого укола может и не взять. Запястья я закрыла широкими пластиковыми браслетами, шею — распущенными волосами. Нарядные бриджи, на которых я остановила свой выбор, одинаково удобны и для танцев, и для самообороны. Высокие сапоги на тончайших шпильках — не только стильный аксессуар, но и мощное секретное оружие колющего характера. А красная помада в тон сумочке — лишний повод поддразнить убийцу.
Из зеркала на меня смотрела девушка, сошедшая со страницы глянцевого журнала. Только вместо привычных для журнальной странички улыбки и широко распахнутых глаз — сжатые губы и взгляд драматической героини. Хоть сейчас на «Оскар» номинируй! Хотя нет, сейчас еще рано. Вот взгляну в глаза убийце Глеба — тогда можно.
Аристарх прибыл точно по расписанию, о чем сообщил гудок домофона. Я выплыла из подъезда, держа сумочку на сгибе локтя, так чтобы ее нельзя было не заметить.
Вампир сосредоточенно начищал лобовое стекло, удаляя одному ему видимую соринку. Расцеловав меня в обе щеки и сделав комплимент моему внешнему виду (но не сумочке!!!), он усадил меня в машину. На заднем сиденье лежал шикарный букет из чайных роз и лилий, наполнявших салон пьянящим цветочным ароматом.
— А где подарок? — полюбопытствовала я, усаживаясь впереди и демонстративно ставя сумочку на колени.
Наживка сработала на все сто. Аристарх уставился на ярко-красное кошмарище, как будто только сейчас его разглядел, и на красивом аристократичном лице вампира заиграли желваки, а глаза сделались черными и непроницаемыми.
— Так где же подарок? — нервно повторила я, опасаясь, как бы он не придушил меня на месте.
— Что, прости? — Аристарх моргнул, словно отгоняя наваждение. Его зрачки сузились, уступая место светло-карей радужке, которая вновь затопила его взгляд карамелью. — Извини, сейчас на перекрестке Профсоюзной какой-то отморозок на встречку выехал, чудом с ним не столкнулся.
— Вот идиот! — горячо посочувствовала я, не веря ни единому слову этого оправдания. — Пьяный что ли?
— Да кто его знает, — в сердцах сказал вампир, глядя прямо перед собой и поворачивая ключ зажигания. — Он на такой скорости пролетел — я не успел попробовать.
Я в недоумении повернула голову, и вампир мне весело подмигнул.
— Ну и шуточки у тебя! — фыркнула я.
— Еще не привыкла к нашему черному юмору? — хохотнул он. — Ничего, у тебя все впереди. Пройдет год, два, век, другой — дашь мне по этой части фору.
— Надеюсь, — печально вздохнула я.
— С чего вдруг мировая скорбь? — озадачился вампир.
— Так ведь убийца не дремлет, — закинула удочку я. — И записка эта с угрозой висит на мне дамокловым мечом.
— Не дрожи, — обнадежил Аристарх, сосредоточенно глядя на дорогу. — Я никому не позволю тебя обидеть!
Я нервно заерзала на сиденье, вцепившись в сумочку. И как мне расценивать эти слова? Другим не позволит — сам растерзает?
Мои телодвижения не укрылись от проницательного ока вампира.
— Да чего ты вцепилась в свою котомку? Кинь ее назад. Ехать будем еще полчаса.
