— Глеб!
— Послушай меня, Жанна, — нервно сказал он. — Я старый вампир и вижу больше того, что лежит на поверхности. Просто пообещай мне, что ты будешь держаться подальше от Вацлава. Ради твоей же безопасности.
— А ты тогда пообещай, что больше не будешь водить его ко мне! — огрызнулась я.
— Не могу, — покачал головой Глеб. — Убийца еще не найден, Нэнси не имеет отношения к первому нападению на тебя.
— Но ведь следил за мной не убийца, а Саша! — возразила я.
— Мы не можем быть уверены, что она одна.
— Умоляю, давай хоть сегодня не будем об этом! — Я замотала головой и вдруг замерла: — Глеб, а Саша? Как мне теперь вести себя с ней? Она о чем-то догадалась? Она знает о нас? Или, — от волнения у меня сорвался голос, — этот викинг ей всю память подчистую сотрет?
— Это невозможно, — успокоил меня Глеб. — Слишком много воспоминаний, их невозможно стереть без вреда для душевного здоровья Саши. Думаю, Ирвинг уберет из памяти твоей подружки воспоминания о сегодняшнем дне, а потом внушит ей, что с тобой все в порядке и что слежка больше не нужна.
— А что я ей скажу при встрече? — озаботилась я.
— Встречи не будет, Жанна, — удрученно улыбнулся Глеб. — Если я что-нибудь соображаю в этом вопросе, то Ирвинг убедит ее в том, что ты нашла богатого любовника и забыла про свою подругу. Саша обидится и не будет тебя искать.
— Ты не знаешь Сашу, — с надеждой возразила я. — У нее доброе сердце, она не сможет долго обижаться на меня, она меня обязательно разыщет.
— Я знаю Ирвинга, — ответил Глеб.
— Надеюсь, он не причинит ей вреда?
— Не беспокойся, Ирвинг ее в обиду не даст.
Что-то в голосе Глеба заставило меня повернуться к нему.
— Ты что-то не договариваешь.
— Да это ерунда… — отмахнулся он.
— Говори! — потребовала я.
— Саша очень похожа на жену Ирвинга, — нехотя признался Глеб. — Я как-то видел ее портрет, а когда встретил Сашу, был поражен этим сходством.
— Не хватало еще, чтобы на мою лучшую подругу положил глаз вампир, для которого убийства — образ жизни! — ахнула я. — У них же ведь не может завязаться роман, правда? — с подозрением уточнила я.
— Почему бы нет? — Глеб пожал плечами. — У всех из нас время от времени случаются романы с людьми. Уверяю тебя, — с ноткой самодовольства добавил он, — у наших избранников остаются о нас самые приятные воспоминания.
Я вспылила.
— Но я не хочу, чтобы Саша и этот.
..
— А это уже их дело, — оборвал меня Глеб.
— Значит, дружить мне с Сашей нельзя, а Ирвингу встречаться с ней можно? — рассердилась я.
— Ты другое дело, — отрезал Глеб. — Тебя она знала раньше и может что-то заподозрить.
— А у Ирвинга, значит, богатая практика охмурения девушек и запудривания им мозгов? — надулась я.
— Честно говоря, за то время, пока я знаю Ирвинга, у него никого не было, — ошарашил меня Глеб. — А уж желающих было достаточно, поверь мне. Возможно, я преувеличиваю, и твоей подруге ничего не грозит. Даже если она сама этого сильно захочет… Что ты делаешь?
— Набираю ее номер! — сердито буркнула я.
Саша отозвалась не с первого гудка, и ее «Алло» прозвучало очень неохотно.
— Саша, — заторопилась я, — все в порядке? Звоню узнать, как ты доехала.
— …Жанна?
По ее тону мне показалось, что она и имя-то мое не сразу вспомнила. Неужели, хваленый спец Ирвинг уже сделал свое черное дело?
— Да, все в порядке, — холодно бросила Саша. — Извини, я устала и просто валюсь с ног. Пока.
Прежде, чем трубка отозвалась гудками, я услышала приглушенный голос Ирвинга.
— Он у нее, — мрачно сообщила я, швырнув мобильный в сумку. — И ей не до меня. И вообще — куда мы едем?!
— Я подумал, ты ведь не откажешься остаться у меня на ночь? — умоляюще посмотрел на меня Глеб.
Я с благодарностью улыбнулась.
— Конечно.
В такую жуткую ночь оставаться одной совершенно не хотелось.
Глава 11. Вампир не отвечает или вечно недоступен.
Не думала, что я принадлежу к тем женщинам, которые смотрят
порнографический фильм до конца и надеются, что все хорошо
закончится, то есть что герои поженятся.
Катажина Грохоля. Никогда в жизни
Суть в том, что большинство женщин, будь они смертными или
бессмертными, — существа слабые. Но уж если она наделены силой,
то становятся совершенно непредсказуемыми.
Энн Райс. Вампир Лестат
У себя дома Глеб выдал мне большое пушистое полотенце, банный халат и отправил в ванную. В просторной джакузи, настроенной на аэромассаж, я совершенно расслабилась и забыла о времени. Наверное, Глеб украдкой покопался в моей голове, потому что про Нэнси я и не вспоминала. Зато перед глазами стояли черные, как угли, глаза Вацлава. Что же за ад ты пережил, парень, если стал таким?
— О чем размечталась, красотка? О, да вода-то совсем остыла!
Голос Глеба привел меня в чувство. Я ощутила, как в тело впиваются множество ледяных фонтанчиков, и с визгом выпрыгнула из джакузи, как из январской проруби.
Глеб заботливо обернул меня полотенцем и легонько сжал за плечи.
— Бедная ты моя, сколько сегодня пережила.
— Ничего, — стуча зубами, пробормотала я, — прорвемся!
— Беги скорей греться, — он подтолкнул меня к двери. — Я быстро.
Я притворила за собой дверь, в ванной зашумела вода, а я отправилась в гостиную и растеклась под пледом на мягком диване, чувствуя себя ленивой и сонной кошкой. Пульт выскользнул из слабых рук и закатился под диван. Я нехотя свесилась вниз и пошарила рукой по полу, но вместо пластика пульта наткнулась на мягкую кожу переплета.
Моей находкой оказалась изрядно потрепанная и выглядевшая ровесницей революции книга, на обложке которой была вытиснена большая, со стершейся позолотой буква V, не оставляющая сомнений в содержании. Интересно, что она делает под диваном Глеба? Завалилась случайно, когда он читал на досуге? Или Глеб уже лет сто не отодвигал диван и теперь там можно обнаружить целые залежи древностей?
Раскрыв книгу, я отыскала оглавление — «Вампирская летопись».
Издание было выпущено в 1921 году и насчитывало всего 200 экземпляров тиража. В оглавлении значились легенды о последнем правителе вампиров и Серебряных Слезах, о которых я уже знала от Глеба, сказания о Владе Цепеше, послужившим прототипом Дракулы, и других вампирах, имена которых мне ничего не говорили. Вторая часть включала общие сведения о вампирах, в частности меня заинтересовала главка об отношениях между новообращенным вампиром и его создателем-донором. Мне даже не пришлось долго искать нужную страницу — книга сама распалась на две части, как будто ее долго держали раскрытой на этом месте.
Покосившись на дверной проем и прислушавшись, я поняла, что явление Глеба в ближайшие минут пять мне не светит, и лениво пробежала глазами строчки. Читать совершенно не хотелось, я уже представляла на вкус влажную, с цитрусовым ароматом геля для душа, кожу Глеба, и сетовала, что он заставляет меня ждать так долго.
«Между новичком и донором устанавливается особая связь, которую следует принимать во внимание», — вскользь прочитала я первую строчку, тогда как перед глазами стояли полураскрытые губы Глеба.
Глеб потрясающе целуется… Еще бы — с его-то полувековой практикой. И дыхание у него всегда свежее и пьянящее, как морской воздух после душного, дымного мегаполиса. Я машинально облизнула губы и вытащила шпильки из волос, которые закалывала на время банных процедур. Напитавшись влажным паром, они закрученными кольцами упали на плечи, и я представила, как Глеб запускает в них пальцы, откидывает завитки с шеи и нежно касается губами пульсирующей жилки за ухом…
