На четвертый день Олег объявился. Когда он, одетый в черную шапку и дешевую куртку, подкараулил ее в подворотне, Вика перепугалась и приняла его за бандита.
— Тише, Викусь, это я, — сдавленно прозвучал знакомый голос, когда она уже нащупывала газовый баллончик в кармане пальто.
— Олег?! Что с тобой?
То, что ей поведал любимый, казалось ночным кошмаром — невероятным и леденящим душу.
— Вика, я проиграл в казино, — избегая ее взгляда, сообщил Олег.
— В казино? — опешила Вика. — В какое казино? О чем ты говоришь, Олег? Ты же никогда не играл!
— Никогда раньше и никогда впредь, но в среду это случилось, — глухо ответил Олег.
— И что теперь происходит? Почему ты скрываешься?
— Я проиграл очень большую сумму, Вика… — хрипло признался Олег.
— Какую сумму? О чем, черт побери, ты говоришь?!
— Сто тринадцать тысяч, — скорбно выдохнул Олег.
— Дурачок ты! — У Вики отлегло от сердца. Она бросилась целовать заросшие щетиной любимые щеки. — Подумаешь, большая сумма! Займу у Ритки, у родителей, как-нибудь выкрутимся.
— Вика, — Олег отвел глаза, — это в долларах. Меня теперь убьют, наверное…
Все следующее утро Вика дозванивалась в редакцию журнала, в котором работал Аристарх. Хотя карточку она выбросила, но название журнала запомнила и узнать телефон не составило труда. Любезная секретарша начала звереть после десятого звонка.
— Девушка, я же сказала: редактор бывает после обеда!
Алмазов появился на работе только в пять вечера. Звонок Вики его не удивил, но обрадовал. Они встретились через полчаса в кафе напротив НИИ.
Звонок Вики его не удивил, но обрадовал. Они встретились через полчаса в кафе напротив НИИ.
— Я соглашусь на ваше предложение при одном условии, — взволнованно сказала Вика. — Мне нужно сто тринадцать тысяч долларов. Как можно быстрее.
Лицо Алмазова осталось непроницаемым.
— Считайте это кредитом, — торопливо добавила она. — Я посчитала. Если те суммы зарплаты и выплат из фонда, которые вы мне назвали, реальны, я смогу рассчитаться за год.
— Мне надо посоветоваться, — медленно ответил Аристарх, заставив Викторию встревожиться. Заметив ее реакцию, он успокаивающе добавил: — Это формальность. Скорее всего, ответ будет положительным. Но нам нужны гарантии.
— Чего вы хотите?
— Виктория Андреевна, — вампир прищурился, — вы знаете условия. Вы получите деньги на правах одной из нас.
— Я согласна, — торопливо ответила Вика, отводя глаза. — Только, пожалуйста, скорее.
Последнюю встречу с Олегом Вика не могла вспомнить без слез. Знал бы кто, чего ей стоило изображать безразличие и холодность, когда сердце разрывалось на части! Накануне, незадолго до полуночи, Аристарх сообщил, что деньги переданы кредиторам, а на следующий вечер ликующий Олег пригласил ее в дорогой ресторан.
Вика только-только адаптировалась после заражения и твердо осознала, что ее привычная жизнь закончилась. Невозможно оставаться с Олегом и скрывать свое новое состояние. Жестоко обманывать его, давать надежду на полноценную семью и детей, когда Аристарх объяснил ей, что стать матерью для вампирши равнозначно чуду. В чудеса она не верила. Сейчас — особенно. Главное, что Олегу ничего не угрожает. Ее любимый еще обязательно будет счастлив…
— Олег, я уезжаю на работу в Штаты, — сухо сказала она, как только вышколенный официант вручил им меню и удалился.
— Вика, надеюсь, ты шутишь? — опешил Олег.
— Ни в коем случае.
— Но ты же знаешь, я не могу бросить работу! — напрягся Олег.
— Я этого и не прошу. К тому же тебе сложно будет получить визу.
— Так ты едешь одна? — Олег растерялся. — И это надолго?
— Контракт на 5 лет. Самолет завтра, — скупо отчеканила Виктория.
— Вика, скажи мне, что это дурацкий розыгрыш! — Серо-зеленые глаза Олега потемнели, и, заглянув в его мысли, Вика почувствовала, как остановилось сердце.
Перед ее взором пронесся весь прожитый день Олега. Утро… Безнадежные мысли, стремительно приближающийся срок выплаты, несколько долларовых купюр — всего две тысячи из необходимой сотни. Все, что удалось собрать по крохам у друзей и знакомых. День… Неожиданный звонок от кредиторов — и внезапное помилование. Олег был так счастлив, так хотел разделить эту радость с ней… Вечер. Сверкающие витрины ювелирного магазина. На деньги, взятые в долг, Олег выбирает дорогое кольцо с бриллиантом. Тонкий золотой ободок, бриллиантовый цветок-пятилистник — на счастье. Счастье, которого у них уже не будет. Так же, как не будет предложения, произнесенного вслух. Как не будет белого платья и шумной свадьбы, как предрекала хохотушка Люба. Как не будет карапуза в желтом комбинезоне — их сына.
— Прости, Олег, — твердо сказала Вика. — Ты же знаешь, что наука для меня — это все.
— Я думал, что я для тебя — это все, — с горечью возразил Олег.
— Ты ошибался. Прощай.
Следующую неделю Вика почти не выходила из лаборатории вампирского исследовательского центра: вникала в дела, изучала все разработки, сделанные для нее. Даже на вечеринку в честь своего вступления в Клуб идти сперва отказалась. Но Алмазов настоял, что ее присутствие обязательно, и Вика, безо всякого настроения, отсидела положенную официальную часть, невпопад улыбалась шуточкам назойливого Глеба, без особенного удовольствия посмотрела выступление циркачей, балерины и саксофониста.
В конце вечера к ней подсел Аристарх, не спускавший с нее глаз весь вечер.
— Виктория Андреевна, вы ведь не наделаете глупостей? — мягко поинтересовался он. — Я знаю, что решение прийти к нам далось вам не просто. Вам пришлось принести себя в жертву ради спасения жениха, и сейчас вам очень трудно. Так трудно, что не хочется жить. Не хотелось вам напоминать: но вы в долгу перед нами. И если по каким-то причинам вы его не отработаете, у вашего жениха вновь возникнут неприятности.
— Вы мне угрожаете? — устало перебила его Вика.
— Я даю вам дружеский совет, — поправил Алмазов. — Надеюсь, со временем вы сможете его оценить. И, возможно, еще поблагодарите меня.
— Это вряд ли, — вырвалось у Вики. — Но можете быть спокойны — я отработаю все свои долги.
— Звучит удручающе, — вздохнул вампир. — Куда же делась ваша страсть к науке, Виктория Андреевна?
Вика закрыла лицо руками и глухо произнесла:
— Аристарх, мне сейчас очень трудно.
— Знаю, Вика, знаю. — Алмазов ободряюще положил руку на плечо. — Так или иначе мы все через это прошли. Поверьте мне, время лечит. А у вас впереди двести пятьдесят лет — развлечений, радости, счастья.
— Именно поэтому вы завербовали меня, чтобы сделать антидот? — криво усмехнулась Виктория.
Старейшина отвел глаза.
— Я могу идти? — устало спросила Вика.
— Как пожелаете.
— Что ж, всего доброго. — Виктория поднялась с места и не удержалась от иронии. — И спасибо за все, что вы для меня сделали.
Ей показалось, что в глазах Аристарха мелькнула тревога. Но, задержав взгляд чуть дольше, Виктория поняла, что они непроницаемы, как линзы солнечных очков.
В первые месяцы Вика проводила на работе целые дни. Все помещения центра были лишены окон, так что она могла работать с раннего утра, не меняя привычного распорядка. Иногда, когда не было сил дойти до служебной квартиры в другом крыле, Вика засыпала прямо у себя в кабинете. Не жалея сил, она искала антивирус. Он был нужен ей как пропуск в прежнюю жизнь. Вика надеялась, что ей удастся совершить невероятное: сделать за короткий срок то, чего за десятилетия не добились ее предшественники, и тогда она сможет стать такой, как прежде, вернуться к Олегу, вновь обнять родителей… А пока ей оставались только короткие звонки.
