— Каким образом мы можем отсюда обратиться за помощью? Кажется, мы именно за этим сюда пришли?
Чивн-Чвин направился к статуям:
— Если Великий Первый Бог на самом деле начал свое возрождение, то он должен услышать слова, обращенные к его изображению в этом храме. Так как люди содержат в себе его частицы -души, он должен ответить.
Питри и Ибис последовали за волшебником, и вскоре все трое остано- вились возле постамента. Несмотря на величину, статуи совершенно не подавляли людей, как это обычно было устроено в храмах Земли. Наобо- рот, из-за пронизывающего воздух золотистого свечения они казались близкими и почти родными. Сотни рук Первого Бога и сотни звероголовых волос Первой Богини находились как раз на уровне пояса Питри. И дель- та-клон вдруг с удивлением почувствовал, что у него возникло желание пожать протянутые руки и погладить раскрытые пасти.
Чтобы избавиться от наваждения, он спросил:
— Что мы должны делать? Нужен какой-нибудь ритуал?
— Не знаю, — казалось, что волшебник настолько проникся благогове- нием к этому месту, что забыл о цели их прихода. — Я попробую вызвать Бога. Ведь и я наполовину человек и, следовательно, имею на это право.
Внезапно за спинами путешественников раздался громкий рев:
— Ты ни на что не имеешь права, демоническое отродье! Ты проник на мою планету и должен умереть!
Волшебник резко обернулся, Питри вначале забросил Ибис на невысо- кий постамент, сам запрыгнул следом и только после этого, приготовив- шись к обороне, посмотрел назад.
И тут же понял, что увиденное им су- щество едва ли смогло бы остановить небольшое возвышение. Оказалось, что следом за путешественниками через проход внутрь пирамиды проникло огромное чудовище: с уродливым телом, с когтистыми лапами, с рогатой головой, с длинным стреловидным хвостом. Это существо стояло на задних лапах, а когда говорило, то смешно шевелило своим рылом, похожим на свиной пятачок. Впрочем, путешественникам сейчас было не до смеха.
Следом за рогатым чудовищем из прохода начали появляться новые действующие лица -покрытые белоснежными перьями создания с птичьими лапами и крыльями, но с человеческими головами и руками, в которых поблескивали огненные мечи.
— А ты оказывается, еще жив, Шанта-Шатана! — с легкой издевкой воскликнул волшебник. По его виду нельзя было сказать, что он боится, но Питри, находящийся сзади, видел, как рука Чивн-Чвина нащупывает лезвие, вплетенное в косу.
— Я и сейчас живее всех живых! — проревело чудовище.
— Пришла пора исправить это упущение, — сказал волшебник.
Принюхавшись к воздуху своим свиным пятачком, Шанта-Шатана устре- мил свой взгляд на Питри и Ибис:
— Люди?! Люди с Земли? Вы пришли, чтобы поклониться мне, вашему небесному отцу и создателю? — голос чудовища набрал силу и торжествен- ность. — Так падите же ниц передо мной и получите мое святое благосло- вение!
С Шанта-Шатаной произошли быстрые изменения. Очертания его тела словно растворились в золотистом освещении, а потом вновь проявились. Но теперь перед людьми предстал высокий благообразный старец с длинны- ми седыми волосами и бородой, одетый в ниспадающий до земли белый ба- лахон. Золотое сияние вокруг его головы уплотнилось и образовало от- четливый круг. Питри и Ибис не пошевельнулись.
Чивн-Чвин сказал:
— Не зря тебя называют Князем Лжи и Отцом Обмана. Но на людей твоя власть больше не распространяется. Помнится, когда ты пытался органи- зовать на Земле свое второе воскрешение, тебе в сердце забили осиновый кол, так что ты вынужден был навсегда покинуть тот мир.
— Я еще вернусь! — грозно пообещал Шанта-Шатана. — Многие люди на Земле до сих пор усердно молятся, чтобы поскорее пришло мое царствие.
— Ты попал в свою же собственную ловушку, старый обманщик. Люди желают мира и любви, поэтому их молитвы обращены не к тебе, хотя ты и придумал все эти утомительные ритуалы и церемонии. Но они больше не снабжают тебя жизненной энергией. А сейчас я скажу главное — Великий Первый Бог возродился. Теперь тебе придется молить его о пощаде за все твои преступления против человечества.
— Какая ложь! — рассмеялся Шанта-Шатана. — Или ты хочешь посостя- заться со мной в искусстве придумывать несуществующее и скрывать ис- тинное? Куда тебе, жалкий полудемон! И в обмане тебе со мной не срав- ниться, и сила твоей магии не устоит передо мной — богом. Даже если люди больше не верят в меня, у меня теперь есть новый народ — вот эти ангелы-хранители, мои верные рабы.
Шанта-Шатана взмахнул руками, словно дирижер оркестра, и крылатые создания за его спиной хором пропели:
— Славься во веки веков наш вождь и учитель!
Пока их голоса сотрясали воздух, Чивн-Чвин быстро обернулся и тихо сказал людям:
— Сейчас самое время проверить, насколько вы правы. Если Первый Бог нас услышит, мы будем спасены…
— А если нет? — спросила Ибис.
Но волшебник уже отвернулся, чтобы не выпускать из поля зрения врагов, а Питри ничего не ответил, так как в это время пытался отыс- кать способ выбраться из этой ловушки. Но даже боевое искусство дель- та-клона, бывшего агента ВЧК, едва ли смогло бы противостоять Шан- та-Шатане и нескольким сотням его воинов.
Но волшебник уже отвернулся, чтобы не выпускать из поля зрения врагов, а Питри ничего не ответил, так как в это время пытался отыс- кать способ выбраться из этой ловушки. Но даже боевое искусство дель- та-клона, бывшего агента ВЧК, едва ли смогло бы противостоять Шан- та-Шатане и нескольким сотням его воинов. Кроме того, Питри заметил, что подкрепления продолжали пребывать, следовательно, проход был занят получеловеческими-полуптичьими телами. Некоторые ангелы-телохранители расправляли крылья, намереваясь взлететь, так как им не хватало места за спиной Шанта-Шатаны.
— Жаль, что мы не взяли боевые скафандры, — пробормотал Питри, доставая спрятанный под одеждой пистолет-пулемет.
Он активировал оружие и с сомнением посмотрел на датчик расхода патронов. На первый взгляд казалось, что пистолет исправен. Дель- та-клон установил переключатель на одиночные выстрелы, прицелился и нажал на курок. Он почувствовал привычную отдачу, а пуля срикошетила от пола возле лапы одного из ангелов. Существо взвизгнуло и подпрыгну- ло вверх, бросив свой огненный меч и нелепо взмахнув крыльями.
— А эта армия не слишком-то рвется в бой за своего бога, — насмеш- ливо произнес Питри.
Ибис также сняла с предохранителя свое оружие:
— Сперва мочим тех, которые у входа. Остальные сами разбегутся
Питри понял, что девушка рассчитывает огнем из скорострельных пис- толетов-пулеметов расчистить путь наружу. Похоже, это был единственный выход.
Но, как оказалось, у Чивн-Чвина имелся другой план:
— Сдавайся, Шанта-Шатана, или будешь уничтожен! — крикнул он. — Целая армия ангелов-телохранителей не спасет тебя от гнева Великого Первого Бога!
Из благообразного старца чудовище вновь преобразилось в свой ес- тественный вид. Должно быть, оно считало его более подходящим для боя.
— Твой Бог мертв! — проревел Шанта-Шатана. — И тебя ждет то же са- мое!
— О Великий Первый Бог! — повернулся к статуям Чивн-Чвин. — Я вве- ряю себя твоему суду справедливости. Дай мне частицу твоей силы и тво- его могущества, чтобы я смог победить твоих врагов.
