— Вы говорите это таким тоном, словно угрожаете мне.
— Я не угрожаю. Я констатирую факт. Ведь свидетель — я, а убийца — вы.
— Да как ты смеешь!… — задохнулся от гнева Хабирдоев.
Он ногой нажал на скрытую в полу кнопку, и в то же мгновение в ка- бинет ворвались два телохранителя и наставили пистолеты на Дионисова.
Тот даже не обернулся, а также спокойно произнес:
— Прикажите им застрелить меня, и завтра же на Вас ляжет обвинение в двойном убийстве.
— Спокойно, ребята, — сказал губернатор телохранителям. — Эту проблему я смогу решить сам.
Он обратился к Дионисову:
— Так вы, оказывается, обыкновенный шантажист? Почему же вы так долго молчали? Со дня смерти профессора прошло целых пятнадцать лет. Может, ждали, когда я стану губернатором, чтобы повысить ставку?
— Дважды нет, — покачал головой Владий. — Нет, я не шантажист. И нет, я не ждал, когда вы станете губернатором. Просто последние десять лет вы отсутствовали на Земле, а я хотел встретиться с вами лично.
— Так в чем проблема? До системы Сабирова всего неделя полета.
— Дело в том, что я не могу покидать Землю. Но речь не обо мне. Я вижу, вы не скрываете ничего от своих телохранителей. Не боитесь, что наш разговор выйдет за пределы этого кабинета?
— Они мне абсолютно верны. И не так глупы, чтобы попытаться меня предать. Они знают, что их ждет в этом случае. Их подбирал и готовил лично Гхун-Гибосян — начальник моей службы безопасности.
Дионисов улыбнулся одними кончиками губ:
— Да, я его узнал, хотя до сегодняшнего дня не знал по имени. Ведь он тоже участвовал в убийстве профессора Чербаджийского.
— А вы неплохо осведомлены, — прищурился губернатор. — Охрана, вы- зовите ко мне Гхун-Гибосяна.
— Я же сказал, что являюсь настоящим свидетелем, — напомнил Диони- сов.
— И, надеюсь, единственным, — многозначительно добавил Хабирдоев.
Быстрым шагом в кабинет вошел начальник охраны, мгновенно оценил обстановку и вытащил из кармана электрошоковый разрядник.
— И вы не хотите спросить, как я оказался свидетелем и почему мол- чал все эти пятнадцать лет? — с некоторым удивлением спросил Владий.
— У нас мало времени, — обратился губернатор к Гхун-Гибосяну, про- игнорировав вопрос Дионисова. — Этот гад разослал в инфо-сеть показа- ния против меня и тебя. Он утверждает, что видел, как мы убили Фираза Чербаджийского. Сегодня до полуночи надо ликвидировать эту проблему.
— Раз надо, значит ликвидируем, — усмехнулся начальник охраны. — Этот шантажист через час сам сотрет все свои показания.
— Я не шантажист, — покачал головой седой человек. — Я даже не Владий Дионисов. Я — сам Фираз Чербаджийский.
Хабирдоев и Гхун-Гибосян быстро переглянулись. В их глазах отрази- лись понимание и ужас. Остальные двое телохранителей, совершенно не разбираясь в сути разговора, на всякий случай сняли оружие с предохра- нителей.
А седой человек в черном костюме быстро произнес:
— Я видел, как вы двое убили профессора в его лаборатории.
А седой человек в черном костюме быстро произнес:
— Я видел, как вы двое убили профессора в его лаборатории. Я сидел в пробирке. Мне было всего два месяца, но я все помню. Ведь я — дель- та-клон профессора.
Воспользовавшись секундным замешательством людей, Владий вытянул из своего галстука пластиковую вставку-прокладку. При досмотре на нее не обратили внимания — ведь на ощупь она была гибкой и выглядела, как неотъемлемая часть одежды, помогающая галстуку оставаться ровным и гладким. Но Дионисов одним быстрым движение протянул вставку между пальцами, сжимая ее вдоль всей длины. Благодаря образовавшемуся ребру жесткости гибкий пластик превратился в остро отточенный клинок.
Одним взмахом дельта-клон перерезал шеи двоим телохранителям, сто- ящим позади. Вторым ударом он по локоть отрубил руку Гхун-Гибосяна с зажатым электрошоком. Затем вонзил клинок в грудь начальника охраны и спросил, с удовлетворением глядя на хлынувшую у него изо рта кровь:
— У меня прикольный галстук, правда?
Позеленевший губернатор пискнул, как придавленная крыса, и попы- тался выскочить в дверь. Но Дионисов левой рукой поймал его за ворот- ник и с неожиданной силой швырнул в стену. Только толстый слой мягкого пластика уберег Хабирдоева от мгновенной смерти.
Оставив клинок в теле Гхун-Гибосяна, дельта-клон правой рукой сжал горло губернатора и посмотрел ему прямо в глаза:
— Узнаешь ли ты меня?
— Да, — просипел задыхающийся Хабирдоев. — Фираз, прости меня. Возьми все, что у меня есть, только не убивай.
— Мне ничего не надо, — холодно улыбнулся Дионисов. — Благодаря тебе, у меня и так есть все, что мне нужно. После смерти профессора меня вырастило государство. Я работаю на Внутреннюю Чистку Кадров.
Губернатор побелел. ВЧК — незримый карающий кинжал Очеловеченной Федерации, направленный против погрязших в воровстве чиновников, мя- тежных генералов, наркобаронов, опаснейших террористов и всех тех, кто угрожал безопасности государства.
— Но сегодня я работаю на себя, — продолжил дельта-клон. — Случай- но узнав из инфо-новостей, что ты наконец-то прибываешь на Землю, я решил сам свершить правосудие. Мое начальство об этом не знает. Воз- можно, меня ликвидируют уже сегодня вечером. Но это не важно. Я отомс- тил своему убийце.
Дионисов свел вместе большой и указательный пальцы правой руки. В горле губернатора захрустели сплющивающиеся и крошащиеся позвонки.
После этого Владий сверился со своим внутренним счетчиком времени и удовлетворенно кивнул головой. Именно в этот момент его компьютер, оставленный в камере хранения, начал через каналы инфо-сети закачивать в базу данных отеля вирус, уничтожающий все записи о его посещении.
Но и самому дельта-клону еще предстояло покинуть «Алую лилию», пройдя через несколько охранных постов. Скривив губы в многообещающей улыбке, он уперся лакированным ботинком в грудь Гхун-Гибосяна и выдер- нул из его тела свой клинок…
* * *
Царь Гонгавии Моргобанга Сластолюбивый возвращался в свой дворец после охоты на львов. Далеко оторвавшись от огромного и неторопливого каравана, он вместе с сотней лучших воинов и охотников промчался по жарким пыльным улицам своей столицы, свернул на широкие тенистые аллеи дворцового парка и остановил белоснежного скакуна возле золотых Царс- ких ворот. Легко спрыгнув на молниеносно расстеленные рабами ковры, он взбежал по ступеням, легким кивком и взмахом кисти правой руки попри- ветствовав коленопреклоненных советников, министров и царедворцев.
Следом за ним, сгибаясь под тяжелыми связками львиных шкур, рысцой следовали охотники.
Охота была удачной. Царь светился от радости. По рядам придворных пробежал едва слышный шепот: «Его величество Морго- банга Сластолюбивый вернулся в хорошем расположении духа. Значит, каз- ней сегодня не будет, и благодатным дождем прольются награды и милос- ти.»
Царь совершил омовение в бассейне, чтобы смыть с себя пот и дорож- ную пыль. Обнаженные рабыни умастили его мускулистое тело драгоценными маслами и благовониями, так что черная кожа стала нежной и мягкой, как у младенца. Но под ней не было ни грамма жира — лишь бугрились сталь- ные мышцы, вызывая льстивые восхваления придворных.
Слуги облачили Моргобангу в парадные одежды: набедренную повязку из алого шелка, плащ из шкуры леопарда, отороченный по краю золотой тесьмой и перьями райских птиц, сандалии из кожи крокодила с золотыми застежками. На голову ему возложили легкую корону, естественно, тоже золотую, украшенную рубинами и бриллиантами, так что каждый поворот царской головы разбрасывал вокруг искры отраженного драгоценными кам- нями света.
