— Но каковы гарантии? — усмехнулся Заместитель. — Согласитесь: вы же не можете стопроцентно гарантировать, что вас все-таки изберут! Ведь это Игра, и риск неизбежен…
Рядом с Заместителем появилась секретарша и лучезарно улыбнулась маленькому человечку.
— Чай? — любезно предложила она и поставила перед Доминатором чашку с горячим чаем.
Вид огромного, исходящего паром чана с кипятком привел пряничного Доминатора в ярость:
— Вы что, издеваетесь надо мной?! Какой чай — вы убить меня задумали?! И какие, к черту, гарантии?!
— Простите, — расплылся в улыбке Заместитель. — Но нет гарантий — нет соглашения! Если вы боитесь даже обыкновенной кружки с чаем — то как мы можем вкладывать в вас деньги? Мы — бизнесмены, а не благотворительная организация.
— Ах, вот, как вы заговорили! — проговорил Доминатор и вдруг заорал голосом, полным злобы и ярости. — Демон Власти, ко мне!
Над столом взмыл в воздух черный смерч. Он смел кружки с чаем, точнехонько на штаны членов Правления. Те с воплями повскакивали с места, стряхивая с коленей кипяток.
— Слушаю и повинуюсь! — плотоядно ухмыльнулся Демон.
— Что, в штаны наделали, бизнесмены?! — зарычал Доминатор, да так, что его маленькое тельце принялось трескаться и обильно крошиться. — Говорите, не благотворительная организация?! А ну, на колени! К моим ногам!
— На колени, смерды!!! — замогильным голосом прохрипел Демон Власти.
Члены Правления быстро попадали на колени и бодро поползли на четвереньках к ногам крошечного Доминатора, который, стоя на столе, взирал теперь на них сверху.
— Запомните, жалкие торгаши: никогда моя Власть не будет стоять на коленях перед деньгами! А вы будете! Будете ползать у моих ног и молить, чтобы я оставил вам хоть грошик на обед в дешевой закусочной! Только так, и ни иначе! И никаких гарантий! Вы поняли меня?!
Да! — проблеяли члены Правления.
— «Да, повелитель!» — прорычал Демон.
— Да, повелитель! — послушно проныли члены Правления.
Маленький Доминатор с довольным видом сложил ручки за спиной и уже совершенно спокойно сказал:
— Ну, вот, будем считать, что диалог бизнеса и власти прошел успешно.
И крикнул перепуганной насмерть секретарше:
— Чего вы смотрите на меня? Никогда, что ли, рассерженного пряника не видели? Запускайте принтер!
11
И вот он настал — долгожданный день выборов Мага.
А точнее — день, когда пришло время подводить итоги затянувшейся волшебной Игре.
И день этот вся Волшебная Москва встречала, как величайший из праздников. Ведь все знали: сегодня они сделают выбор, а завтра наступит выбранное ими Будущее. И будет оно таким, как и обещал единственный оставшийся Кандидат в Маги — беззаботным и радостным для всех людей и для каждого человека в отдельности
Только вот не все разделяли радость избирателей, очарованных чрезмерным обаянием своего пряничного лидера.
Члены разгромленной коалиции Единого Кандидата отсиживались в резиденции Карины, в Коломенской Чаще. Почему-то горожане перестали обращать внимание на недавних врагов. Видимо, потому, что вместе с исчезновением Единого Кандидата исчезла и опасность его сторонников.
Они просто стали никем, нулем в многомиллионной избирательной статистике. Да и толку от количества оппонентов, если в избирательном бюллетене есть только одна графа — «за Независимого Кандидата».
Любители сидели в грустной тишине Другого Будущего, под не менее грустным памятником Пушкину. Они вяло перекидывались идеями, толку от которых, по сути, уже не было. Война призраков была проиграна, поединок был проигран, проиграны были выборы.
Было раннее утро, и через час по всей Волшебной Москве, и там, на Том Свете, восторженные избиратели ринутся к черным ящикам Пандоры, чтобы бросить в них листок волшебной бумаги со своим голосом.
И на завтра мир станет иным. Потому что люди, сами того не подозревая, выберут зло…
Эти мрачные мысли прервал голос Богдана, который медленно произнес:
— Ущипните меня… Наш Кандидат вернулся! То есть, бывший Кандидат…
К друзьям действительно приближался Саша Шум в сопровождении усталых телохранителей.
— Всем привет! — бодро выкрикнул Саша. — Чего носы повесили?
И бросил в рот еще одну жвачку.
— Ты, это, не увлекайся так борзостью-то, — сказал Эрик. — Завтра она может выйти тебе боком: Доминатор наверняка на тебя зуб держит. А потому, когда его выберут Магом…
— А с чего вы взяли, что его выберут? — воскликнул Саша Шум.
Любители удивленно переглянулись.
— Дружок, это очень долго объяснять, — ласково сказал Эрик. — Тебе с самого начала начать?
— А я бы его не выбрал! — заявил Саша Шум. — Я бы себя выбрал!
— Ну, еще бы! — усмехнулся Богдан. — Только ты уже не Кандидат! И такой графы — «Единый Кандидат» — в бюллетене тоже не будет…
— А я бы все равно себя выбрал! — сказал Саша Шум, с удовольствием глядя в синее небо! О, вот пойду и сам себя впишу!
И Саша, насвистывая, отправился куда-то в сопровождении санитаров.
— Эй! Стой! — крикнула ему вслед Криста. — Погоди, говорю! Никуда не ходи, а то в беду попадешь!
И бросилась следом.
А Богдан замер с открытым ртом, словно пораженный какой-то мыслью.
— Ты это чего, старик? — поинтересовался Эрик. — Заразился от нашего Игрока глубокомысленностью?
— Что-то вроде того, — медленно произнес Богдан. — Слушай, а где там Карина?…
Тема вместе со Светкой и всей своей стаей ушли в город в качестве наблюдателей. Ведь сейчас должно было произойти самое важное — то к чему долгие годы шла удивительная волшебная Игра.
Степанида, Бригадир и Генерал отправились осторожно восстанавливать разрушенные в пух и прах связи со своими подданными — Ордой, Гномами и Войском соответственно. Они не верили в новую задумку любителей.
И сама Карина была с ними согласна. Однако же, ее любителям удалось ее уговорить остаться: без колдовских умений королевы ведьм ничего из задуманного не вышло бы.
Тем не менее, сейчас дома у Архивариуса было тесно. Здесь был сам хозяин, вернувшийся, наконец, к родному очагу, а точнее — к закопченной печке-буржуйке, отвоевавшей себе самый центр комнаты. Были здесь его строгая жена Полина, любители в полном составе, Карина, Толик с Мариной и бывший Кандидат в Маги Саша Шум со своей двойной тенью — Чипом и Дейлом и даже маленькое писклявое Чудовище.
Все, кроме Архивариуса, расположившегося в плетеном кресле-качалке под теплым пледом, сидели на пеньках вокруг печки и прихлебывали горячий чай из все тех же железных кружек. На «буржуйке» булькал старинный пузатый чайник, к колоде с воткнутым в нее топором, была приставлена видавшая виды гитара, и все это создавало ощущение какого-то особенного уюта.
Только вот безмятежно наслаждаться уютом не получалось. Все напряженно смотрели на экран старенького черно-белого телевизора на длинных тонких ножках.
К всеобщему удивлению этот раритет прибежал откуда-то на свист Архивариуса: радостно виляя шнуром-хвостом, он норовил запрыгнуть к кому-нибудь на руки и от души лизнуть синим электрическим разрядом. Но Архивариус подтянул сопротивляющийся ящик за хвост к розетке и воткнул в нее вилку. Телек встал, как вкопанный, и принялся неспешно разогреваться, пока, наконец, не выдал черно-белую, но невероятно качественную и даже объемную картинку.
Телевизор вещал прямую трансляцию роскошного шоу, посвященного наступающим выборам Мага.
