— Враги народа… — пробормотал Богдан.
Все замерли, переваривая услышанное. О таком повороте не думал никто.
— Доминатор продумал все очень здорово, — тихо сказал Толик. — Теперь совершенно очевидно: в конце-концов весь город будет голосовать за Независимого Кандидата. И как только мы заявим, что мы против — мы пойдем против города, против простых людей. Мы сами поставим себя под удар. Ведь мы не можем, не имеем права хоть как-то навредить людям, очарованным дьявольским обаянием Кандидата…
— Что же делать? — беспомощно проговорила Криста.
— Во-первых, надо сразу уяснить для себя: мы боремся с Доминатором, а не с его неразумными слугами и сторонниками, — твердо сказал Толик. — Это означает, что мы остались один на один со всеми. Они будут нападать на нас, а мы не имеем права защищаться.
— Но, может, они не будут нападать? Может, обойдется? — с надеждой в голосе произнес Богдан.
И тут в запертую зверь отчаянно заколотили.
— Они здесь! — крикнул кто-то. — Я видел, как они заходили!
— Сейчас мы им покажем! — зло крикнул кто-то. — Вражье семя в нашем тылу!
— Смотрите, чтобы через окно не выбрались! — озабоченно сказал еще один голос. — И это — у них там колдуны есть…
— Чертовы любители! Посмотрим, что они нам сделают…
— Нам надо добраться до Единого Кандидата! — крикнул Толик. — Чтобы быть вместе и вместе найти выход!
Дверь заходила ходуном, и стало ясно, что надолго ее не хватит.
— Ну, и где этот таксист, когда он так нужен?! — воскликнул Богдан.
— А я вот он я! Вызывали?! — раздался знакомый голос.
Только не было в нем больше ни капли дружелюбия. Знакомое такси парило прямо напротив распахнутого окна и было до отказа набито до зубов вооруженными разбойниками.
— Гриша, ты чего? — испуганно крикнула Криста.
— Я ничего! — зло выкрикнул Гриша. — Нечего против нашего Кандидата заговоры плести! Хватай их, ребята!!!
Любители с ужасом поняли, что на магию времени не остается. Марина отчаянно прижала к себе Тему, Криста схватила на руки трусливо запищавшее Чудовище, Толик спокойно созерцал происходящее, словно находился не самой гуще событий, а далеко-далеко, на недоступной верхушке Останкинской башни…
И тут что-то произошло. Одна из стен аудитории растворилась в густом парном тумане, и из белого облака спокойно вышла вперед босоногая девушка.
Там, в туманном пространстве царило спокойствие. Там пахло лесными травами и пели птицы.
— Идите сюда, — сказала Светка. — Скорее. Вас уже заждались…
8
Это была очень странная компания.
Казалось, что ничто не может объединить столь разных по характеру и жизненным ценностям существ. Ну, скажите, например, что общего между грубым Бригадиром гномов и ведьмой? Или властительницей кочевого рынка Степанидой и Генералом дьявольского Войска? Или у надувного пришельца с Того Света и магов-любителей?
И, все-таки, кое-что общее было.
Все они были изгоями.
Это было странно, казалось бы, просто не мыслимо, что Генералу пришлось бежать от собственных, преданных, как собаки подчиненных. Или же Бригадиру — от педантичных и крайне лояльных ему гномов. Но дело обстояло именно таким образом: обаяние нового облика коварного Доминатора оказалось куда сильнее всех их лидерских качеств!
Что поделаешь — выборы! У выборов собственные законы, и тот, кто умеет завоевать доверие публики, получит все.
Пожалуй, только королева ведьм Карина осталась при своем: ведьмы не поддаются чужому привороту, ведь это их собственное оружие. Впрочем, ведьм было так мало, то говорить о них, как о реальной силе, не приходилось.
Зато их резиденция — дебри Коломенской Чащи — оставалась, пожалуй, одним из немногих мест, куда не забредали пока взбудораженные поклонники Независимого Кандидата.
И сейчас самые известные персоны Волшебной Москвы, а ныне изгои, в мрачном расположении духа сидели в тени древней пирамиды и обменивались соображения по поводу своей дальнейшей судьбы. Здесь были и бывшие Кандидаты в Маги, и Архивариус, и любители, и Марина с Толиком. Утомленный последними переживаниями Магистр Правил беспокойно спал здесь же, на травке.
Не было здесь, разве что, Волкопа: в это напряженное время силам правопорядка было нелегко сдерживать эмоции толп взбудораженных избирателей. Только он один, пожалуй и мог безбоязненно находиться во множественном враждебном окружении, не считая летающих гаишников, что с опаской наблюдали сверху за творившимся на улицах и площадях озабоченного выборами города.
Но даже здесь, в лесной тишине Коломенской Чащи, не чувствовалось должного умиротворения и расслабленности. Все думали о Будущем. Будущем, зловещий призрак которого все больше и больше сжимал в город в тисках своих серых щупальцев.
— Я думаю, у нас еще не все потеряно, — решительно сказал Генерал и похлопал по ящику полевой радиостанции. — Я связывался со штабом: у меня еще остались преданные люди… то есть военные, я хотел сказать. Они предлагают встретиться и обсудить условия диверсионно-подрывной работы против Независимого…
— Боюсь, что вас просто хотят заманить в ловушку, — заметила Карина. — Здесь дело не в преданности. Ведь люди невиноваты, что их околдовал обманчивый образ сбежавшего монстра…
— У меня есть военная техника, — упрямо возразил полковник.
— Стаи вертолетов, стада танков и целые облака пуль! Они плевать хотели на сглаз и приворот, и подчинятся только старшему по званию — то есть, мне!
— О чем вы сейчас говорите, Генерал! — воскликнул Толик. — Я уже битый час пытаюсь докричаться до вас до всех: нельзя начинать открытый конфликт — он будет на руку только Доминатору! Надо думать о другом — как выиграть эти выборы…
Все обратили взгляды на сидевшего в сторонке Единого Кандидата. Тот с философским видом ковырял пальцем в носу и любовался извлеченным оттуда на поверхность содержимым.
— М-да… — сказал Богдан. — Даже не знаю, на что вы рассчитывали…
— Наши расчеты были вполне оправданы, — обиженно возразил мистер Мистер. — Только вот в них вкрались некоторые ошибки. Мы не думали, что нашим соперником будет воплощение всемирного зла…
— Признаться, до сегодняшнего дня я думала, что воплощение всемирного зла — это вы, — сказала Криста.
— Спасибо! — поблагодарил Кристу мистер Мистер. — Я всего лишь лоббирую интересы своих клиентов. — Так уж устроена наша с вами жизнь…
— До выборов осталось три дня, — заметил Бригадир, — а я боюсь появляться в своем метро: просто не могу предугадать, когда и где меня стукнут по затылку киркой или просто завалит обвалившимся сводом тоннеля…
— У всех такая беда, — кивнула Степанида. — Мои ордынцы, и те волком на меня смотрят. Но ведь это не значит, что пришла пора опускать руки!
— Одно ясно, — сокрушенно сказал Богдан. — На выборах мы проиграем однозначно. И Магом станет Доминатор. И придет хаос, вселенский кошмар и конец человечества…
— Что мне нравится в Богдане, так это его неистребимый оптимизм, — заметил Эрик.
— Кстати, если кто забыл: нам, любителям после выборов вообще придет крышка, — добавил Богдан и тяжко вздохнул.
И тут в разговор вступил молчавший до этого Архивариус. Он откашлялся, оглядел присутствующих усталым взглядом и сказал:
— Давайте подытожим: что мы можем противопоставить Независимому Кандидату и нескольким миллионам его избирателей? Итак, что у нас имеется на сегодняшний день: собственный Кандидат в Маги — раз. Несколько избирателей, готовых проголосовать за него — это два…
