— Тишь и благодать! — с удивлением доложила она крестнице и решительно толкнула калитку. — Думаю, мы и без проводника не заблудимся. Вон он, замок, на пригорке.
Марта вошла вслед за тетушкой и зачарованно огляделась по сторонам. По цветочному лугу порхали стайки разноцветных бабочек, в кронах деревьев пели на разные голоса птицы. Вдоль тропинки цвели васильки, колокольчики, ромашки и клевер. Некошеная трава колосилась у кромки леса, по синей глади речки плавали утки с утятами. Замок, словно причудливый цветок, расцветший на пригорке, гармонично вписывался в картину природной идиллии. У Марты сердце защемило от этой нетронутой красоты, но вместе с тем она совершенно ясно осознала, что Изабеллу сюда ничем не заманишь. Поместье графа покажется ей глушью, оно будет навевать тоску на избалованную цивилизацией принцессу. Своими соображениями она поделилась с феей, и та озадаченно признала справедливость ее слов.
— Но ведь ей здесь не жить, — рассудила Белинда. — Если они поженятся, то графу придется переехать во дворец. А сюда они смогут приезжать отдыхать летом. Иногда. Если Изабелла захочет, — неуверенно добавила она.
— Значит, никогда, — прозорливо заметила Марта, наклоняясь к зарослям душистого горошка у тропинки и с наслаждением вдыхая нежный цветочный аромат.
Фея, шедшая впереди, обернулась и засмотрелась на стаю уток, взлетевших в небо над речкой.
— Бэль, — дрожащим голосом пролепетала девушка, глядя за спину крестной, — кажется, я поняла, почему на воротах висела запретная доска.
Прямо на них, высоко подбрасывая лапы, неслась полосатая кошка размером с лошадь.
— И почему же? — безмятежно отозвалась Белинда, продолжая стоять к опасности спиной.
— Бэль!!!
Когда кошмарная кошка приблизилась к ним до опасного расстояния в несколько шагов, фея наконец-то соизволила повернуться, коротко выругалась, судорожно схватилась за палочку и ткнула ею прямо в нос чудовища, уже ринувшегося на нее.
— Бэль!!!
Когда кошмарная кошка приблизилась к ним до опасного расстояния в несколько шагов, фея наконец-то соизволила повернуться, коротко выругалась, судорожно схватилась за палочку и ткнула ею прямо в нос чудовища, уже ринувшегося на нее. Желтые глаза хищницы остекленели, передние лапы замерли в полете, а задние приросли к земле. Белинда отшатнулась назад, а кошка так и осталась стоять на земле неподвижной статуей.
— Так-то лучше, — пробормотала фея, оборачиваясь к побледневшей Марте. — Ишь, какая тварь в графские владения забралась! Хорошо, что мы тут оказались и вовремя ее обезвредили. Смотри-ка! Кто-то сюда бежит, — Белинда указала на мужскую фигуру, со всех ног несущуюся к ним со стороны замка.
— Кажется, это сам граф, — с сомнением сказала Марта, глядя на рыжевато-каштановые взлохмаченные кудри, которыми ей запомнился кандидат в женихи. Однако простая рубаха, закатанные до колен штаны и скорость, с которой мужчина мчался к ним, едва не выскакивая из высоких коричневых сапог с широкими голенищами, никак не вязались с образом аристократа.
— А вот сейчас мы его обрадуем, — радостно отозвалась Белинда.
— Доб!.. Держ!.. Я уже спе!.. — донеслись до них отрывистые крики бегуна.
— Добро пожаловать! Держитесь! Я уже спешу, — перевела Марте фея, а графу крикнула: — Не волнуйтесь, ваше сиятельство, нам ничего не грозит! Я обезвредила чудище! — добавила она, чрезвычайно довольная собой.
— Что вы сделали с Добрюшей? — ужаснулся Том, подбегая к ним, и, не глядя на дам, бросился на шею застывшей зверюги и принялся тормошить ее. — Добрюша! — тщетно взывал он, заглядывая в остекленевшие глаза. — Добрюша! — выл он, прижимаясь к ужасной морде и орошая слезами ее усы. — Добрюша! — стенал он, оттянув нижнюю губу чудовища, обнажая пугающие клыки и пытаясь дунуть зверюге в пасть.
Путешественницы при виде подобной картины окаменели, и теперь из четырех существ, присутствовавших на поляне, только граф проявлял признаки жизни, суетливо бегая вокруг своей ненаглядной Добрюши и оглашая окрестности горестными стенаниями.
— Погодите, — отмерла наконец Белинда. — Вы, граф, знаете это чудовище?
— Чудовище?! — в негодовании воскликнул де Этвед, остолбенев от слов феи. — Да это самое прекрасное существо на свете!
— Вы хотите сказать, что это существо, — Белинда с омерзением посмотрела на оскалившуюся образину, — резвится здесь с вашего ведома?
— А где же ей еще резвиться? — простодушно удивился граф. — Добрюша молода, ей размяться надо. А мои владения — это ее владения.
Фея с крестницей ошарашено переглянулись.
— Добрю-ю-ша! — донесся до них сдавленный хрип Тома, пытавшегося оживить свою любимицу поцелуем в нос. — Да что же вы такое с ней сделали? — Он замер, пораженный догадкой. — Она… умерла?!
— Нет, — с сожалением сказала фея. — Я ее всего лишь обездвижила.
— Послушайте, госпожа ведьма!
— Ведьма?! — разъярилась Белинда. — Я! Крестная! Фея!
— Кто бы вы там ни были, — отмахнулся граф, — немедленно верните Добрюше прыгучесть!
— Но она же опасна! Она на людей бросается! — возмутилась Белинда.
— А нечего шляться по чужим владениям, — отрубил Том. — Своих Добрюша не трогает, а для чужих на калитке запретная доска висит. Вы что, неграмотные? — Он сурово воззрился на фею и горестно всхлипнул: — Как вы могли обидеть Добрюшу?!
— Да ваша Добрюша нас чуть не съела! — вскипела та.
— Ничего бы она вам не сделала, — легкомысленно отмахнулся граф. — Поигралась бы — и все.
— Как кошка с мышкой, — хмыкнула фея.
— Добрюша — не кошка, она тигрица! — оскорбленно повысил голос де Этвед.
— Да хоть каракатица! — вспылила фея.
Граф на мгновение замер и с живостью поинтересовался:
— А это кто? Признаться, такого зверя в моей коллекции нет.
— Не думаю, что вы много потеряли, — с ухмылкой успокоила его фея.
Том вновь обратил свой взор на окаменевшую тигрицу и жалостно провыл:
— Добрю-ю-ша!
— Бэль, может, расколдуешь ее? — неуверенно сказала Марта.
— Щас! — рявкнула крестная. — Чтобы это чудовище нас сразу же слопало?
— Добрюша — добрая душа, — насупился граф.
— Что-то мы не заметили, — с сарказмом отозвалась фея.
— А вы ее расколдуйте — сами увидите, — умоляюще произнес хозяин.
— Что ж, — пробурчала Белинда, поднимая палочку. — Но учтите, если я почувствую опасность для меня или моей крестницы, я вашу Добрюшу мигом успокою.
— Уверяю вас, она не даст вам повода!
— Вы бы отошли в сторонку-то, — посоветовала фея, сама удаляясь на безопасное расстояние в несколько шагов и уводя с собой Марту. — Мало ли что.
— Ничего-ничего, — безмятежно ответствовал граф, не снимая сплетенных рук с шеи чудища. — Я должен объяснить Рюше, что вы друзья. Чтобы впредь не возникло никаких недоразумений.
— Вам виднее, — хмыкнула крестная и махнула палочкой.
Гигантская кошка отмерла и продолжила траекторию полета прерванного прыжка, подмяв под себя своего благодетеля. Тот сдавленно пискнул, но рук не отпустил. Хищница тряхнула шеей, пытаясь избавиться от внезапных тисков, потом опустила морду, узрела графа и с громким урчанием ткнулась ему в щеку.
— Вот видите, Добрюша — добрейшее существо, — радостно прокряхтел изрядно помятый граф, выползая из-под чудовища. — Добрюша, поздоровайся с нашими гостями!
— Не стоит, — с сомнением проговорила фея, загораживая спиной крестницу и держа палочку наготове.
