— Располагайтесь. Вы, вероятно, устали. Сейчас вам принесут теплой воды, чтобы омыться с дороги.
— Какое блаженство, — захлопала в ладоши Марта.
— Это все, конечно, замечательно, — охладила ее восторг Белинда, — но у нас срочное дело к герцогу Седрику. Когда мы сможем его увидеть?
— Боюсь, что никогда, — печально пробормотал провожатый себе под нос.
— Что вы сказали?
— Этот вопрос вам следует задать герцогине. Я же получил от нее поручение разместить вас здесь и приготовить для вас ванну, — степенно сообщил слуга. — Пойду потороплю ребят.
— Каких только чудес на свете не видала, — заметила Белинда, когда за ним закрылась дверь, — а в такое чудное место впервые попала.
— А тебе не боязно? — спросила Марта, выглядывая из окошка во двор, по которому суетливо сновали мужчины от шестнадцати до шестидесяти.
— А кого бояться? — удивилась фея. — Эту усатую капусту? Так я ее мигом в кочерыжку обстругаю, пусть знает свое место. Это ж надо чего удумать — замок в мужской монастырь превратить!
— Герцогиня-то ладно, — махнула рукой Марта.
Это ж надо чего удумать — замок в мужской монастырь превратить!
— Герцогиня-то ладно, — махнула рукой Марта. — Но, кроме нее, мы единственные женщины во всем замке. Ты видела, какими взглядами нас провожали слуги?
— Не беспокойся, дорогая, — широко улыбнулась волшебница. — Я же твоя крестная, и ты под моей защитой.
— А ну как они эту комнату штурмом возьмут? — Марта с опаской покосилась на дверь.
— Пусть только попробуют! Надеюсь, ты не боишься… ммм… поросят?
— Но только не мышей! — взмолилась девушка, представив себе серый шевелящийся ковер, льнущий к ее ногам. — А может, ты просто заговоришь дверь от вторжения?
Не успела Марта продолжить свою мысль, как в дверь постучали.
— Боюсь, поздно, — развеселилась фея. — Войдите!
На пороге возник круглолицый кудрявый здоровяк. В одной руке он держал полный кувшин, в другой — пустое ведерко. При виде дам он замер в дверях и с благоговением уставился на Марту.
— Так я вас слушаю, почтенный, — поторопила его Белинда.
— Вот тут… это… — замялся парень, указывая на кувшин, — пока вода там греется… лицо да руки освежить. Вот!
— Спасибо, любезный! — поблагодарила фея и указала на низкий столику стены. — Поставь там!
— Слушаю и повинуюсь, — широко улыбнулся он, выполняя поручение, и вновь вперил влюбленный взор в порозовевшую от смущения Марту.
— А теперь можешь идти, — повысила голос Белинда.
— Может, вам того… на ручки полить? — с готовностью предложил парень.
— Справимся как-нибудь, — заверила фея.
— Зачем же как-нибудь? — возразил слуга. — Сделаем в лучшем виде! Позвольте вашу лилейную ручку…
— Ты что себе позволяешь? — сдвинула брови Белинда. — А ну, кыш отсюда!
С несчастным видом несостоявшийся поливальщик отправился восвояси.
— Вот уж не думала, что ты умеешь так строить глазки, — неодобрительно пробурчала фея.
— Я?! — смутилась Марта.
— Не отпирайся, скромница, — проворчала волшебница. — Поди, от Изы нахваталась? Ясное дело, от кого же еще. Не спорь с крестной! — прервала она возражения девушки. — Иди-ка лучше я тебе на руки полью. Тяжелый, зараза! — Белинда с кряхтением подхватила пузатый, наполненный до самого горлышка кувшин.
— А где же полотенце? — растерянно оглядела комнату Марта и чуть не подпрыгнула от настойчивого стука в дверь.
— А вот и оно! — ухмыльнулась фея, водружая кувшин обратно на столик. — Войдите!
На этот раз в комнату ввалился загорелый увалень с полотенцами, перекинутыми через руку.
— Я тут! Вам! Это! — радостно гаркнул он. — Принес! Вот!
— Видим-видим, что принес, — поморщилась от его воплей волшебница. — Премного благодарны.
— Рад! Стараться! — с готовностью отозвался он и застыл на месте, обжигая фею пламенным взором.
— Что-то еще? — оттаяла Белинда.
— Если что надо, так я с радостью пособлю, — оживился парень.
— Ну, разве что кувшин подержать, — раскраснелась фея, поправляя локон. — Уж очень он тяжелый…
— Я мигом, — заверил тот и завертел головой в поисках кувшина.
— Нет уж, не стоит, — оборвала его Марта, — сами управимся.
— Да зачем же сами? Когда есть я? — удивился слуга.
— Ну что ты в самом деле, Мари, — проворковала крестная. — Пусть юноша поможет.
— Я тебе сама помогу, — отрезала девушка, отнимая у слуги полотенца и закрывая спиной столик с кувшином.
— Так я и вам помогу, — оживился парень. — Мне не трудно.
— Белинда! — повысила голос Марта. — Не забывай, зачем мы здесь!
С разочарованным вздохом фея выставила готового на все юношу за дверь.
— Вот уж не думала, что ты умеешь так строить глазки, — язвительно заметила Марта, когда они остались вдвоем.
— Я?! — возмутилась фея, стирая с лица придурковатую улыбку.
— Ну не я же! — съехидничала крестница и напомнила: — Кто-то там собирался помыть руки с дороги, давай полью.
— Вот еще, будет моя крестница таскать такую тяжесть. Фея щелкнула пальцами, и кувшин взмыл в воздух и завис точно над тазиком. — Прошу!
Марта с опаской подставила руки, и кувшин, резко наклонившись, пролил часть воды.
— Ай! — вскрикнула девушка, убирая руки.
— Что-то не так? — удивилась Белинда.
— Вода ледяная! — пожаловалась Марта. — Словно из зимней проруби. Откуда ее принесли, из погреба?! Ничего себе, забота о гостях!
— Странно, — расстроилась Белинда. — Она, наоборот, должна была чуть нагреться.
— Нагреться? Так это твои штучки? — дрогнула крестница, представив себе, что было бы, если бы вместо ледяной воды ей на руки пролился кипяток.
— Ну да, — удрученно отозвалась фея, — нагреться и пахнуть сиренью.
— А я-то еще удивилась, почему от воды несет тухлой рыбой, — буркнула себе под нос Марта.
— Ты считаешь, я никудышная волшебница? — Голос феи дрогнул.
— Ну что ты, Бэль! — горячо возразила крестница. — Только давай по возможности обойдемся без этих волшебных штучек, ладно? Верни все, как было. Помоемся обычной водой, не принцессы, а кувшин я и сама подержать могу. — Марта подхватила зависший в воздухе сосуд, решив, что таким образом сможет контролировать нагрев воды, если крестной вновь взбредет в голову чудить с магией.
Только путешественницы освежили лицо и руки, только Марта пошутила, что давно к ним никто не ломился, как дверь дрогнула от сильного стука.
— Входите, — едва сдерживая смех, разрешила Белинда.
Сперва в комнату вплыло ведро с дымкой пара над ним, затем — торжественно несший его на вытянутой руке рыжий великан.
— Для баньки вот! — охотливо пояснил он, тараща на женщин мутные глаза неопределенного цвета и едва не пронеся ведро мимо бочки.
— Для баньки вот! — охотливо пояснил он, тараща на женщин мутные глаза неопределенного цвета и едва не пронеся ведро мимо бочки. Вслед за рыжим потянулась целая толпа слуг с ведрами. При виде гостий они словно забывали, зачем пришли, и начинали томно вздыхать, сверлить дам глазами, пытались завести разговор, а кто посмелее — молили о свидании. Особо одаренные порывались читать вирши собственного сочинения, но были вовремя остановлены Белиндой. Когда, наконец, обе бочки были наполнены, фея с трудом выставила последнего из водоносов за дверь и с облегчением вздохнула.
— Ты заметила, что ни одно лицо не повторилось? — спросила Марта. — Ни один из них не вернулся снова со вторым ведром.
