— Тебя устраивает такая жизнь? — спросил Вадим.- Меня — нет. Бездельников у нас полно, согласен, да ведь и работяг немало! А каково сейчас людям одаренным? И все равно шагают в едином строю неизвестно куда.
— А разве ты не в нем?
— Но крайней мере, я плетусь в последнем ряду. Подвиг, конечно, небольшой, но если б эта тенденция стала массовой…
— Так ведь не станет?
— К сожалению.
— Не знаю, не знаю,- сказал Тим.- Сам знаешь, я, в общем, не тупица, однако шалопай и бездельник, каких мало, и главная проблема заставить меня вкалывать. Так что хорошая плетка по заднице мне бы не помешала.
— К дьяволу ее! Пряник — куда ни шло!.. Тем более, хорошая плеть редко сочетается со здравым умом, и погонят тебя в такие края, куда ты вовсе не собирался!
— «Куда Макар телят не гонял», да?
— Или «ворон костей не заносил»,- еще сгустил краски Вадим.- И чего нас вечно тянет на неизведанные тропы? Так и норовим оказаться «впереди планеты всей» одним большим скачком, точно китайцы.
— Скучный ты человек, Вадик,- не любишь экспериментов. В тебе иссяк «дух авантюризма».
— Я не желаю быть их объектом. Кто хочет — пусть экспериментирует, только без меня. Слава богу, человечество уже накопило немалый опыт — не худо бы для начала его освоить.
— Есть мнение, что для нашего менталитета не годятся чужие рецепты.
— Свежая мысль! — фыркнул Вадим.- За последнюю дюжину лет ею уже попользовались все: от латышей до туркменов,- точно уличной шлюхой.
— Учение всесильно следовательно, верно,- наставительно заметил Тим.- Или наоборот? Во всяком случае, нашу «загадочную душу» ты, инородец, лучше не замай!
— Если что?то годится для американцев с японцами, то и мы как?нибудь втиснемся,- сказал Вадим.- А все эти байки об исключительности выгодны одним властолюбцам, а годятся лишь закомплексованным дуракам.
— Коих большинство,- напомнил Тим.- А как же наша «соборность»?
— …сказал баран барану. Вообще среди разумных людей это зовется стадным инстинктом. Есть чем гордиться, да?
— Но разве человек не стадное животное?
— Общественное! Почувствовал разницу?
— Ну да, конечно,- подхватил Тим.- Когда в стадо сбиваются люди, это уже зовется обществом, верно?
— Люди не сбиваются в стада, если они люди,- Даже и в стаи. Разуму нужна свобода!
Вадим и сам поморщился — настолько выспренно это прозвучало Однако не отказывать же от смысла из?за неудачно выстроенной фразы? Он потянулся за чайником и подлил кипятку в загустевший чай — себе и Тиму. Последний, правда, любил чаевничать покруче, а в прежние времена и вовсе заваривал по трети пачки на чашку,- но и без того он слишком легко возбуждался, с пол?оборота.
— Хорошо говорить тебе — сильному,- проворчал Тим.- Ты?то распорядишься своей судьбой, если захочешь. А каково слабым?
— Я себя сильным не считаю,- возразил Вадим.- Хочу я куда больше, чем делаю, даже когда все зависит от меня. Правда, большинство и на такое не способны — зато очень изобретательны в оправданиях.
— На меня намекаешь? — Поинтересовался Тим.- Как будто мне есть куда деваться!..
— А что мешает тебе перейти, скажем, в частники? Ты ведь всегда мечтал о самостоятельности.
— Во?первых, не так это просто: мы ж крепостные не только по названию, сам знаешь. И даже паршивые наши конурки приписаны к КБ, а стоит из него выйти… Во?вторых, кому там нужны мои таланты? Здесь меня хоть и достают, однако погоняют не слишком и не мешают удовлетворять любопытство за государственный счет — пока отчетность в порядке. В?третьих, подпасть под власть крутариков немногим лучше.
— Но там хотя бы есть выбор.
— Если повезет,- сказал Тим,- и то — поначалу. А в общем, такое же крепостное право, только поводок чуть длинней.
— Вот я и говорю,- хмыкнул Вадим.- Оправдываться мы умеем.
— Это доводы, чудило,- возмутился спец.- Не оправдания — доводы!
— Ну да, уровня: если не вполне белое — значит, черное. Конечно, полной свободы тебе не дадут нигде и никогда, но ведь ты даже кусочка ее не желаешь — под тем предлогом, что не предлагают всю. Если б это не затрагивало тебя лично, ты сам бы понял, насколько нелепы такие «доводы».
— Хорошо, а почему ты туда не уходишь?
— Во?первых, по своему психоскладу я не предприниматель, не лидер и не воин…
— Зато умелец, каких поискать!
— Во?вторых, здесь пока интересней. Крутари мне, в общем, понятны — во всяком случае, тамошние странности тутошним не чета. Льщу себя надеждой, что шевелить мозгами умею не хуже, чем руками.
— Все ты врешь! — мстительно сказал Тим.- Ты ж у нас христосик, филантроп, а здесь в тебе нуждаются многие вот ты и рассиялся сердцем, будто тот придурочный Данко! И обойдутся с тобою как с ним, когда догоришь,- все же Горький был не глуп.
— В отличие от тебя. Где ты видел таких филантропов?
— Вон, сидит один!..
— На, залейся,- сказал Вадим, заваривая гостю свежую порцию чая, ибо прежнюю тот уже допил, а заодно почти прикончил и собственные консервы, оставив хозяину последнее ананасовое колечко.- Бог с ними: с крутарями, с филантропами… Поговорим лучше о Крепости.
— Ну чего ты к ней прилип? Стоит худо?бедно, не рассыпается — и слава Основателю! Может, это и вправду нам больше подходит, может, мы действительно ближе к китайцам? Почему не допустить, будто планомерные, последовательные реформы сверху способны принести к благоденствию — пусть не быстро, зато без лишних потрясений?
— Братишка Тим, ты все?таки технарь, а рассуждаешь как заправский чинодрал — вроде того же Марка,- подколол Вадим приятеля.- Ну напрягись, попробуй выстроить модель этой системы, показать ее механизмы, кабели, движители. Только собери ее из реальных деталей, не из придуманных. Ты ведь умеешь подмечать людские слабости — не только же затем, чтобы позлословить? Поставь себя на место Глав — захочешь ты делиться властью? А если захочешь, то кто тебе это позволит?
— Интересно, на что ты намекаешь? спросил Тим.- На заговор таинственных злоумышленников? Так не ты первый!
— «Не следует умножать число сущностей»,- согласился Вадим.- Вообще меня никогда не вдохновляли поиски тайных врагов, столь у нас популярные, почти все можно объяснить собственной дурью.
Однако на сей раз действительно не складывается.
— В конце концов, много ты в этом понимаешь! — с презрением сказал гость.- Может, ты обществовед? Или социолог? Ты же технарь, как и я, в крайнем случае — менестрель. Оставь эти странности гуманитариям.
— Дипломированным, подтвержденным?
— Хотя бы.
— А с чего ты взял, будто они понимают больше?
— Ну?ка, ну?ка,- заинтересовался Тим,- разъясни!
— Знаешь, я давно разуверился в мудрых правителях и честных советниках у них на службе. Лучший способ завалить дело поручить его государству. Для меня оно неизбежное зло, а вовсе не священная корова. И потом, слишком это меня затрагивает, чтобы оставлять решение другим.
— Интуитивист! — презрительно хмыкнул Тим.- И чего же ты чуешь теперь?
— Что нынешняя идиллия скоро закончится. До сих пор только готовилось нечто, а настоящие изменения начнутся теперь.
— А кроме домыслов, у тебя ничего нет?
— А участившиеся разборки между крутарями? — принялся загибать пальцы Вадим.- А эти ночные мясорубки? А необъясненная пропажа многих людей? А массовая дебилизация, зашедшая так далеко?
