— Эй, ну где вы там? — раздался из коммуникатора голос помощника.
Лад и Валенсия улыбнулись друг другу. Капитан настроил экстренное оповещение на громкую связь, и они пошли к остальным.
* * *
«Пилигрим» скользил в гипере уже сутки. Майор Рассел, которому выделили отдельную каюту и предоставили его самому себе, сначала боялся выйти за ее пределы. Но потом голод заставил его выбраться наружу. К его удивлению, на него никто не набросился с вопросами — почему он вышел и почему разгуливает по кораблю? Пираты проходили мимо него, практически не обращая внимания. С ним даже поздоровались, вызвав недоумение. Постепенно майор осмелел, зашел на камбуз и потребовал принести еды; к его удивлению, высокий темнокожий пират подал ему обед в кают-компанию.
Плотно поев, Рассел решил пройтись по кораблю. Первый раз его остановили, когда он направился в сторону оружейного отсека. В коридоре дежурил один из пиратов, который при появлении майора поднялся и молча перегородил дорогу. Также Рассел не смог пройти в рубку. Набравшись наглости, он даже велел пирату отойти, но тот этого не сделал, коротко ответив: «Приказ капитана».
Казалось, майор был оскорблен подобным недоверием и, разозлившись, вернулся к себе в каюту, но не смог там долго находиться и решил найти Валенсию.
Он застал девушку в ее с Аниес каюте. Она была одна, и, спросив разрешения, он вошел.
— Нам не удалось поговорить раньше, госпожа Валенсия.
— Да, господин майор.
— Я хотел сказать, чтобы вы не боялись. Я давно знаю этого ублюдка, Каменева. Он служил у меня на корвете, пока однажды из-за него корабль не уничтожили рудиакцы. Он трусливый негодяй и не осмелится причинить вам вреда. К тому же вы всецело можете рассчитывать на мою помощь и защиту.
— Благодарю вас, майор, — ответила девушка. — Но я уверена, что мне ничего не угрожает. Я знаю капитана Каменева не так давно, как вы, но успела убедиться, что он человек благородный.
— Госпожа Стюарт, мне странно слышать такие вещи от вас, — изумился Рассел. — Эти пираты, они же взяли вас в заложницы!
Она холодно посмотрела на него.
— Тот, кто осознанно рискует собственной жизнью, чтобы спасти других людей, не может быть, как вы изволили выразиться, «ублюдком и негодяем». И трусом Ладимира никак не назовешь. Только очень смелый человек смог бы пойти на корабль к моему отцу, зная, что тот на него охотится.
— Ладимира? — протянул Рассел. — Вон оно что! Да у дочери адмирала Стюарта появились чувства к нашему бравому недоноску.
Валенсия встала и указала ему на дверь:
— Выйдете вон, майор.
— Ты мне пальцами на дверь не тычь, соплячка, — разозлился Рассел.
— Немедленно покиньте каюту, пока я не попросила вас выкинуть.
— Ну смотри. — Майор поднялся и направился к выходу. — Как бы потом пожалеть не пришлось. Не на ту сторону ты встала.
После его ухода Валенсия несколько минут сидела, прижав пальцы к губам, и размышляла.
После его ухода Валенсия несколько минут сидела, прижав пальцы к губам, и размышляла.
Петер и Болтун сидели в кают-компании, оба положили ноги на соседние стулья, в руке каждого поблескивал рубином бокал вина Большой голографический экран во всю стену показывал горящий камин. Валенсия зашла и села недалеко от помощника капитана. Если вид эстетствующих пиратов и вызвал ее изумление, она ничего не сказала.
— Будешь? — спросил помощник капитана, протягивая бокал. — Я еще не пил.
Девушка взяла вино, а Петер потянулся и достал из-под стула бутылку.
Некоторое время они сидели молча, девушка вертела в пальцах бокал, так и не сделав ни одного глотка.
— Я… я хотела спросить… — несмело заговорила она.
— Спрашивай. — Петер сделал широкий жест рукой.
— А капитан… какой он?
— Какой он? — Петер спустил ноги со стула и с улыбкой повернулся к ней: — Хочешь узнать про капитана?
— Просто интересно. — Она сделала безразличный вид и отпила вино. — Ведь не каждый будет рисковать, спасая жителей колонии.
— Не каждый, — согласился помощник капитана. — Так что тебя интересует?
— Я слышала о нем, — продолжила Валенсия, — говорят, он поднял бунт на своей родной колонии, а когда его осудили и приговорили к каторге, сбежал и начал пиратствовать.
— Вот видишь, ты и сама все знаешь. — Петер снова закинул ноги на соседний стул и приложился к бутылке.
— Так это правда?
— Правда, только официальная.
— Что это значит?
— Когда нас инструктировали, что мы можем, а чего не можем себе позволить во время подавления бунта на Дейтоне, одним из пунктов отметили, что дом некоего Ладимира Каменева надлежит обходить стороной. Якобы он герой империи и действующий офицер флота.
— Да, я слышала, что он получил награду из рук самого императора.
— Так и есть. Орден трех созвездий.
— Тогда я не понимаю, как он оказался замешан в мятеже?
— Очень просто — решил помочь друзьям. Завалил при этом двух наших.
— Он убил двух ваших товарищей? — удивленно переспросила девушка.
— Не товарищей, а как бы это сказать… коллег. На самом деле я их даже не знал. Корпорация тогда наняла сразу несколько групп «сторонних помощников». А потом Изотов — представитель компании «Млечный Путь» решил использовать случившееся и разыграть свою партию. После чего капитан превратился из героя в бунтовщика и преступника. Лад решил сбежать с планеты, но у него не вышло. Это я его поймал, точнее мы с Болтуном, — не без гордости сказал Петер. — Так ведь, напарник?
Тот кивнул и отсалютовал бокалом.
— Классическая ловушка, — продолжил помощник капитана. — А после того как мы передали босса кампании и он оказался в тюрьме, империя решила, что проще отказаться от мятежного офицера. Он был комиссован из флота и через неделю сидел на скамье подсудимых. Кстати, я слышал, что ко всему этому приложил руку некий майор Рассел. Думается мне — не он ли сейчас гостит на нашем «Пилигриме»?
Болтун показал жестом, что думает так же.
— Начался суд. Только все вокруг знали, что он не виноват, просто на него хотят спустить всех собак. И на следующий день, после того как капитана приговорили к каторге, мы с Болтуном помогли ему сбежать.
— То есть сначала поймали, а потом помогли сбежать?
— Жизнь — странная штука. Думаю, за это можно выпить.
Они с напарником звякнули бокалами и приложились к вину.
— Но почему он стал пиратом? Почему не обратился в Верховный суд? Если все так, как вы говорите, его могли оправдать.
— Когда мы появились вблизи имперского протектората, несколько кораблей флота Его Императорского Величества атаковали нас, даже не соизволив ответить на наш вызов.
— А как…
— Думаю, достаточно на сегодня, — остановил ее Петер. — От болтовни горло пересохло.
Валенсия хотела задать еще несколько вопросов, но передумала, улыбнулась и сказала:
— Ну у вас еще полбутылки, вполне достаточно, чтобы промочить его.
— Ты права, сестренка — Он посмотрел бутылку на свет. — Поможешь?
— Нет, я, пожалуй, пойду. — Она поднялась.
— Как знаешь.
Когда Валенсия вошла в каюту, Аниес резко поднялась с ее койки и пересела на свою, вытирая ладонью щеки.
— Аниес? — Девушка поняла, что та плакала, и присела рядом, обняв ее за плечи. — Что случилось?
— Не твое дело, — бросила та и попыталась сбросить ее руку, но Валенсия не дала этого сделать.
— Аниес, ты чего? — с волнением спросила девушка.
