— Ясно? — спросил Лад. Все дружно кивнули. — Приступаем!
Сам он развернулся и вместе со штурмовиком направился в сторону фонтана. Там он его оставил и побежал к космопорту и челноку, не очень быстро, но ровно, чтобы не сбить дыхание.
Обратный путь показался ему короче, чем когда они шли им первый раз, исследуя город.
Лад позволил себе передохнуть, только когда забрался в кресло пилота.
Восстанавливая силы, он вышел на связь с помощником.
— Петер, давай сюда, — приказал Лад. — Сажай на площади с фонтаном, я тебя встречу, собирай всех. Оставь для охраны Алонсо и Телори, пусть он возьмет бластер и идет в рубку. И давай быстрее!
— Да уже спускаюсь! Что у вас там такое?
— Все жители заперты в одном здании, а оно залито какой-то хреновиной, похожей на пластик, бластеры еле берут. Они там задыхаются. Да, еще: всем надеть респираторы — тут ядовитые испарения. И захвати лазерные резаки.
— Понял, сейчас буду.
— Отлично! Ждем.
Выключив связь, Лад запустил двигатель. Набрав высоту, он полетел к фонтанам.
Рудольф ждал Ладимира. Как только «скаут» коснулся земли, штурмовик забрался внутрь и начал доставать из ящиков взрывчатку.
— Хочешь подорвать?
— Хочу, только не это здание. Его нельзя так грубо, если только точечные заряды, самой малой мощности. И то, я бы не стал так рисковать — если смола будет отваливаться вместе со стенами. Мы можем всех там похоронить.
— А что тогда?
— Стены склада обрушились, а шланг такой длины можно только там найти. Мне Медведев рассказал.
— Кто?
— Парень из здания — Олег Медведев.
— Понял. Работай.
Штурмовик кивнул и ушел выполнять задание.
Лад снова вызвал Петера:
— Ты где?
— Прошел атмосферу, направляюсь к городу.
— Все готовы? Телори в рубке?
— Да. Вот он тут рядом.
— Хорошо. Скажи доку, пусть готовит все, что у него есть. Там много раненых, правда, я не знаю, как быстро мы сможем их достать.
— Ну, капитан, с тобой не соскучишься. Как ты только умудряешься находить все эти приключения на свой, да, в общем-то, и на мой зад?
— Вопрос, полагаю, риторический?
— Само собой, — ответил Петер. — Я над городом, вижу площадь и фонтан.
— Хорошо, приземляйся. И знаешь еще что? Скажи Пловцу, чтобы пришел с Горацием к трапу.
Ладимир отключил связь, вышел из «скаута», поднял голову вверх и увидел «Пилигрим», заходящий на посадку.
Корабль опустился рядом с фонтанами.
Команда высадилась и подошла к своему капитану. Позади всех шли Хэтчет с племянницей. Пловец со своим волком тоже спустились, но остались возле корабля. Слепой штурман поднял голову вверх, и если не знать, что он полностью лишен зрения, то можно было подумать, что он осматривается.
Слепой штурман поднял голову вверх, и если не знать, что он полностью лишен зрения, то можно было подумать, что он осматривается.
— Лазерные резаки приготовили? — спросил Ладимир, оглядывая своих людей.
— Да, — ответил за всех Петер. — Куда идти?
— За мной, я покажу. — Он повел их к облитому смолой зданию, рассказывая на ходу: — Рудианцы напали на колонию. Подавили сопротивление, собрали всех жителей — две с половиной тысячи человек, среди которых около трехсот убитых — в одно здание и залили веществом, похожим на пластик или смолу.
— Зачем?
— Спроси что-нибудь полегче. Я сам пока не понимаю. Знаю только, что, если мы не поможем, люди там погибнут.
В этот момент они увидели то, о чем говорил капитан.
Петер, как обычно, упомянул Темные звезды — ругательство, вошедшее в обиход еще во времена первых исследователей дальних уголков космоса, Виталь описал свои впечатления более витиевато, и остальные были готовы повторить его слова.
Хэтчет поравнялся с Ладом.
— Но рудианцы никогда раньше не переходили к наземным операциям. Известны лишь случаи бомбардировок и нападения на корабли.
— Я не сам это выдумал. Понимаю ваш интерес как военного, но, похоже, это правда. Я опираюсь на слова человека, запертого внутри этого здания.
— У вас есть с ними контакт?
— Да. Всем надеть респираторы!
В этот момент они подошли к сверкающей башне.
Георгий и Андреас резали пластичную субстанцию, используя ножи и бластеры. Братья были окутаны желтоватым дымом.
— Хватит глазеть, подключайтесь! — резко сказал Андреас. Вещество плохо поддавалось, и оба грека уже начинали злиться, понимая, что те усилия, которые они прикладывали, почти не давали результата. — Эта хреновина вязкая и твердая одновременно. Ножи только скоблят ее, бластеры немного расплавляют, но она тут же твердеет снова. Мы почти не продвинулись.
— Отойди-ка, я попробую. — Петер приготовил лазерный резак.
Он начал срезать смолу тонкими пластами.
— Тяните на себя, — велел он. Братья ухватились за края и стали оттягивать кусок. Наконец им удалось оторвать тонкий, меньше сантиметра толщиной, пласт.
— Включайтесь в работу, — приказал Ладимир остальным. — Петер, нужен проем, чтобы они смогли пролезть. Думаю, лучше всего пробиваться в этом месте — где уже есть отверстие.
— Понял, — ответил тот и тут же принялся раздавать указания: — Виталь, режь здесь, Болтун, Хэтчет, помогайте ему. Самуэль, найди что-нибудь типа кирки, мы будем отгибать, а ты скалывать.
Вдалеке раздался взрыв. Все напряженно замерли и посмотрели в сторону, откуда донесся звук.
— Это Рудольф, — пояснил Ладимир в ответ на вопросительные взгляды. — Аниес, давай к нему, поможешь наладить водоснабжение, они уже минимум полдня там без единой капли. Док, какие будут мысли?
— Капитан, если все так, как вы говорите, то мне одному не справиться. И лазаретом не обойтись. Тут нужна больница.
— Сможешь развернуть что-то наподобие полевого госпиталя?
— В принципе… — Калугин в задумчивости покачал головой.
— Подождите, вы, кажется, говорили, что с колонистами есть контакт?
— Есть, — кивнул Лад.
— Узнайте у них, где находится местная больница? Я посмотрю, что там можно сделать.
— Да, сейчас спрошу. Будем надеяться, она не сильно разрушена.
Он подошел к зданию.
— Петер, подожди, остановитесь на секунду, мне нужно переговорить с людьми внутри.
Работу временно прекратили, Лад подошел к отверстию.
— Вы меня слышите? Олег? Олег Медведев?
— Его нет рядом, — раздался изнутри женский голос. — Олег ушел наверх к детям. Я его жена, Мэри. Говорите, я слушаю.
— У вас там дети? — спросил Ладимир.
— Да.
Внутри у Лада все сжалось, он посмотрел на своих людей, потом снова повернулся к отверстию.
— Сколько в здании детей?
Все стояли затаив дыхание, ждали ответа.
— Сто шестьдесят семь.
— Как их состояние?
Сначала Мэри не ответила, потом сказала:
— Нам не хватает воздуха, до того как вы начали резать, мы подводили их к отверстию, чтобы они могли подышать. Сейчас мужчины начали долбить еще одно отверстие, но получается еще медленнее, чем с этим.
— Напрасно! Передайте им, чтобы не тратили силы и воздух. Мы постараемся работать быстрее и помочь вам. И еще. скажите, где находится ваша больница?
— Триста метров от фонтана, в противоположной стороне от этого здания.
— Понял, — сказал Лад. — Спасибо, Мэри, а теперь отойдите, мы снова начнем резать.
Он кивнул помощнику, чтобы тот возвращался к тому, чем занимался.
Петер хлопнул в ладоши:
— За дело, ребята.
Снова началась напряженная работа. Оторвав кусок, принимались за другой, но смола плохо поддавалась. От мест, где лучи лазера касались вещества, исходили тонкие струйки желтого дыма; если бы не респираторы, люди давно бы задохнулись.
