Лад заулыбался:
— Телори не будет против?
— Конечно, будет, — серьезно ответила девушка. — И не только он. Но мне плевать, захотела бы — пошла. Но вы же сами сказали, что не потерпите раздора, хотя, думаю, в этот раз они бы объединились.
— Играя чувствами людей, нужно быть предельно осторожным.
— Я стараюсь не играть, капитан.
— Хорошо.
Ладимир хорошо помнил, как перед самым отлетом Рудольф и Телори едва не перестреляли друг друга. Он не мог сказать, виновата ли Аниес, но, на его взгляд, она вела себя одинаково со всеми членами команды — была сдержанной, жесткой, не позволяла себе ничего лишнего, ни намеков, ни заигрываний и вообще казалась «своим в доску парнем».
Как и почему Рудольф и Телори начали воспринимать ее не только как члена команды, но и как девушку, Лад не знал. Тем не менее это случилось.
Сама Аниес отдавала предпочтение Телори, постепенно они проводили вместе все больше времени, а Рудольф становился с каждым днем все мрачнее и озлобленней. И так продолжалось до тех пор, пока наконец ситуация не вылилась в стычку между парнями. Дело было в кают-компании, и, сцепившись из-за нескольких слов, Телори и Рудольф распалялись с каждой секундой все больше и больше. Мелкая перепалка превратилась в настоящий конфликт, когда они схватились за пистолеты и направили их друг на друга.
Разрешить ситуацию мирно помог Петер, вовремя сообразивший, в чем дело и в чем истинная причина ссоры. Он предложил расставить все точки над «i» на месте. Аниес объяснила Рудольфу, что он для нее только товарищ и не больше. Тот в сердцах покинул корабль и не появлялся до самого отлета. Ладимир думал, что придется улетать без него, но Виталь успокоил, сказав, что с Руди все пройдет.
Он оказался прав, и штурмовик пришел за несколько минут до старта.
Ладимир надеялся, что инцидент исчерпан.
— Мой помощник не пришел в себя? — Капитан сменил тему.
— Позвать?
— Нет. Я сам вызову позже. Если сумеет ответить на коммуникатор, то сможет и сюда доползти. Можешь идти.
Девушка кивнула ему и вышла из каюты.
Капитан еще раз просмотрел данные на стримкристалле Липски, потом вынул его из ридера и заменил вторым кристаллом.
Перед ним тут же появилась виртуальная клавиатура и окошко для пароля. Мигающая объемная надпись гласила: «Введите четыре буквы».
Ладимир размышлял несколько секунд, потом набрал: «Софи».
— Я знала, что ты догадаешься, — голография изображала дочь губернатора Дейтоны. Девушка сидела в парке рядом с искусственным озером. Ветви плакучей ивы романтично легли Софи на плечо. Глядя на ее белоснежную улыбку, Лад тоже заулыбался. — Привет, герой. Я много слышала о тебе. Когда вы сбежали, тут столько разговоров было! — Она негромко рассмеялась. — Отец даже не догадался, что я помогала тебе. Я сделала вид, что ничего не знаю: «Что?! Ах, мою машину угнали?! Кто?! Зачем?! Бунтовщики?! Какой ужас!», а видел бы ты Изотова. — Софи сделала страшное лицо, изображая представителя корпорации «Млечный Путь», и снова рассмеялась. Потом погрустнела: — Бар твоего старого друга, Джо, закрыли.
Ладимира омрачило это известие. Он знал, что не виноват в произошедшем, но отчего-то все равно чувствовал свою ответственность.
— Но старик — молодец! Он теперь достает корпорацию и моего отца судами. — Она немного подалась вперед, приложила руку к губам и заговорщицки прошептала: — Я наняла ему лучших адвокатов.
Она была довольна, как нашкодивший ребенок, уверенный в том, что его проказы останутся безнаказанными.
— А однажды за ужином отец рассказал, что ты стал пиратом… пиратом! Лад, неужели это правда? Здорово! — В голосе девушки был неподдельный восторг.
Лад покачал головой.
— Интересно, вспоминал ли ты обо мне? — Она лукаво улыбнулась, и голограмма показала ее расположившейся на шикарном диване, в красном полупрозрачном пеньюаре, расшитом жемчугом. — Думаю, это тебе напомнит, как мы…
— Ух ты, капитан! — Петер заглянул в каюту. — Шикарная штучка!
Он уселся рядом с Ладимиром и уставился на голограмму Софи.
Ладимир протянул руку и молча сменил стримкристалл.
— Я встретил Аниес, она сказала — ты хотел меня видеть. Не ожидал! Спасибо за сюрприз, капитан. — Помощник расплылся в улыбке. — А мне показалось или это правда была дочка губернатора этой планетки?
— Остынь! Не для тебя. И похоже, ты достаточно трезв, чтобы посмотреть на то, что предлагает нам Липски.
— Я всегда трезв, когда речь идет о деле, — важно заявил помощник и, поморгав, стал просматривать материал. По окончании спросил: — И сколько он за это предлагает?
— Полмиллиона.
Петер помолчал, прикидывая что-то в уме, потом сказал:
— Нормально. За поход в город бильчей — нормально.
— Знаю. Поэтому я уже послал подтверждение.
— Знаю. Поэтому я уже послал подтверждение.
— Ты бывал в городе бильчей?
— Нет, но я знаю, что такая сумма на счету никому не помешает.
— Большой Джон заработает на этом в десять раз больше. Наверняка нашел канал сбыта.
— Нас это не касается.
— Само собой, если бы коснулось, мы в момент разбогатели. Кстати, нам понадобится атмосферный челнок, «Пилигримом» лучше не рисковать, оставить на орбите.
— Хорошо. Завтра займусь этим.
— Бери «скаута» или «пилара», они надежней.
— Разберусь. Иди сейчас отсыпайся. Завтра с утра проследишь, чтобы закончили ремонт, и проведешь полную проверку. До обеда должны привезти янтарь для обмена — пусть Телори организует разгрузку.
— Не вопрос! Сделаю… только напомни завтра с утра еще разок.
— Что? — Лад сердито взглянул на помощника.
— Ладно, не нужно… все запомнил.
В этот рейд «Пилигрим» уходил в неполном составе — Константин остался в больнице — но зато с доктором на борту. Калугин быстро освоился на корабле. Он перезнакомился со всеми и легко влился в компанию, только с капитаном вел себя подчеркнуто вежливо и уважительно, не позволяя себе панибратства.
Корабль перешел в гипер и уже несколько стандартных суток скользил в подпространстве. До точки выхода оставалось еще около четырех часов, как вдруг Алонсо вздрогнул и с повышенным вниманием стал проверять показания сканеров.
— Лад… — неуверенно сказал он.
— Что?
— Сканеры показывают, что… мы выходим из гипера.
— Не может быть. Петер, сколько нам еще?
— Три часа пятьдесят три минуты с мелочью, — зевнул тот.
— Лад, — паренек смущенно посмотрел на капитана, — но приборы говорят, что…
Неприятное мгновение, когда дыхание не то что перехватывает, а око просто отсутствует, всегда сопровождало выход из гипера. «Морозное» подпространство истончилось, растаяло, рассыпавшись мириадами ледяных иголок, и обзорные экраны заполнила чернота космоса.
— …что мы в реальном пространстве, — закончил Алонсо.
И тут же взвизгнула тревога — корпус еще одного корабля оказался в опасной близости от «Пилигрима». Его борта заслонили половину экранов. Первую секунду корабли двигались параллельно, потом волна вышедшего из гипера «Пилигрима» ударила по соседнему судну, заставив мгновенно сбросить скорость.
— Темные звезды! — воскликнул Петер. — Какого хрена?!
Поврежденный корабль остался позади, а помощник инстинктивно обернулся, словно мог его увидеть через обшивку.
— Капитан, мы больше не в гипере!
— Лад, корабль! — сказал Алонсо.
Петер шумно выдохнул:
