— Хорошо, — удовлетворенно сказал Лад. — Договорились.
Он ввел последний код и скомандовал:
— Старт!
Бормоча под нос ругательства, наемник взялся за рукояти штурвала.
Ускорение проявилось на короткое мгновение, вдавив их в кресла, и было сразу погашено компесационными полями.
«Пилигрим» быстро набирал скорость, пронесся над космодромом и начал почти вертикальный подъем.
В плотных слоях атмосферы он окутался сполохами пламени, и внутренности рубки окрасились сине-оранжевыми бликами. Двигатели работали на полной мощности, преодолевая силу притяжения и поддерживая максимальную скорость.
— Погоня вряд ли будет, — сказал Петер, — не успеют. Приготовились — невесомость.
Желудок капитана подпрыгнул к горлу, голова на мгновение закружилась. На включение искграва понадобились доли секунды, и все снова пришло в норму.
Через несколько минут корабль вышел в космос.
Лад смотрел через обзорный экран на россыпи созвездий и думал: «Как среди такой красоты может быть столько зла?»
— А ты экстремал, капитан, — сказал Петер. — А может, просто псих, но ты мне нравишься, у тебя есть харизма.
— Что у меня есть? — переспросил Лад.
— Харизма. Это… я тебе потом объясню. Говори, куда лететь? — Наемник приготовился вводить координаты.
— Ближайший крупный имперский протекторат — на Глизе.
— Глизе?! Может, уж тогда сразу к Алтарю пробиваться или к Земле? Чего мелочиться-то?
— Туда не пройдем, — серьезно ответил Лад и отвел от лица визор, — не пропустят. А на Глизе можно попробовать.
— Зачем? Ты все еще надеешься восстановить справедливость? Это иллюзорное понятие, для каждого она разная. Кому и что ты собираешься доказать? Тебя отдали на заклание, а ты до сих пор не усвоил урока.
Наемник заглянул Ладу в глаза.
— Надо попробовать, — упрямо произнес тот и отвел взгляд.
— А ты собираешься сообщить о своих планах остальным? — поинтересовался Петер.
— Я скажу им.
— Когда?
Лад не ответил.
Петер, стиснув зубы смотрел на него, потом вздохнул.
— Да ты же сам знаешь, что… — решил предпринять еще одну попытку он. Но потом понял, что это бесполезно. Он втянул верхнюю губу и поскреб ее зубами, потом выпятил обе сразу, вскинул брови и сказал:
— Ну хорошо, будь по-твоему! Глизе так Глизе! Убедись сам, хотя, я уверен, ты и сейчас уже знаешь, какой прием нас там ждет. — Он начал вводить координаты, потом хохотнул и качнул головой: — Ты — псих, но харизма есть.
* * *
Команда выслушала Ладимира с хмурым молчанием.
— Я понимаю, что это опасно, но поступить по-другому просто не мог.
— Я понимаю, что это опасно, но поступить по-другому просто не мог. Я все еще думаю, что это могут быть трюки Изотова. И если я прав, то, возможно, получится все исправить.
— А если ты не прав? — спросил Андреас.
— Если не прав, то…
— То скоро мы это выясним, — сказал Петер, откинувшись на стуле. — Часа через три.
— Я считаю, что если есть шанс, то его нельзя упускать. Согласны?
— А я считаю, что это откровенная глупость, — сказал Самуэль, — отдавать себя в руки имперских войск, могу напомнить, что мы беглые заключенные. И пусть суд был организован корпорацией, но приговор его действителен на всей территории Империи.
— Не на всей, — поправил Петер. — Лагуна никогда не жила по законам империи.
— Вот! Он прав! — сразу подхватил Самуэль. — Надо лететь на Лагуну.
— Не горячись, — сказал Георгий. — Лагуна — прибежище преступников всех мастей: убийц, наемников, корсаров.
Петер усмехнулся, но ничего не ответил на его слова, а грек тем временем продолжал:
— Помните Эрла Сиба?
— Этого больного выродка? — наморщился Андреас.
— Да. Говорят, он сейчас как раз на одной из планет Лагуны. Нам приходила сводка Объединенного полицейского управления.
— Точно, — снова кивнул наемник. — Он был там, на Грации. Только больше его там нет, его вообще нигде нет.
— Где же он? — спросил Георгий.
— Стал частичкой звезды.
— Как это?
— Запаянный в жаропрочную капсулу, он отправился прямиком на ближайший красный карлик. Мы с ребятами минут двадцать смотрели, как плавится корпус. Родители убитых им детей хорошо заплатили губернатору Лагуны, чтобы Эрл не ушел от возмездия. А тот в свою очередь попросил Большого Джона, на которого я тогда работал, оказать услугу.
— Это правда? — Георгий не мог скрыть радости.
— Можешь у Болтуна спросить.
Бывший полицейский посмотрел на наемника, и тот кивнул, подтверждая слова напарника.
— Я не пойму чему ты радуешься? — хмуро произнес Самуэль. — Лад тащит нас снова на каторгу, сейчас, кстати, срок автоматически удвоится — после побега, а ты счастлив оттого, что бандиты поджарили одного из своих дружков. Завидую твоему оптимизму.
— Эрл Сиб этого заслужил, поверь, — серьезно ответил Георгий.
— Верю, — покивал тот, — но в данный момент меня больше заботит собственная шкура, чем смерть какого-то больного недомерка.
— Мы все в одной шлюпке, — согласился с ним старший из братьев.
— Я считаю, — Самуэль перевел взгляд на Ладимира, — что прежде, чем принимать решение, ты должен был посоветоваться с нами.
— Спокойно, — изобразил невинный взгляд Петер. — А кто сказал, что он вообще должен с вами советоваться? Если не ошибаюсь, он ваш капитан.
В кают-компании повисла тишина. Наемник озвучил то, что и так было очевидно, но никогда не произносилось вслух.
Наемник озвучил то, что и так было очевидно, но никогда не произносилось вслух.
Все перевели взгляды на Каменева.
— К тому же, — продолжал Петер, — мы заключили договор, и корабль теперь принадлежит ему. Пусть пока чисто номинально, но все-таки.
— Это правда, — подтвердил Лад.
— А зачем нам… тебе корабль? — спросил Андреас.
Во взглядах всей команды читался тот же вопрос.
— Я посчитал, что если нам не удастся сразу найти убежище, а придется какое-то время помотаться по разным планетам, то будет лучше иметь свой собственный корабль, а не чувствовать себя гостями, которых могут в любой момент выкинуть за борт.
— Ну-у! — развел руками Петер. — Я бы так не сделал!
— Я хотел, — Лад пропустил реплику наемника мимо ушей, — чтобы мы имели возможность для маневра и отступления. А «Пилигрим» — хороший и надежный корабль, созданный для дальней разведки, исследования планет и поиска новых колоний. Поэтому одинаково пригодный как для полетов в атмосфере планеты, так и для межзвездных прыжков. И с кораблем все-таки легче скрыться от преследователей, чем без него. Согласны?
Беглецы переглянулись между собой.
— Да, конечно, ты прав, — сказал Самуэль.
— Еще я взял на себя обязанности капитана и считаю это разумным и верным решением в данной обстановке. Кроме меня, никто из нас не сможет справиться с кораблем. И я прошу вас подчиняться моим приказам, пока не найдем для всех нас надежного убежища. После этого все вольны делать что душе угодно, но до той поры — мои приказы должны исполняться сразу и без обсуждений. Это касается и вас. — Ладимир посмотрел на Петера и Болтуна.
Первый наемник развел руками, показывая, что «не вопрос!», а немой согласно кивнул.
— Это, несомненно, правильный шаг, и никто не собирается оспаривать ни его, ни твои приказы, — сказал Андреас, — но так ли уж нужно лететь к Глизе?
— Если есть шанс вернуться к нормальной жизни, а не провести остаток дней в бегах, опасаясь, что каждую минуту тебя могут схватить и отправить на каторгу, я считаю — его нужно использовать.
