Созвездие Водолея приняло корабль беглецов холодным светом звезд.
— Мы на месте, — прокомментировал наемник. — Что теперь?
— Курс на Глизе.
— Не передумал? Пока еще можно уйти, не привлекая внимания.
— Капитан, — доложил Алонсо. — В нашу сторону движутся корабли.
— Ну вот, уже нельзя, — досадливо сказал Петер и пробурчал: — Научил на свою голову.
— Алонсо, набирай сообщение: «Корабль «Пилигрим», бортовой номер 17-133. Экипаж: семеро гражданских и офицер флота Его Императорского Величества капитан Ладимир Каменев. Требуется помощь. Просим прислать официального представителя военного трибунала». Записал?
— Да.
— Передавай.
— Готово.
— Ждем ответа, да, капитан? — Наемник убрал визор.
— Да.
Сердце Ладимира часто билось в груди от волнения. Глизе — имперский протекторат. Здесь терпеть не могли корпорации, с их амбициями и баснословным богатством. Если беглецам пойдут навстречу, то, возможно, все уладится, с них снимут обвинения, Лада восстановят на службе. Не нужно будет скрываться, убегать, прятаться…
Имперские корабли приближались. Тревожным писком сканеры возвестили о том, что «Пилигрим» взят в прицел.
— Капитан, у меня такое чувство, что я стою голый на площади, а в зданиях вокруг засели снайперы и каждый желает всадить заряд-другой в разные части моего тела. Очень такое, знаешь, неприятное чувство.
— Подожди, сейчас они ответят.
— Ну-ну. Юнга, картинку на экран штурмана, чего спишь?!
— Ой, сейчас! — спохватился Алонсо.
— Что это? — спросил Петер, рассматривая изображения со сканеров.
— Сторожевые корабли «Оса» — перехватчики. Странно только, что они не отвечают на наш запрос.
«Осы» приближались, и молчание в эфире продолжалось.
— Нехорошее у меня предчувствие, капитан, — мрачно произнес наемник, — и если основываться на нем, то их молчание вовсе не странное.
Ладимир смотрел на обзорный экран и ставшие уже видимыми перехватчики. Он понимал, что наемник прав и то, что сторожевики не отвечают на его запрос, не предвещало ничего хорошего. Ведь зачем общаться с тем, кого собираешься уничтожить?!
— Константин, — как-то вяло позвал Лад.
— Слушаю?
— Приготовься сбросить «хлопушки».
— Ясно, сделаем.
— Алонсо, повтори сообщение на всех диапазонах частот.
— Я не… не знаю как…
— Петер!
— Сделаю, капитан.
Отправив сообщение, наемник вернулся на свое место и беззаботно плеснул себе вина.
— Ну что, попробовали? — Петер отпил из стакана.
— Ну что, попробовали? — Петер отпил из стакана. — Ты же знаешь, что означает их молчание. Будем дальше ждать? На Лагуну нужно идти, капитан.
Ладимир не ответил.
— Очнись, капитан! Нас сейчас испарят!
— Почему они не отвечают? Почему не предлагают сдаться?
— Ты до сих пор не понял? Им невыгодно само твое существование. Они кинули тебя, уволив задним числом. А теперь ты еще и беглый каторжник. Не будет тебя — не будет проблемы. Решайся, капитан, не то поздно будет.
На картинке, транслируемой сканером, «Осы» уже занимали половину экрана. Можно было разглядеть направленные в сторону «Пилигрима» стволы лазерных орудий, открытые стартовые люки торпедных аппаратов и гребни наконечников ракет.
Ладимир с тяжестью в сердце осознал, что шанс, о котором он грезил, о котором постоянно думал, — его попросту нет. И никогда не было.
А теперь из-за своего упрямства он рискует жизнями людей, доверившихся ему. Командовать которыми он сам принял решение, считая, что так будет правильно и лучше для всех них. Если бы кто-то из них мог сейчас видеть его взгляд, то они сразу заметили бы, как он изменился.
— Приготовиться! — скомандовал Ладимир. — Константин — следишь за ракетами. Андреас, Георгий — стрелять только по снарядам противника, никакого ответного огня. Ясно?
— Да, понятно, — отозвались стрелки.
— Петер, приготовься маневрировать, — продолжил Лад. — И прекрати пить на посту!
Наемник улыбнулся:
— Другое дело! Слушаюсь, капитан!
Он смял стакан, пролив недопитое на пол, отбросил его через плечо, вытер ладонь о рубашку, активировал навигационные очки и всунул руки в штурманские перчатки. — Готов! Куда летим? Расчет координат на Лагуну у меня готов, надо только задать вектор и развернуть корабль…
— Дальний прыжок опасен — войдут по нашему вектору и выпустят субатомные торпеды. На выходе из гипера от нас только пыль останется.
— Тогда куда?
— Сектор два, угол сто шестьдесят дробь тридцать. Скорость — две трети, — тут же приказал Ладимир.
— Два, один — шесть — ноль, дробь три — ноль. Две трети, — повторил Петер, набирая параметры на консоли. Корабль совершил резкий разворот, через нос, вверх от плоскости полета, и помчался прочь от перехватчиков, набирая скорость. «Осы», оправдывая свое название, словно рой, ринулись за ним.
— Торпеды! — доложил Константин.
Ладимир видел, как от перехватчиков ушла вперед россыпь ярких точек, каждая из которых была самонаводящейся торпедой. Когда снаряды оказались в зоне досягаемости турелей, он скомандовал:
— Стрелки, внимание! Огонь!
Те среагировали быстро, и подбитые их зарядами торпеды стали вспухать шарами взрывов.
— Ускорение постоянное, ноль пять.
— Ускорение — пол-единицы, константа, — выполнил Петер и добавил: — Этого мало, они нас догонят!
Ладимир словно не слышал его. Он был погружен в расчеты и поиски. Пальцы порхали по сенсорной панели, перед глазами были запрашиваемые им данные с радаров.
— Капитан, ты слышал меня? — повторил наемник.
— Они нас догоняют, скоро подойдут достаточно близко, чтобы поджарить нас лазерами.
— Повторяю: стрелкам не открывать ответного огня, — сказал Лад в ответ на слова штурмана — Всем ясно? Курс прежний.
— Ракеты, — доложил Константин.
Ладимир отвлекся от своих расчетов и вернулся к тактической сфере.
— «Хлопушки», двумя партиями. Интервал тридцать секунд, — сказал он и снова вернулся к своему занятию.
— Ты что делаешь?! — спросил Петер, он уже начал нервничать. — До выхода противника на огневой рубеж — пятьдесят три секунды.
— Маневр уклонения. Ответный огонь не открывать. Курс прежний. Мне нужно еще две минуты, — ответил Ладимир.
— Для чего?! — не выдержал наемник и, когда капитан в очередной раз не ответил, выругался, а потом процедил сквозь зубы: — Внимание, начинаю маневр.
«Пилигрим» завертелся вокруг продольной оси, лазерные лучи, посылаемые четырьмя его пушками, сплелись позади корабля в замысловатую спираль. То и дело взрывались ракеты, отвлеченные «хлопушками» или подбитые стрелками.
— Капитан! «Осы» на хвосте! — крикнул штурман. — По нам ведут прямой огонь!
— Еще ракеты! — Голос Константина охрип от волнения.
— А, мать твою! Поглоти меня Темные звезды! — начал ругаться наемник.
Он прекрасно представлял, чем на таком расстоянии грозили ракеты, когда стрелки уже почти не могут перехватить их.
В подтверждение его мыслей, кто-то из мужчин, управляющих турелями, начал ругаться.
— Пропустил! Ракету! — Это был Андреас.
— Вижу! — сказал штурман. Резко увел корабль в сторону, и ракета прошла мимо. Упустив цель, умный снаряд совершил разворот по широкой дуге и снова пристроился в хвост «Пилигриму», но в этот раз попал под огонь пушки Георгия.
В следующую секунду корабль оказался в паутине лазерных лучей. Несколько из них заставили подернуться рябью его защитное поле.
