— Дерри, — тут же извинился он. — Я буквально на секунду. Сегодня вечером буду у вас, там и поговорим подробнее. Пока же только один вопрос: когда ты хочешь представить Криса Совету?
— Представить?
— Ну а как ты думаешь?
— Я как-то не думал об этом… полагаю… наверное, имеет смысл после первого испытания, если оно будет удачным.
— А когда оно?
— Завтра в одиннадцать.
— И сколько займет времени?
— Само испытание не будет долго. Потом хочу дождаться результатов замера. Часа два, полагаю.
— Отлично. Тогда завтра на пять вечера я назначаю заседание Совета. И не возражай. Это обязательно. Тут я ничем не могу тебе помочь. Понятно, что и тебе и Феоле быть обязательно.
— А Крису? — хмыкнул я.
— До вечера, — отрубил Координатор, не расположенный к шуткам.
К тому, что спокойные дни у меня закончились давно, я уже привык, но чем ближе момент испытаний, тем насыщенней становиться график. Времени ни на что не хватает катастрофически.
— Дерри! Вот ты где! Твоя сестра сказала, что ты собирался прибыть сюда. Господин Дональсон приказал разыскать тебя, как только появишься и проводить к нему.
— Здравствуйте, Горан. А куда идти?
— За мной. Я провожу. Стив, Феола и Регард с представителями завода в техническом зале. Там смотрят проекты новых истребителей.
— Уже? Быстро справились.
— А чего? Основные требования известны. Их загрузили в биокомп конструктор и он выдал основные параметры. На заводе отобрали самые перспективные конструкции, соорудили их модели и прогнали по всем тестам. Даже в аэродинамической трубе продули.
— А это зачем? Вроде Регард говорил, что будут делать раздельные истребители для атмосферы и космоса.
— Стив против. Да и твоя схема настолько гибкая, что предъявляет не очень большие требования к конструкции. А раз так, то зачем создавать несколько моделей?
— На мой взгляд разумно. Но я не специалист.
— Это профессор Танаки настоял, — пояснил Горан. — Он раскопал, что очень часто в войне проблемы были у той стороне, у кого оказывалось слишком много различных типов техники. Сейчас все идет к тому, что будут стандартизированы все классы кораблей. Если уж все равно грядет перевооружение, так сразу лучше исключить проблемные моменты. Сейчас Дональсон загрузил работой все архивные службы и командиров эскадр Солнечной. Командиры пока изучают твои доработки, а потом будут уже разрабатывать тактику под новые возможности. Переполох ты устроил знатный. Кстати, мы пришли.
Инженерные службы базы располагались в невзрачном с виду трех этажном строении, выполненным из сверхпрочного искусственного дерева — сокра. Там Горан предъявил на входе два инфокристалла и не задерживаясь, провел меня в подвал. Идти пришлось не очень далеко. Секретарь заглянул в дверь и осторожно открыл ее, пропуская меня.
В круглой комнате пять человек расположились вокруг стола, над которым висело какое-то изображение. Один мужчина что-то рассказывал.
— Это что за леденец на палочке? — поинтересовался я у вошедшего следом Горана. И как раз в этот момент мужчина замолчал и мой вопрос расслышали все. Феола не удержалась от смешка. Регард покосился в мою сторону менее дружелюбно. А вот два представителя от завода, а единственные незнакомые мне в комнате мужчины могли быть только ими, глянули на меня откровенно неприязненно.
— Это Альвандер Морозов, — поспешно заговорил Стив, представив меня.
Неприязнь из эмоций мужчин исчезла, но неудовольствие осталось. И чего они все так отреагировали? Я виноват, что этот их истребитель действительно похож на леденец на палочке? Диск с длинным конусообразным выступом, в основании которого положен ромб.
И чего они все так отреагировали? Я виноват, что этот их истребитель действительно похож на леденец на палочке? Диск с длинным конусообразным выступом, в основании которого положен ромб. Вершины широкой части ромба упираются в ребро диска, я присмотрелся к размерам и подключился к инфокристаллу, считывая данные, на расстоянии две трети радиуса. Узкой в вершины диска. Радиус диска два и три метра. Высота два и три. Длина выступа пять метра. Я прикинул общие размеры нового истребителя. Высота — это высота диска — два и три метра. Длина — радиус диска плюс длина этого вот выступа семь и три метра. Чуть длиннее нынешних, зато вот этот диск сзади идеально подходит для энергетической камеры. Линзообразная форма поверхностей позволяет сконцентрировать все потоки энергии в нескольких точках, в которых просто напрашивается размещение энергокристаллов. Просто чудо получится. А пилота лучше всего разместить вот в этом вот клиновидном отростке. Прямо в его основании рядом с точкой, где должно проходить ребро диска. Именно через нее будет проходить энергия от энергокристаллов. Тоже идеальное место для того, кто собирается управлять ее потоком. А если здесь разместить еще и управляющий кристалл… тогда тут не управление будет — мечта. Ну а в вершине размещаются оружейные кристаллы, кристаллы-локаторы и тому подобные вещи. Ни единого сантиметра бесполезного пространства. Все занято делом. Я считал, что улучшить мою модель невозможно практически, но конструктору умудрились только за счет правильно выбранного корпуса повысить эффективность использования кристаллов на треть. Кто бы не создавал вот эту конструкцию, но в особенностях моей схемы он разобрался просто великолепно. А еще крылья… Они шли почти от самого конца конуса постепенно расширяясь, потом сливались с диском, образуя с ним единой целое. Только их кончики выступали по бокам из-за диска. Если на истребитель смотреть спереди, то он казался одним крылом. Наверное, лучшая форма для полетов в атмосфере. Кажется, это именно то, о чем и говорил мне Стэнфорд — благодаря моей схеме и моим кристаллам конструкторы получили возможность задавать кораблям любую форму, удобную им. Раньше разные системы двигателей, отличие маневров в космосе и в атмосфере не давали создать действительно универсальную машину. Сейчас же, получив универсальный двигатель для любой среды — кристаллы пространства, которые еще и позволяли мгновенно менять направление движения без использования разных поворотных систем, опять-таки различных для атмосферы и космоса, инженеры уже не задумывались о компромиссах, неизбежных в таких случаях.
Кажется, мне не удалось скрыть мой восторг от окружающих. Представители завода с улыбками наблюдали за сменой моего настроения.
— Ну и как тебе леденец на палочке? — поинтересовался один из них.
— Шедевр! — выдохнул я. — Возможности кристаллов выжиты по максимуму. Кто это разработал?! Я хочу встретиться с этим человеком и пожать ему руку! Это… это…
— Ну за этим далеко ходить не надо, — усмехнулся Стив. — Вот он сидит. Леонид Холидей. Ведущий инженер Южной верфи.
— Очень приятно, — я все еще наблюдал за схематическим изображением нового истребителя.
— Что ж, — Стив встал, напоследок бросив взгляд на модель. — Когда вы сможете изготовить пробную партию?
Второй представитель на мгновение задумался.
— Если бы мы были уверены, что вы выберете именно эту модель, то мы бы просто перестроили линию. Тогда за неделю шесть штук мы смогли бы сделать. А так, без перестройки… Три машины за неделю.
