— Ерунда, — отмахнулся Стэнфорд, но тут же задумался. Где-то минуту мы все старательно молчали, глядя на сосредоточенное лицо конструктора. — Как ты, говоришь, наши предки решали такие проблемы?
Гарнер тут же подскочил и начал что-то чертить, попутно объясняя. Мда, слова вроде все знакомы, а вот когда их говорят вместе… Но вот Стэнфорд, похоже, все понимал прекрасно. Вот Гарнер замолчал и выжидательно глянул на профессора. Тот поднялся, облокотился одной рукой на стол, а другой старательно тер набалдашник трости, изучая чертеж.
— Ты изучал древние технологии? — наконец спросил он.
— Я много читал о том времени. Только тогда ведь строили космические корабли. И я помню все чертежи лучших кораблей той эпохи. Прорывными всегда были те проекты, что создавались на стыке технологий.
— На стыке, говоришь? — теперь в голосе Стэнфорда отчетливо слышалась заинтересованность. Тут профессор вдруг разом потерял интерес к этому и опять опустился на место. — Ты сам ту модель делал? На выставке, где мы с тобой познакомились?
— Я все свои модели сам делал, — Гарнер недоуменно моргнул.
— Да, я помню. Меня как раз там заинтересовало одно весьма оригинальное решение… да… Вот, что. Не хочешь пойти ко мне в ученики?
— Я?! — Гарнер даже опешил, на миг потеряв контроль. Меня захлестнули его чувства: недоумение, недоверие, отчаянная надежда. Но тут же он контроль восстановил. — Да!.. Хочу то есть… Спасибо…
— Вот и хорошо. Тогда позже мы с тобой еще поговорим о совместимости различных технологий.
— Так вы беретесь за эту работу? — я поспешил немного разрядить ситуацию.
— Берусь ли? Пожалуй, да. Работа ожидается очень интересная. Но это встанет тебе в очень неплохую сумму. Мне придется привлечь огромное число людей. Вот первоначальная твоя плата. Готов ее потратить?
Я взглянул на то, что написал профессор и едва не поперхнулся. Первоначальная???
— Смету я тебе представлю позже. Прежде, чем согласиться смотри, потянешь расходы?
— Все зависит от скорости пополнения моего счета, — буркнул я. Я закрыл глаза и связался с биокомпом, управляющим банком Солнечной. — Все, деньги переведены на ваше имя.
— Что ж, тогда считаем договор вступившим в силу. — Стэнфорд неторопливо поднялся. — Молодой человек, вам есть что передать мне?
Я вытащил из шкафа заранее приготовленный ларец и поставил его перед Стэнфордом.
— Здесь полное описание кристаллов, которые будут применены в корабле и их характеристики.
— Здесь полное описание кристаллов, которые будут применены в корабле и их характеристики. Также полная хронология постройки того корабля, что сейчас доделывают техники Регарда.
— С господином Регардом я еще поговорю. А пока у меня больше нет причины задерживаться здесь. Суть я уяснил.
Едва мы вышли на улицу, как Стэнфорд сразу направился к техникам, работающим на истребителе. И тут же принялся задавать вопросы по его функционированию. Техники неуверенно поглядывали на Регарда и на меня. Понимая их состояние, я поспешно подошел к профессору и сам стал давать все необходимые пояснения. Алькор, который до этого какой-то машинкой полировал что-то на истребителе, остановил работу, уселся на истребителе и удивленно наблюдал за представлением.
Получив все ответы, Стэнфорд сразу направился к Александру.
— Здравствуйте, — с ходу заговорил он. — Полагаю, вы и есть главный конструктор этого проекта. Мои поздравления. С учетом технической базы и инструментов сделано хоть и не совершенно, но практично.
Я чуть прикрыл глаза. Рядом что-то буркнула себе под нос Диана. Александр нахмурился и покосился в мою сторону.
— Это всего лишь экспериментальная модель, — спокойно возразил он. Я даже удивился, насколько спокойно он выглядел. — И мы здесь отрабатываем не производство, а новую схему. Работать же она может и на такой машине.
— Что ж, очень хорошо. Значит, вы специалист по этой новой схеме. Предлагаю вам работу. Ваши знания мне потребуются для решения моей задачи. Можете назвать любую сумму. Я с вами свяжусь.
Взглянув на Регарда, мн6е стало страшно. Неужели Стэнфорд не понимает, насколько его манера разговора задевает собеседников? Впрочем, он же не эмпат — это я сразу понял. Пси силы у него очень слабы. Но с другой стороны наши предки как-то общались же друг с другом и умудрились при этом даже не поубивать друг друга, что непременно случилось бы, веди они разговоры как профессор. Как-то же они находили общий язык. Но профессор ведь затворник. Он мало общается с людьми. Правда легче от этого не становится. За его спиной я стал отчаянно жестикулировать Регарду, мысленно объясняя ему, насколько важна для меня работа. Регард сам не очень хороший псионик, отлично принимал мои сигналы, а вот отвечать в таком состоянии точно не мог. Я буквально кожей ощущал его сдержанный гнев. Поэтому мне трудно было понять, принимает он мои объяснения или нет.
Наконец Стэнфорд ушел, за ним убежал и Гарнер, предварительно долго и усердно извинявшийся за поведение учителя. Но под конец, перед тем как бежать за профессором, он вдруг подошел ко мне и крепко сжал мне руку.
— Спасибо, Альвандер! Спасибо! — При этом глаза его сияли таким восторгом, что я даже готов был простить Стэнфорду всю его сегодняшнюю грубость уже только за то, что он сделал одного человека счастливым.
Когда они скрылись, Александр, мрачный как туча, подошел ко мне.
— Альвандер, я понимаю, насколько для тебя это важно, но моему терпению есть предел. Я признаю Джефри Стэнфорда величайшим конструктором Солнечной, понимаю, что мое сотрудничество с ним может многому меня научить, но всему есть предел.
Некоторое время пришлось потратить на то, чтобы уговорить Регарда не бросать эту работу.
— Да куда мне деваться? — в сердцах махнул я рукой. — Я ведь знаю кому поручат разработку звездных кораблей. Так что мне поневоле придется с ним сотрудничать. Но не требуй от меня радости от этого факта.
— Потрясающий дед! — подвел итог нашего разговора Алькор сверху.
Но не требуй от меня радости от этого факта.
— Потрясающий дед! — подвел итог нашего разговора Алькор сверху. Наткнувшись на наши взгляды, он моментально отвернулся и вернулся к своей работе, делая вид, что его совершенно ничего вокруг не интересует.
Я развернулся и отправился обратно к себе в лабораторию. Чувствую, что дальше будет только веселее и веселее. В такие моменты я вообще жалел, что связался со всем этим. Жил бы и жил себе спокойно. Мастерил бы кристаллы… Все эти проблемы меня точно доконают. И ладно бы только технические проблемы. А вот что делать с Регардом и Стэнфордом?
Почему у меня вдруг возникло подозрение, что дальше будет только веселее? Ладно, это будет дальше, а пока от сегодняшних проблем отдохнуть бы. В лабораторию! Срочно в лабораторию!
Глава 24
Честно говоря, я полагал, что Стэнфорд свяжется со мной, как только начнет работу, но и на второй день ни от него, ни от Гарнера не было никаких вестей. А тут еще Регард сообщил, что они закончили свою часть работы и пора устанавливать кристаллы. На площадке собрались все техники и те, кто помогал в работе. На грубо сколоченном деревянном столе разложили все кристаллы, а энергетические, слишком большие, стояли рядом. Их я принес сам из маминого сада, где они стояли на зарядке. Я стоял рядом скрестив руки и наблюдал, как два техника раскрывают у истребителя все его люки и проводя последнюю проверку. Рядом на специальной подставке лежал ПГ и нетерпеливо что-то там потрескивал. Я не вслушивался. Феола, правда, посматривала на него, с трудом пряча умешку. Рядом с ней стоял Алькор, придерживая ее за талию. Я покосился на его руку, на сестру, которая, кажется, совершенно не возражала и пожал плечами.
