— А в-третьих, выбор есть всегда, — вмешалась Феола. — Вас ведь силой не заставляют принимать участие в экспедиции.
Гном эти слова проигнорировал. Феола нахмурилась. Она не привыкла, чтобы ее слова так игнорировали.
Я заставил гнома зажать кристалл в руке. Потом надел ему на голову обруч с кристаллом-фильтром. В другую руку сунул ему эмоимитатор.
— Пока все настроено в тестовом режиме. Нам надо выяснить пока основные параметры для работы. Итак… — Я сжал руку гному, заставив того сжать имитатор.
— И как? — поинтересовалась Феола. — Веригор, как ощущения?
— Как будто кто-то чешет мне затылок.
Я поспешно зажал голову руками.
— Тебя на Марсе сейчас услышали бы. К счастью у меня тут хорошие щиты стоят.
— А что? — Веригор растерянно огляделся.
— Когда включен кристалл не стоит произносить слова. Достаточно их думать. Понял?
— Подождите… — Тут до Веригора дошло, что мы с Феолой, когда обращаемся к нему, не открываем рта.
— Наконец-то дошло, — хмыкнула Феола. А теперь давай тренироваться. Я же, по ходу дела, буду делать измерения. То понадобиться для точной настройки. Пока все работает не блестяще, честно говоря. Подожди, я закреплю датчики.
Теперь уже Феола крутилась вокруг гнома. Тот обреченно глядел как его обклеивают какими-то непонятными штуками. Феола же водрузился на стол визор и запустила его. Надо столом возникло изображение каких-то схем и разноцветных графиков. Периодически появлялись какие-то результирующие отчеты.
— И долго вы собираетесь смотреть на меня? — Высунула Феола голову из-за визора. — Мне нужны данные для результата. Продолжайте тренироваться!
— Кхм, — я откашлялся и снова перешел на мысленную речь. — Ладно, слушай, Веригор. Сейчас я тебе коротко попытаюсь объяснить как все работает… — Ну насчет коротко, это я погорячился. Даже с мысленной речью я потратил минут сорок прежде, чем Веригор уяснил основные принципы.
Потом начал осторожно пробовать сам. Феола, наблюдая за данными измерений, делала подсказки.
— Уменьши силу! Уменьши, я сказала! Ну чего ты вечно стараешься заорать? Пойми, громкость разговора при мысленной речи не имеет никакого значения… а, все равно не поймешь о чем я, пока на себе не почувствуешь. Ты делаешь вот так…
Прежде, чем я понял, что хочет сделать сестра, та «заорала»:
— А это очень неприятно для окружающих.
Я поспешно выставил мысленный щит, а вот Веригору не повезло. Он как-то даже обмяк в кресле. Потом потряс головой. Я осторожно снял щит и огляделся.
— Предупреждать надо, — проворчал я.
— Зевать нечего, — отбрила сестренка. — А ты понял, что мы с Дерри чувствовали? Так что сбавляй силу крика. Учись регулировать. — И уже обращаясь ко мне: — Как считаешь, успешно?
— Не знаю, — мысленно пожал я плечами. — Пока трудно сказать. Я сделал что мог. Настройку мы проведем по результатам твоих замеров, а дальше уже все будет зависеть от того, научится Веригор управлять этим или нет.
— Эй, мне кажется, что вы сейчас разговаривали, но я вас не слышал, — немного неуверенно спросил гном.
— Верно, — отозвался я. — Это еще один урок тебе. Вообще-то, когда два человека общаются мысленно, то можно сделать так, что остальные этого не поймут. — Я покосился на сестру. — Ну за исключением сильных псиоников. Нам же было интересно почувствуешь ты наш разговор или нет. А раз почувствовал, тогда давай тренироваться. Общаться со всеми нетрудно. Теперь ты попробуешь поговорить только с кем-нибудь одним. Со мной например. Это не так трудно. Главное четко представлять себе того, с кем хочешь поговорить. Ну пробуй.
Веригор нахмурился и попробовал. Я покосился на Феолу. Та отрицательно покачала головой. Я вздохнул и принялся объяснять все повторно. Даже показывал, благо теперь он понимал мысленную речь. После нескольких неудачных попыток ему все же это удалось… ну почти удалось. Тем не менее прогресс на лицо.
— Ладно, хватит. — Феола решительно поднялась и убрала визор. — Данные мы собрали, теперь осталось их обработать и произвести индивидуальную настройку. В таком виде твою штуку использовать невозможно. Надо будет подумать о форме.
— Надо, — признал я, унося все вещи обратно в лабораторию. — Я еще не думал над этим. Вообще-то, знаешь, этот кристалл будет не единственным. Ведь Веригор должен управлять всеми инженерными системами корабля. Ремонтными роботами. Значит, нужна максимальная интеграция. Ну а что не предусмотрим — то я на корабле доделаю. Благо лаборатория там предусмотрена.
— А мне что делать? — поинтересовался Веригор.
— Тебе? А что ты на сегодня планировал?
— Вообще-то меня на завод сегодня должны перевести. Завтра собираются начинать производство корабля. Сегодня утром должны все чертежи уйти. В сборочный, чтоб успели программу задать и в профильные. А некоторые детали уже давно собирают. В основном вспомогательные модули и блоки.
— Собираются строить? Ну погоди господин Стэнфорд! — праведно возмутился. — Мог бы ведь сообщить об этом! Надо будет сегодня связаться с ним. Ну а ты, раз переводят, отправляйся на завод. Дальше уже моя работа. Как только соберу кристалл, так сообщу.
— Вообще-то…
— Да знаю я Веригор. Тянуть не буду. Сегодня вечером займусь.
Тянуть не буду. Сегодня вечером займусь. Надо только придумать как все это оформить.
Веригор уже ушел, а я продолжал все сидеть за столом, положив подбородок на тыльные стороны ладоней. Раздумывая о форме. Кристаллы ведь должны с ним быть постоянно. Связь всегда нужна. В любой момент времени. Главный инженер все-таки. И в любой момент он должен иметь возможность вмешаться, если понадобиться в работу механизмов корабля. Значит хочешь не хочешь, а надо кое-какие кристаллы вживлять будет. Биоимитатор так наверняка. И учить с ним работать. Еще надо будет биомолекулярный управляющий центр вживлять. Иначе точно не справится с потоком информации.
— А он согласится? — ухмыльнулась Феола, устроившаяся напротив. А потом продекламировала:
Дети в пещере в ученых играли
Гномам кристаллы в мозги загоняли
Спас всех от пыток гномик Макар —
Знал как наносят ментальный удар.
Я свирепо уставился на нее.
— Ты прекратишь мои мысли читать или нет? И откуда в такой красивой голове такие некрасивые мысли?
— А нечего так думать усиленно. Тоже мне, четырехуровневое уравнение пространственной физики решаешь. Помнишь наши полетные комбинезоны? А за красивую спасибо.
— Пожалуйста, — буркнул я и тут до меня дошли ее слова. — Точно!!! Филька, ты гений!!! У каждого члена экипажа должна быть форма… просто у Веригора она будет не совсем стандартной. Щас составлю схему…
Феола в последний момент ухватила меня за шкирку.
— Сейчас ты не схему составишь, а отправишься вместе со мной на заседание Совета. Оно начинается через полчаса.
— Неееет… — простонал я. Но Феола на мое отчаяние не обратила никакого внимания и потащила за собой к выходу.
Как я и предполагал, совещание оказалось совершенно скучным. Точнее не скучным, поскольку споры не затихали и эмофон буквально трещал от споров, приводимых доказательств за и против. К тому же участие в Совете приняли не только советники, но и специалисты разных профилей, которых каждый привлек в поддержку своих взглядов. Нет, глядеть, как постепенно в спорах рождается единая стратегия. Которую потом будут применять для дальнейшего развития Солнечной, было очень и познавательно, но совершенно не в моем вкусе. А вот Феола слушала с интересом и даже кое-какие приводимые данные записывала.
