Наблюдать за рождением корабля можно было бесконечно и вряд ли это мне когда-нибудь надоело бы, но тут я почувствовал на плече чью-то руку. Сначала я попытался игнорировать намек, но меня слегка встряхнули. Я недовольно обернулся и встретился взглядом с Владимиром.
— Я понимаю твои чувства, — заметил он с улыбкой. — Но сколько ты еще собрался смотреть?
— А? — Я оглянулся на стенд. Где роботы продолжали монтаж корабля. Потом на экипаж и друзей. Никто вроде бы не скучал. Но Владимир прав, мы и так уже отвлекли людей от работы. Сколько еще можно смотреть? За сегодня все равно ведь не соберут.
Нехотя отвернувшись, я зашагал к выходу. Оглянулся последний раз взглянуть на рождающийся корабль, а потом шел уже не оглядываясь. За мной потянулись и остальные.
На этот раз мы шли не пешком. Перед нам замерцало окно гиперпортала, миг и вот уже мы в просторном помещении, в центре которого стоит большой стол, кресла. Вдоль стен растут карликовые деревья: березы, дубы, клены. Готтер приглашающе показал на кресла и мы не спеша принялись рассаживаться. Стол воистину огромный. Нас ведь тут собралось немало, но за столом все равно оставались еще свободные места. Но тут же стало ясно, что это не просто так — в помещение из гиперпортала появились Координатор, профессор Танаки и еще несколько Советников. Не успели мы поздороваться, как вокруг закружили роботы, накрывая стол. Но вот все формальности встречи оказались закончены. Поднялся Готтер с фужером в руке. Я принюхался к тому, что налили мне. Вино. И, судя по всему, весьма не рядовое. Коллекционное точно.
Готтер откашлялся.
— Честно говоря, — тихо начал он в полнейшей тишине, — я очень рад, что честь строительства первого звездного корабля за пять тысяч лет принадлежит коллективу нашего завода. Нам, гномам, да и другим расам трудно понять ту тоску, что испытываете вы, люди, глядя на пустое ночное небо. Мы не застали то время. Мы появились позже. Но порой я ловил взгляды друзей из людей, которые они иногда бросали ночью в вышину. Взгляды полные печали и тоски. Я понимал, что это тоска по чему-то очень важному и утраченному.
Я понимал, что это тоска по чему-то очень важному и утраченному. Понимал умом, но не сердцем. Но сейчас, наблюдая с каким энтузиазмом работают все люди, я сам проникся этим стремлением к звездам. Я начал понимать, что в жизни есть нечто… далекое и одновременно близкое, недоступное, но к чем надо стремиться. Иначе жизнь превращается в серую обыденность с обыденными делами. Нет, это тоже важно, но все равно нельзя забывать и отказываться от Мечты. Как бы не было тяжело или плохо, важно помнить о своей Мечте и идти к ней. Я благодарен тем, кто показал мне это. И я выражаю восхищение всем, кто принимал участие в проекте и позволил ему стать реальностью. Кто не сдался и не забыл. Особенно присутствующему здесь молодому магистру кристалловеду Альвандеру Морозову.
Я решительно поднялся и махнул рукой. На меня глянули недоуменно, но и выжидательно.
— Прошу прощение, что перебиваю, но я не могу не поправить вас. Я не буду спорить, что когда начинал работу, думал о том, как будет здорово, когда мне удастся решить проблему Барьера. Как все будут восхищаться мной и моими талантами… — за столом раздались смешки. Но не обидные, а вполне дружеские и ободряющие. Каждый мог представить себя на место мальчишки и его чувства в тот момент. — Но даже тогда я не планировал все сделать самостоятельно. По моему заказу трудились десятки различных институтов и лабораторий. Неужели у кого-то будут сомнения в важности работ тех десятков и десятков инженеров и исследователей, выполняющих мои заказы, без которых я не мог двигаться дальше? А моя сестра? Какой смысл в моей работе, если бы она не смогла дать ему разум? Вот мы и получили охламона в подарок. — Я улыбнулся Крису. Тот обиженно фыркнул, но тут же рассмеялся.
— Сам такой, — отозвался он.
— Да я и не спорю, — под общий смех признался я. — А работы института физики пространства под руководством присутствующей здесь Дианы Гордон? Ведь именно они разрабатывали математические модели слоев. Много бы я наработал без них? А работы сотен ученых до меня, материалы которых и легли в основу моего труда? Так что извините, но… Я всего лишь компилятор уже носившихся в воздухе идей. Возможно талантливый компилятор, — добавил я, поймав на себе взгляд мамы, полный гордости и одновременно грусти.
— Сам себя не похвалишь… — довольно громким шепотом прокомментировала мои слова Феола. Как всегда вовремя. Феола очень точно умела улавливать мое настроение. Вот и сейчас вмешалась, помешав мне тоже уйти в печаль. — Дерри, мы все знаем, что ты среди нас всех самый талантливый… хвастун.
— Как бы то ни было, но именно ты скомпилировал, как ты говоришь, все идеи и реализовал их на практике, — заметил Координатор, когда смех умолк. — А значит, от авторства уже не отвертишься.
— Вот именно! — поднял бокал Готтер. — Давайте выпьем за всех, кто не забывал и стремился к своей Мечте. Кто смог Мечту сделать былью.
Все разом поднялись и в тот же миг торжественность момента словно спала. Никто уже не считал ни чьих заслуг и не вспоминал прошлое. В это мгновение все мечты и помыслы наши оказались в будущем. Начались размышления на тему того, что нас может ждать за Барьером. Остались ли там наши родичи — потомки землян или нет. Чем закончилась та давняя война.
— Как тебе вино? — вдруг поинтересовался подошедший Координатор.
— Никогда подобного не пробовал, — честно ответил я.
— Не удивительно, — улыбнулся он. — Коллекционное. Двухсотлетняя выдержка. Это вино предоставил нам на пробу один винодел. Он высказал пожелание, которое мы сочли весьма интересным.
— Мы, это Совет? — уточнил я. — А что за пожелание?
— Совет, — кивнул Координатор. — А пожелание… он предложил вам взять в полет его лучшее вино. В дар нашим родичам за Барьером. Да-да, чтобы сейчас не говорили тут эльфы и гномы, но я не верю, что наши потомки за Барьером исчезли. Как мы не раз уже доказывали за свою историю — люди чрезвычайно живучее и умеющее приспосабливаться к любым условиям племя. А вообще, я уже приказал поднять все архивы колонизации, чтобы узнать, какие именно растения отправлялись вместе с колонистами, а какие никогда не экспортировались в силу специфичности условий произрастания. Мы планируем загрузить корабль подобными фруктами и овощами. Надеюсь, это тоже поможет вам наладить контакт с нашими потомками.
— Я совершенно не против.
— Я почему-то так и подумал, — улыбнулся одним губами Координатор. — И с вином хорошая идея. Надо будет сообщить всем виноделам. Кто согласится, пусть предоставит свою продукцию. Расходы, понятно, за счет Совета.
— Мне казалось, вы говорили, что вино — подарок?
— Подарок от нас, нашим родичам. Но лишать виноделов их лучшей продукции ничего не дав им взамен все-таки не совеем хорошо. Поэтому Совет все-таки будет покупать вино. Но я думаю, его будет много. Так что что-то пойдет на подарки, а остальным распоряжайтесь, как сочтете нужным. Дерри, усвой одно, никто во всей Солнечной даже не предполагает, с чем вам предстоит столкнуться там, за Барьером. Поэтому любые наши пожелания и рекомендации всего лишь советы, к которым нужно относиться с известной долей осторожности. Тебе еще предстоит выслушать кучу инструкций. Ты просто помни, что те, кто будет их давать, знают о ситуации ТАМ не больше твоего. А на тот момент, когда их советы тебе могут понадобиться ты уже будешь знать много больше их. Так что полагайся на свой здравый смысл и советы друзей. Помните, что вам на месте намного яснее видна ситуация, чем отсюда даже самым мудрым людям.
