— А куда его отправят? — поинтересовалась она.
— На военный флот, — с готовностью ответил вербовщик. — На следующей осьмице из гавани выходит «Вазар» — самый большой галеон. Шестьдесят две пушки, четыреста человек команды! Туда и отправим — большой недобор…
— Корабль?! — вдруг резко оживился сам рекрут. — Я хочу на корабль! Плавать по морю!
Мать резко всполошилась, начала хлопотать, убеждая сыночку, что в море нет ничего хорошего, что там злые дэвкаци и кровожадные эйсты, но тот только упрямо мотал лобастой башкой. Эйстов он не боялся, ибо видел их каждый день, а дэвкаци не боялся, ибо никогда их не видел.
А вот вербовщик облегченно расслабился. Похоже, данного добровольца не стоило даже обманывать — сам бы побежал, только помани. Поняв, что у странной дамы и пожилого рыцаря больше нет возражений, он мягко взял рекрута под локоток, стараясь не смотреть ему в лицо — сопля качалась уже ниже подбородка.
Тетка истошно завопила, пытаясь вырвать сына из цепких лап геремиадского военкомата. Но тот только равнодушно глянул на нее, и затопал, куда повели. Несчастная мать бросилась в ноги лоду Гвэйдеону, нечленораздельно умоляя о помощи. Паладин растерянно посмотрел на Ванессу. Кодекс Серебряных Рыцарей требовал помогать женщине в беде, но данная ситуация была очень уж запутанной…
— Ну, ну, — помогла подняться на ноги убитой горем матери Вон. — Что плохого в службе на флоте? У меня вот дядя служит, и ничего — жив, здоров, доволен. В Чили плавал, в Австралию, в Японию… Знаете, как говорят — хочешь повидать мир, иди на флот!
— Он же еще ребенок! — размазывала слезы по лицу женщина.
— Сударыня, меня забрали из дома в четырнадцать, — сообщил лод Гвэйдеон. — Я уже сорок три года ношу эти доспехи — с восемнадцати лет.
Это ее тоже не утешило. Впрочем, сейчас ее ничто не смогло бы утешить. Разве что возвращение сына. Из обессилевшей руки несчастной матери высыпалась горсточка серебряных монет — подъемные, выданные вербовщиком.
— Да уж… — вздохнула Ванесса, когда они с паладином отвели женщину домой.
Лод Гвэйдеон молча согласился.
Но через несколько минут они совершенно забыли о случайной встрече — перед ними был «Эзурок». То самое место, где Витааль предложил встретиться. И остальные уже ожидали их тут — Креол, Логмир, Витааль. Сидели на скамеечке и синхронно пускали в небо кольца дыма.
— Курим? — задала риторический вопрос Ванесса.
— И даже ничего подобного! — открестился Логмир, проглатывая окурок.
Витааль курил как-то странно — залепил правую жаберную щель жирной розовой пленкой и дымил сквозь нее.
Витааль курил как-то странно — залепил правую жаберную щель жирной розовой пленкой и дымил сквозь нее. Но при виде Вон он немедленно отклеил эту гадость и прилепил ее к затылку. За отсутствием легких эйсты не могли курить так, как люди, но никотин им нравился, поэтому они изобрели свой собственный способ.
Ну а Креол неторопливо вытряс трубку и спокойно убрал ее в сумку. Маг курил редко и только от скуки. И только табак собственного изготовления — какой-то особенный, содержащий ману в невообразимых количествах.
— Ну что, сделали… что вы там собирались? — спросила девушка.
Креол с Витаалем таинственно переглянулись. Они по-прежнему не желали рассказывать, что же такое они приобрели в квартале эйстов. Ванесса закатила глаза, не понимая такой таинственности.
— Ладно, пошли… — вздохнула она.
«Эзурок», рядом с которым они стояли, был, пожалуй, самым необычным учреждением в Геремиаде, да и во всем Закатоне. Разве что в Серой Земле встречалось кое-что похожее.
Магический универсам, вот что это было. Не просто магическая лавка, как в некоторых других городах, а именно большой универсам, в котором работало десятка три магов. В том числе и чародеи эйстов. Вот дэвкаци или серых тут не было — в Геремиаде не переваривали ни тех, ни других.
Оказавшись внутри, Ванессу особенно поразило не многообразие диковинок, не хитрые фокусы, творимые продавцами и даже кое-кем из покупателей, и не странные существа, в изобилии рассаженные по клеткам. Нет, особенно ее поразило отношение к Креолу. Стоило ему только войти, и на него тут же уставились десятки глаз. Воцарилась благоговейная тишина. Примерно такая же реакция была бы в каком-нибудь музыкальном магазине, зайди туда живой Страдивари.
И пока Креол делал покупки, его сопровождал ореол восхищения и преклонения. Работники перед ним буквально стелились, стремясь сделать все, чтоб только архимаг остался доволен. Ванесса сначала удивлялась, как они его так сразу раскусили, но потом до нее дошло — аура. Креол вполне мог скрыть ауру, но даже не подумал этого сделать. И все, кто умел видеть , едва ли не ослепли от бушующей магии, вошедшей в эти двери под видом человека.
Впрочем, удивительные товары, продаваемые здесь, вызвали у него лишь скуку. Он, позевывая, осмотрел всевозможные амулеты и талисманы, без особого интереса покопался в магических порошках и эликсирах, и только покривился, когда дело дошло до настоящих артефактов. Баловство и безделушки.
— Ой, вот смотри — эта штука приносит удачу! — выудила из кучи амулетов блестящий камешек Вон. — Смотри, тут так написано!
— Удачу в чем?
— Просто… во всем, наверное…
Креол презрительно усмехнулся, глядя на смущенно ежащегося продавца.
— А вот шапка-невидимка! — нашла изящную шляпку Вон. — Работает! Здорово как! И дешево — давай возьмем, а? Ведь работает же!
— Да, только заряд почти исчерпался, — зевнул Креол. — Часок проходишь в такой, и все — выкидывай. Потому и дешево, что модель дешевая. Кто это делал?
Никто не пожелал признаваться.
— Запомни, ученица, по-настоящему мощные артефакты ты в лавке не купишь, — наставительно сказал Креол. — Ну подумай — неужели сильный маг станет разбрасываться на мелочную торговлю? И неужели кто-то согласится продать что-нибудь вроде моей цепи, Белого Меча или амулета Слуги всего лишь за деньги ? Разве что по незнанию… Вот, смотри — неопустошаемый кошелек. Если верить ярлыку, в нем никогда не заканчиваются монеты. Ну и сколько, думаешь, должен стоить такой артефакт?
Ванесса озадаченно нахмурилась.
Ну и сколько, думаешь, должен стоить такой артефакт?
Ванесса озадаченно нахмурилась. И в самом деле — неужели человек, имеющий такой кошелечек, согласится его продать ? Сколько же денег он за это запросит? Она взглянула на ценник и недоверчиво протерла глаза — всего-навсего триста серебряных малько. Конечно, сумма огромная — геремиадский малько почти вдвое дороже ишкримского динуба. Шестерых Индраков купить можно. Но с другой стороны — покупатель за какой-то час вернет потраченное с лихвой, просто вытрясая кошелек.
— Ну и где подвох? — наконец спросила она.
— А вот смотри! — хитро поднял палец маг.
Он взял с витрины кошелек, легко преодолев слабое сопротивление молодого чародея-продавца, и вытряхнул его прямо на прилавок. На дощатой поверхности выросла кучка новеньких малько — штук сорок, не меньше. Креол перевернул кожаный мешочек и вновь опрокинул над столом. Рядом выросла еще одна кучка — точно такая же. На лице мага на миг возникло недоуменное выражение — явно ожидал чего-то другого. Но потом он просветлел лицом, и сделал все то же самое в третий раз. А потом в четвертый. И вот на четвертом лафа закончилась — больше ни одной монетки.
