— Ну как сказать… — замялся Логмир. — Кое-что осталось, врать не буду… но это я как-нибудь потом, при случае. Давайте-ка лучше поговорим о нас…
— О ком это «о нас»? — не поняла Ванесса.
— А и правда — о ком бы это? — начал озираться Логмир. — А ну да, вот же мы где! — всплеснул руками он, демонстрируя преувеличенную радость. — О нас, подруга, о нас четверых! Вы спасли мне жизнь, честь вам за то и хвала. Но только не врите, что сделали это потому, что всю жизнь мечтали пожать руку убийце Султана Огня! Помочь вам выкрасть Сердце я помогу, тут я и сам интерес имею…
— Делить мы его не будем, даже не рассчитывай! — нахмурился Креол.
— Мне оно нужно целиком!
— Да ради всего святого! — раскинул руки Двурукий. — Вот мне-то оно как раз не нужно совсем! Ну вот ни на полпальчика! Если вы знаете, куда можно пристроить этот камень — честь вам и хвала, слава богам, ура, все ликуют. Интерес мой в том, чтобы подложить этому царьку каку погрязнее — не нравится он мне что-то… с чего бы вот только, не знаете?
— О чем же вы тогда хотите поговорить, сударь? — спокойно спросил лод Гвэйдеон.
Выяснив, что Логмир не дворянин и никогда не был, он начал обращаться к нему, как к простолюдину. Точнее, он всегда так к нему обращался, но раньше — с сомнением, не зная, не оскорбляет ли по незнанию благородного человека.
— О нас! — устало выдохнул Логмир. — О том, что будет дальше, и чего ради вы меня спасли! Из Стера вы меня вытащили в два счета. Значит от слабости не падаете. Костыли не нужны. Мух от вас отгонять не требуется. Могли бы и сами влезть, да украсть, что нужно. Не могли бы? Лень одолела? Тогда наняли бы мастер-вора, в городе есть целая гильдия «специалистов широкого профиля»… Значит, я вам зачем-то нужен. Зачем?
Креол, Ванесса и лод Гвэйдеон переглянулись, за несколько секунд приняли общее решение, не сказав ни единого звука, и молча кивнули. Все трое решили посвятить этого типа во все (ну, почти все) детали Великого Плана. Хотя бы в ту его часть, что касается Рари. В конце концов, между товарищами по оружию не должно быть секретов. По крайней мере в том, что касается дела.
— Задумка незаурядная… — присвистнул Логмир, выслушав всю историю. — Собрать все четыре Сердца… Эк вас приперло-то, видать… А что, вместе они на что-то годятся? А то я свой ковырял, ковырял, к волшебнику даже таскал — ни хаба пользы от него нет, ни к чему не пригоден… А с четырьмя чего сделать можно?
— Не твое дело, — сумрачно ответил маг.
— Давай сразу к делу, о’кей? — потерла руки Ванесса. — Сам видишь, на Закатоне мы первый раз, ничего тут не знаем. Нам нужен опытный проводник. Пойдешь? Платим щедро.
— Насколько щедро? — недоверчиво прищурился Логмир. — А то бывают такие — сунут грошик, и уже вопят: мы щедрые, мы щедрые! Назови цифру, подруга, тогда и будем думать.
Ванесса задумалась. Перед тем, как входить в город, она позаботилась о том, чтобы выяснить примерный курс алуда и вдуоцо — главных чрехверских монет. Первую чеканили из серебра, вторую из меди. Ко всеобщему удивлению, элемент «золото» на Рари практически отсутствовал — даже слова такого никто не знал. Зато платина, наоборот, встречалась в таких количествах, что драгоценностью ее никто не считал. Так что почти все государства чеканили свои деньги из серебра. Ну и из меди, само собой — мелкую монету.
Пауза затягивалась. Вон просто не знала, какая сумма может заинтересовать кого-то вроде Логмира — кто их знает, профессиональных героев… Вдруг ему и сундук золота покажется мелочью? Хотя сундук золота уж точно покажется, оборвала она свои мысли — на Рари ведь не знают цены золота. Креол и лод Гвэйдеон вели себя все нетерпеливее. Маг вовсе начал раздраженно постукивать по стене.
— Назови свою цену, — наконец разродилась Ванесса.
— А что, любую? — еще недоверчивее посмотрел на нее Двурукий. — В любых пределах?
— В любых, — мрачно подтвердил Креол.
— А если я хочу стать султаном? Я хочу!
Ванесса невольно вспомнила почти такой же разговор с Конрадом. У Логмира, правда, аппетиты оказались пожиже — он захотел не весь мир, а только одну страну.
У Логмира, правда, аппетиты оказались пожиже — он захотел не весь мир, а только одну страну.
— Можно, — равнодушно пожал плечами маг. Это требование его не возмутило. — Султанат сам выберешь, или любой сойдет?
— Э-э-э… да я ж пошутил… — впервые не нашел, что ответить, Двурукий.
— А я нет. Будет тебе султанат. Но сначала придется отработать, — ткнул в Логмира пальцем Креол. — И качественно.
— И еще денег!
— Сколько угодно, — вяло махнул рукой Креол. — Не ограничиваю.
— А слава будет? — разохотился Логмир. — Хочу прославиться… еще больше! Так прославиться, чтоб все знали — вот он кто такой! Чтоб зашел в любой кишлак, и тебе сразу с порога — а про Двурукого-то слыхали? Во каков!
— Хватит над нами издеваться! — закричала на него Ванесса. — Ты, ниндзя долбаная, думаешь, мы без твоих катан руки на себя наложим от горя?! Да нужны они нам, как ежу смокинг!
— Хой, подруга, успокойся! — испугался Логмир. — Чего ты вопишь-то? Ну вы пошутили, я тоже посмеялся, всем хорошо, все рады, все веселятся. Давайте уже всерьез. Значит, так: я вам малясь все-таки задолжал. Без вас уже к концу осьмицы загнулся бы, и не стало б на свете героя Двурукого… Какая потеря для баюнов — про кого песни-то петь? До кучи — у меня сейчас дел за плечами нет. Я и сюда-то пришел новых потех поискать — думал, может, собирается кто на юг иль на запад — в Ненужные Земли… Я ж герой, подруга, про меня во всех кабаках песни поют! Мне на одном месте скучно… а песни про меня я очень люблю. Так что берите меня в компанию и не тревожьте зазря сердца, мне лишняя слава никогда не помешает! Где тут кровью расписываться?
— Там будет опасно, — решила предупредить Ванесса, в свою очередь испугавшаяся такого напора.
— Опасно? — усмехнулся Логмир. — Хой, подруга, опасность — мое третье имя!
— А второе какое?
— Двурукий, — ответил Двурукий. — А что, забыли уже? Для памяти полезно травку жевать — слоны жуют, жуют, вот у них и память… как у слонов. А чего? Я обузой не буду — я, вон, Султана Огня убил! Я герой!
Креол слушал это одобрительно — он, как и Логмир, любил петь дифирамбы самому себе. А вот лод Гвэйдеон — с явным недоверием.
— О вас и в самом деле слагают песни, сударь? — ненавязчиво поинтересовался он.
— А что — рылом не вышел?! — обиделся Логмир.
— Ну…
— Да я сейчас докажу! Да я папой клянусь!
— Это что — все доказательства? — ехидно уточнила Ванесса.
Двурукий не на шутку рассердился. Он быстренько сбегал к хозяину «Головы Султана» и вытребовал у него чираду — щипковый струнный инструмент, похожий на гитару с колокольчиками, привязанными к грифу.
— Сейчас! — насупленно пообещал Двурукий, перебирая струны. Хвастливый герой терпеть не мог, когда в его доблести сомневались. — Как же там было… сейчас, сейчас…
О славном герое послушайте слово,
О том, кто в бою был бесстрашен и смел,
И ночью и днем неизменно готовом
Сердцем закрыть нас от вражеских стрел.
В бою не покладая рук
Он чудеса творил.
Звенел его могучий лук,
Помощник светлых сил.
В руках его блестел металл,
Для славных, честных дел.
Звенел его могучий лук,
