— Итак, — герцог обвел всех испытующим взглядом, — полагаю, каждый из нас заинтересован в благополучии и спокойствии Единой Земли и каждый делает для этого то, что почитает своим долгом. Поэтому мы можем доверять друг другу, по крайней мере в тех вопросах, которые касаются жизни отданных под наше покровительство земель. Все мы союзники, все стремимся к одному, хотя и движемся разными путями, но, к сожалению, случилось так, что путь одного из нас вызвал неодобрение другого. — Его Высочество сделал многозначительную паузу. — И теперь епископская церковь недвусмысленно обвиняет орден Храма в ереси или даже в прямом пособничестве дьяволу. К обвинениям в колдовстве мы все привыкли, — герцог легко взмахнул рукой, давая понять, насколько несерьезно воспринимает он сам подобные глупости, — вот уже сто лет любая удача тамплиеров объясняется помощью интуитов. Но сатанизм — это, согласитесь, совсем иное дело. Равно как и подымание мертвых, чтобы они «ходили среди живых» и «выглядели как живые»… Владыка Адам, я верно припоминаю проповеди?
— Более?менее, — признал митрополит.
— Благодарю вас. Пастыри, надо отдать им должное, умеют говорить убедительно, им удалось сформировать среди горожан совершенно определенное мнение относительно ордена вообще и упомянутых «мертвых» в частности.
Да и чудеса, являемые время от времени, вкупе с аскезой, умерщвлением плоти и прочими подвигами духа придают их словам немалый вес. Однако сегодня и, простите, сэр Артур, прямо сейчас, мы все имеем возможность убедиться в том, что храмовники не только далеки от дьявола, но и, так же как пастыри, близки к Небесам. А возможно, и ближе.
Все присутствующие тут же уставились на Артура. Как будто он за пять минут успел обзавестись еще и ангельскими крыльями.
Или копытами.
— Миротворец умер сто лет назад, — заметил Его Высокопреосвященство.
— Да? — удивился Артур.
И получил от сэра Германа взгляд, обещающий минимум месяц работы по кухне.
— Если вы помните легенды, — мягко произнес командор, — Миротворец был очень молод…
— Шестнадцать лет, — вставил герцог.
— Вот именно, — кивнул командор. — Так отчего бы он мог умереть9
— Но куда?то же он делся.
— Куда?то. — Сэр Герман пожал плечами и возвел очи горе. — Кто?нибудь из вас, господа, знает, куда именно?
Артур решил по окончании этого лицедейства непременно сказать сэру командору какую?нибудь гадость.
— Вы уже тогда командовали орденом Храма, — митрополит смотрел на сэра Германа, — неужели и вам неизвестна судьба вашего рыцаря?
— Судьба? — командор задумчиво вздохнул. — Знаете, в том, что касается его судьбы, я склонен верить легендам.
— То есть, — черные глаза владыки Адама насмешливо блеснули, — вы утверждаете, что он вернулся?
— Я? — искренне удивился сэр Герман.
— Утверждаю? Помилуй бог, как я могу утверждать что?то, когда речь вдет о столь тонких материях? Первым эту тему затронули вы, Ваше Высокопреосвященство. Именно вы поинтересовались семьей брата Артура, сравнив его с Миротворцем, который, как известно, был сиротой. Сыном Неба.
— И все же мне хотелось бы узнать ваше мнение.
— Что я могу сказать? — Командор был само смирение. — Сто лет назад в Единую Землю из неведомых краев явились два юных героя. Братья: храмовник и мирянин. Они спасли людей от великого Зла, после чего исчезли. А приблизительно месяц назад в Сегед прибыл брат Артур.
— Из неведомых краев? — язвительно уточнил владыка Адам.
— Да, как это ни удивительно. И как вы справедливо заметили, Ваше Высокопреосвященство, у Артура есть брат. Мирянин.
— Святые отцы, — вмешался герцог, начиная терять терпение, — не уподобляйтесь философам! Поверьте, философии мне хватает в библиотеке. Вы рассуждаете о Миротворце, но вот же, перед вами, сэр Артур Северный! Чего больше? Описания в легендах даны весьма подробно, и вы должны их помнить. Если нет, я распоряжусь принести книги…
— Не нужно, — поднял руки сэр Герман
— Не нужно, — поддержал его митрополит. — Поймите, Ваше Высочество, в подобных вопросах нельзя допускать ошибок. Как вы изволили признать, мы с сэром Германом осуществляем на ваших землях духовную власть.
— А это очень большая ответственность, — весомо добавил командор.
— Не сомневаюсь, — пробурчал герцог, — но не могу понять, что же вас смущает.
— Миротворец ложно почитается святым, — терпеливо объяснил владыка Адам. — Это опасное заблуждение, заблуждение распространенное, и даже вы, Ваше Высочество, подвержены ему. Но Артур Северный никогда не был канонизирован…
— Потому что святость человека познается после его смерти, — деликатно вмешался командор, — а Миротворец не умирал.
— Он не творил чудес.
— Это не доказано.
— Неужели? — Брови Его Высокопреосвященства саркастически выгнулись. — А я, ничтожный, полагал, что его так называемый брат — лучшее доказательство.
— Одумайтесь, владыка, — примирительно попросил сэр Герман. — Кто мы такие, чтобы судить…
— Духовные пастыри. Если не мы рассудим, то кто же? Да, Его Высочество верно заметил, что в данный момент мы все наблюдаем довольно необычное явление…
Митрополит смерил Артура пренебрежительным взглядом, и сэр Герман слегка напрягся. Потому что Арчи словно и не заметил пренебрежения. Мальчик ушел в себя, к своему Богу… или все?таки не к Богу?
Кажется, он начал уходить еще в начале разговора. Ну да, иначе откуда бы взяться тем странным словам о храмах Шопрона? Значит, скоро следует ждать появления «другого»..
«Господи Всемогущий, — молча взмолился командор, — только не сейчас!»
А впрочем, молись не молись — Артур уже ушел, и вернуть его не получится: его никто, кроме Альберта, возвращать не умеет. Как не вовремя все. Митрополит еще зудит… молчал бы, право слово. Когда Артур уходит, лучше молчать и прятаться, а то, не дай бог, заметит «другой».
— … Но можете ли вы сказать наверняка, сэр Герман, с чем мы имеем дело: с проявлением ли Силы Божией, или же с Силой совсем иного рода, и хорошо, если просто с магией?
— Магия? — Командор заставил себя вернуться к действительности. — Где вы видите магию, Ваше Высокопреосвященство?
— Не всякую магию можно распознать. — Митрополит, кажется, принял рассеянность собеседника за слабость. — Всем известно, что богомерзкий колдун, которого ваш Миротворец называл своим братом, прибегал в своих заклинаниях к силам совсем иного рода, чем обычные, пусть даже и дикие маги.
— Митрополит, кажется, принял рассеянность собеседника за слабость. — Всем известно, что богомерзкий колдун, которого ваш Миротворец называл своим братом, прибегал в своих заклинаниях к силам совсем иного рода, чем обычные, пусть даже и дикие маги. Кого он призывал тогда, сто лет назад? Кого мы видим перед собой сейчас?
— Альберт Северный был сильным магом, — поморщился сэр Герман, — а Миротворец был Миротворцем. Маг и рыцарь. Тогда этот союз казался недопустимым, но вдвоем они творили чудеса. Настоящие чудеса, Ваше Высокопреосвященство. Или вы полагаете, что орден Храма не сумеет различить козни… не будем называть его сейчас.
— Козни дьявола? — уточнил владыка Адам. «Чтоб тебе онеметь, — в сердцах пожелал ему сэр Герман, — нашел время!»
— Я полагаю, — продолжал между тем митрополит, — что Сатана хитрее и умнее, чем все рыцари ордена Храма вместе взятые. В конце концов, у дьявола значительно больше опыта в уловлении душ. И почему бы вам, сэр командор, в свою очередь не признать, что вы могли ошибиться? Ведь приговор святейшего трибунала от сто тридцать третьего года гласит: «Все содеянное Миротворцем и его богомерзким братом прямо противоречит канонам веры, каковые оставлены нам Господом и истолкованы, по Его указаниям, святым Невиллом Наставником».
