И рассмеялась. Да так, что спрятаться захотелось.
— Работает!
Снизу вверх ударила страшная, ветвистая молния. Варг по?прежнему не чувствовал магии, и ему стало жутко.
— Работает! — вопила Ирма, полосуя небо льдисто?синими бичами. — Она работает!
— Хрен ли дуре с цацки? — грустно спросил Альберт.
— Не ругайся. — Артур брезгливо тряхнул окровавленными руками. — Где?то здесь колодец был. Пойду я умоюсь.
Перепрыгивая через выбоины и оплавленные дыры в камнях, он пересек двор и скрылся в донжоне.
— Скоро пройдет, — со вздохом сообщил Альберт, взглянув на страдальческое лицо Варга, — жемчужина уже действует.
Он сполз по сверкающему боку змея и уселся на землю, прислонившись к туше спиной.
— Грязно, — осторожно заметил оборотень, — штаны измажешь.
— Эти не жалко, — вяло махнул рукой Альберт, — рабочие.
Ирма наконец?то оставила свои забавы, последний раз хлестанула поверх стены огненной струей, снесла начисто два последних зубца, чудом уцелевших после змея и демона, и, сверкая улыбкой, вприпрыжку отправилась к Карнаю.
— Давай лечиться, герой.
— С этого следовало начать, — пробурчал мечник, — будь ты воином, я уже наказал бы тебя за пренебрежение долгом.
День Гнева
— … Ты в порядке?
Мастиф сначала не понял. Потом не поверил. Иляс должен был сгореть в разразившемся на поверхности огненном шторме.
— Двигатель сработал, Мастиф, — сообщил медик. Кажется, он постукивал зубами, видимо, сам только?только понял, что остался жив. — Мы провалились в подпространство. Мы все — и штатские, кого не успели эвакуировать, и кажется, город тоже… Как ты?
Ответить полковник, разумеется, не мог, поскольку отвечать было нечем. Аморфная масса, в которую превратилось его тело, медленно начала двигаться вверх. Иляс, конечно, знал, что с командиром все в порядке. Случись неладное, он почувствовал бы это. На то и нужен. Поэтому, выждав немного и убедившись, что ответа не будет, медик продолжил доклад. Если, конечно, можно его сумбурный лепет назвать докладом:
— Пока еще никто не понял, что произошло. Все просто радуются. Насчет подпространства я ляпнул сгоряча, где мы на самом деле, я не представляю, но ничего общего с обычной физикой это место не имеет. Да, Мастиф, здесь энергопотоки невероятной интенсивности и насыщенности. Ты понимаешь, что это значит, командир? Магия! Золотая жила!…
* * *
Безымянный обошел двор. Поднялся на стену, огляделся по сторонам. Перепрыгивая через ступеньки, легко сбежал вниз и тоже направился в башню. У входа столкнулся с возвращающимся от колодца Артуром.
Почти столкнулся.
Храмовник, привыкший к тому, что ему уступают дорогу, едва успел развернуться, пропуская вдруг обнаглевшего музыканта.
— Лошадей приведи! — бросил Безымянный, проходя мимо. — Там чисто? — Он кивнул в полутьму башни.
— Пыльно, — с легким изумлением ответил Артур.
— Я спрашиваю, там опасно или нет? — нетерпеливо объяснил музыкант.
Артур пожал плечами и вышел.
Обнаружив брата сидящим на грязной земле, недовольно проворчал:
— Опять измажешься. Ты как?
— Да ничего, — Альберт повозился, устраиваясь поудобнее, — поспать бы.
— Пойдем. — Оборотень прислушивался к ощущениям. Чувство магии постепенно возвращалось. Или магия возвращалась. Жизнь потихоньку обретала краски. Во всяком случае, он уже мог посмотреть вокруг. Очень яркое, алое с синевой — это Ирма. Слабо мерцающая радужная мешанина вокруг — следы уже погасших заклинаний. Едва заметное зеленоватое свечение собственных ладоней… да, своя сила никуда не делась, просто пользоваться ею не получалось. А сейчас получается. Потихоньку.
Смотреть на Артура не хотелось. Вчерашнего хватило. Но Варг все же кинул на рыцаря мимолетный взгляд.
Лучше бы не смотрел.
Широкой полосы света с небес, вроде той, что была ночью, он, правда, не узрел. Зато разглядел над головой храмовника неяркое, золотистое свечение.
— Трехрогий Аю! — ругнулся Варг. — Ты святой, что ли?
— Сам такой, — отрезал рыцарь, помогая брату подняться с земли. — Сходи за лошадьми, если оклемался.
— Понял, — кивнул Варг. — А чего светишься?
Артур закатил глаза и ответом не удостоил.
* * *
Ирма не умела долго держать заклинания. Поэтому, пробежавшись по кнопкам мэджик?бука, она привычно предупредила:
— Сейчас будет больно.
Поэтому, пробежавшись по кнопкам мэджик?бука, она привычно предупредила:
— Сейчас будет больно.
— Да уж знаю, — кивнул Карнай.
Комплекс «хилинг» был самым сложным из всего, что Ирма узнала от Варга. «Анестетики», «сплинты», «клозапы», «скиноверы», «антидоты» и, собственно, «хилинги», каждого больше чем по десятку вариантов, — их сочетания между собой, порядок и последовательность каждый маг определял для себя сам. Удерживать их одновременно не было никакой возможности. Этого и Варг не умел, и, наверное, вообще никто. Попадались иногда мэджик?диски, содержащие сразу весь набор заклятий, но они, во?первых, слишком дорого стоили, во?вторых, с собой все равно ни одного не было.
Обычно, когда требовалось кого?то излечить, Варг призывал на помощь элементалей земли и воды, однако сейчас приходилось справляться самой.
Ирма, закусив губу, плела сложную паутину «хилинга». Карнай терпеливо ждал. Заклинания же, обычно по мере использования исчезающие со страниц книги, оставались гореть каждое в своем окошке. Мэджик?бук ровно гудел. Ирма прислушалась к своим ощущениям: нет, она не перенапрягалась. Значит, работает жемчужина. Значит, сил действительно стало больше, в сто раз или не в сто, но ощутимо.
Царапины и ссадины затянулись на глазах. Кровь смыть — и будет Карнай как новенький. Мечник шевельнул рукой. Глубоко вздохнул.
— Все цело, — сообщил он с несвойственным ему изумлением.
— Я вижу. — Ирма сняла паутину. Погладила жемчужину. — Работает… Зря я на малыша ругалась.
— Ты часто ругаешься зря. — Карнай встал, с удовольствием поводя плечами. — На какого малыша?
— На Альберта.
— Малыш?
— Ну сколько ему лет? — Ирма тоже поднялась, захлопнула мэджик?бук. — Пятнадцать? Даже, наверное, меньше. Как его еще называть?
— По имени.
— Да ну.
— Имя есть имя. — Карнай подошел к змею, провел ладонью по мелким?мелким блестящим чешуйкам. — Я слышал сказки, будто золотого змея не берет никакое оружие.
— А я слышала, из его чешуи можно доспех сделать. — Ирма погладила сияющий бок чудовища. — В Грачах, говорят, даже это умеют.
— Врут, — резонно заметил Карнай. — Если золотой змей — один на всю Единую Землю, в Грачах не могли научиться делать из него доспехи. Скажи мне лучше, что случилось с Безымянным? Он словно бы не в себе.
— А он и есть не в себе, — хмыкнула ведьма. — Забыл, что профессор говорил? Он сейчас Зако, а тело — Безымянного. Зако, понятно, хайдук и герой. А Безымянный кто?
— Музыкант… А вон и Варг с лошадьми. Мы остаемся на дневку?
— Думаю, на ночевку. Надо посмотреть, что тут есть, — Ирма пошла к донжону, — зря, что ли, ехали?
* * *
Внутри башни было пыльно, темновато и неожиданно просторно. Солнечные лучи, проходя сквозь узкие окна под самым потолком, стрелами рассекали пыльную полутьму. Казалось, их можно потрогать руками. А там, где не было света, царила тьма. Тоже очень плотная, густая. Зайди в тень, сделай несколько шагов и не выйдешь уже.
— Осторожней, — предупредил Артур, когда Ирма слишком близко подошла к одному из темных уголков, — провалитесь.
