Николай демонстративно ударил кулаком о ладонь.
— Я не знаю, о чем вы говорите! Я никого не воровал! Можете обыскать дом, у меня нет вашего кота, — бледнея с каждой минутой, пролепетал тюфяк и весь как-то сжался.
— Ишь, прикинулся веником. Мы его расколем! И не таких обламывали! — в ярости прокричала Клио, закатывая рукава. Да и в самом деле, что церемониться с этим типом!
Клио посмотрела на него так, что любой инквизитор давился бы от зависти. Даже будущий Король посмотрел на нее с удивлением — он и не предполагал, что она имеет в своем арсенале ТАКОЙ взгляд. — Пасть порву, моргалы выколю, всю жизнь на лекарства работать будешь, редиска! — грозно проговорила Клио и в качестве последнего аргумента врубила фонарик и направила его прямо в глаза участника преступления.
Оппонент сглотнул, сел на пол и начал колоться. Словарным запасом и красноречием он не страдал, поэтому его исповедь полилась длиннющей рекой с массой ненужных подробностей, никому не нужных деталей, писаний пейзажей, выражений лиц и интонаций, с которыми было сказано или сделано то-то и то-то. Через сорок минут, когда водопад его слов наконец иссяк, друзья, профильтровав полученную информацию, узнали, что Мурзика он действительно продал. Продал не кому-то, а местному начальнику (губернатору, если хотите) города. Тому кот понадобился не для наживы, а для понту. Мечтал он, видите ли, иметь у себя нечто необычное и волшебное, чтобы ни у кого такого не было. Вот и позарился на похищенного кота, даже местные законы его не остановили!
— Он вам его ни за что не отдаст и не продаст, — всхлипывал похититель.
— Посмотрим, — спокойно ответил Николай.
— Что будем с ним делать? — спросила Клио.
— А что с ним делать? Пусть живет.
— Да но он прямо сейчас, как только мы уйдем, побежит к покупателю и сообщит о нас. Тогда нам Мурзика точно не найти!
— Может, его просто прибить, — задумчиво проговорил Николай и подмигнул Клио, заставив котокрада сжаться в комок и громко заныть.
— Нет, это негуманно, — «возразила» ему Татьяна, и Рыдающий хлыщ кинулся целовать ей ноги. — У тебя подвал есть? — спросила она похитителя, отталкивая его носком ботинка.
— Есть.
— Вот туда его и запрем. С голоду не умрет, а позже кого-нибудь пошлем отпереть. Показывай, где подвал!
Подвал оказался просторным и, как и предполагала Клио, под завязку забитым различной снедью. Вора пинком под зад тут же определили туда на постой, и он на прощание стал умолять Клио не забыть послать человека его выпустить.
— Постараюсь. Если не забегаюсь по магазинам и не забуду, — сказала она и закрыла дверь.
Покинув дом прощелыги, друзья разделились. Клио вернулась в гостиницу на случай, если Мурзик все-таки возвратится сам, а Николай пошел в город на разведку и осмотр дома губернатора.
За обедом обсудили свежие новости.
— Сегодня вечером этот тип дает прием. Приглашены большие шишки города. Я уже кое-что предпринял, чтобы туда попасть.
— Что именно?
— В центре пустил небольшую сплетню, в том числе и через прислугу того дома, что в городе проездом находится знаменитая певица, путешествующая со своим импресарио. Этот амбициозный товарищ наверняка захочет пригласить ее к себе в дом!
— И как это нам поможет попасть на прием?
— Очень просто. Та певица — это ты, а ее импресарио — я.
— Что-о?! — опешила Клио. — А если они попросят меня спеть?
— Обязательно попросят.
— И как я, интересно, буду петь?
— Как и все великие певцы нашего времени — под фонограмму!
— Как это?
Николай достал из небольшого пакета пластинку.
— Эту пластинку я купил к соседней лавке. Она пустая. Мы поставим ее на проигрыватель и включим твой плеер. Я его немного тоже украсил. — Он достал плеер, который выглядел сейчас как непонятно что, зато блестящее и аляповатое. — Будет пряжкой на твоем наряде.
— Фу, — скривилась Клио.
— Зато никто ничего не заподозрит. Кто спросит, скажешь, что это мода сейчас такая. Ты же знаменитость! Тебя будут слушать, раскрыв рты. А пока ты развлекаешь народ своим соловьиным пением, я поищу Мурзика. Да, и подбери себе какую-нибудь песню попроще для исполнения, так сказать, в духе эпохи… О, чуть не забыл, твое имя — Клиопатра!
— КлИопатра? — переспросила будущая звезда эстрады, делая акцент на букву «и».
— В точку! Клиопатра. Изменим для удобства первый слог.
— Снова фу!
— Зато легко запомнить, — улыбнулся Николай. — Еще нужно подумать о наряде.
— Об этом думать не стоит, у меня он есть.
— То чудесное белое платье? — спросил будущий Король и по лицу Клио понял, что ни о ее вчерашней прогулке, ни о том платье упоминать не стоило.
— Нет, это не ТО платье, — с нажимом ответила она. — Это платье, которое я прихватила из дома, так сказать, для важного случая.
— У тебя было платье? — изумился Николай, но Клио не стала отвечать, а встала и ушла в свой номер.
Через час в ее дверь вежливо постучали.
— Войдите! — важно сказала Клио в уверенности, что это ее лесничий.
В комнату вошел седовласый дяденька в темно-синем кафтане, таких же штанах и высоких сапогах с серебряными пряжками. Он вежливо поклонился, достал из папки, которую держал в руках, небольшой сложенный лист бумаги и подал его Клио.
— Достопочтенная Клиопатра, — начал он, и Клио, поняв, откуда ветер дует, сразу приосанилась, — нам совершенно случайно стало известно, что вы посетили наш прекрасный город. Его высочайшее властительство милорд Ксеноуф просит почтить его вашим присутствием на званом ужине. — Развернув лист бумаги, Клио изучила красочное приглашение.
— Даже не знаю, — сказала она как бы в нерешительности. — Вообще-то я хотела сохранить свой визит в тайне.
— Вообще-то я хотела сохранить свой визит в тайне. Мне хочется просто отдохнуть…
— Поверьте, сударыня, мы сделаем все возможное, чтобы ваше пребывание на ужине никоим образом не затруднило вас, — начал расшаркиваться дяденька. — К дверям гостиницы будет подана карета, которая доставит вас по нужному адресу…
— А вы в курсе, что я путешествую со своим импресарио и не посещаю без него ни одно мероприятие?
— Да, конечно. Милорд Ксеноуф прекрасно осведомлен. В случае если получу ваше согласие, мне велено вручить подобное приглашение и вашему импр… им-пер…
— Импресарио. Не стесняйтесь, это новое заграничное слово, и оно еще не усвоено всеми образованными людьми.
— Благодарю вас, — вновь раскланялся посыльный. — Так что передать?
— Наверное, мне стоит развеяться… Хорошо, передайте, что принимаю приглашение. Пусть высылает за нами карету.
Дядечка удалился, а Клио кинулась проверять состояние своего платья. Оно лежало в самом низу рюкзака в маленьком, туго завязанном мешочке. Платье было наипростейшего прямого фасона, но… из переливающейся блестками синей ткани. Этакая блестящая простота. Не стоило даже опасаться, что кто-то будет одет в нечто подобное и затмит ее наряд. Клио натянула на себя платье, осмотрела его в зеркало и стала прилаживать к поясу плеер. Крупногабаритный предмет был слишком тяжел для легкого трикотажа и никак не подходил ни к ее стройной фигуре, ни к платью. Но делать было нечего, оставалось надеяться на отсутствие вкуса у гостей вечеринки. За этим занятием и застал ее Николай, пришедший сообщить о том, что получил приглашение.
