Вздохнув, Эрик послал навстречу Крогам мерцающую дорожку, и зловещие клочки тут же прыснули по сторонам, вновь смешавшись с естественными клубами. Обрадованно Кроги выбрались на твердь и узкой колонной устремились к подножию лестницы, нацеливаясь рассечь черное воинство мертвецов.
Но и это не принесло Эрику успокоения — что?то свербило в его подсознании, тревожно дергало. И, прокрутив наскоро варианты, он сообразил, что давно не слышит Иты, — словно бы могущественный Храм, вобрав в себя немногих союзников Дэва, затем разорвал связи с миром. А одно из колдовских щупалец, погруженное Спрутом в туманный колпак, клубящийся вокруг болота, теперь ощущалось юношей едва?едва. И неясно было, за что оно зацепилось там.
Но тут Эрика накрыло другое щупальце, видимо, только что обрубленное Горном, а внутри раздался знакомый голос:
«Зачем ты пришел сюда, Тигр? Здесь нет твоих родичей, и на мщение это не похоже — ты ведь пощадил сегодня главного своего обидчика… Выходит, ты сам решил завладеть Ю?»
Эрик беззвучно рассмеялся: конечно, зачем убивать Божественную, если можно ее подмять! А затем, уже оскверненную, снова поместить в клетку — в назидание всем. Спрут уже подчинил Храм, вместе с Хранителями, теперь пора наложить щупальца на божество, не замаранное мирской скверной и вызывающе, возмутительно прекрасное… И кого тогда останется почитать?
Еще раз Эрик оглядел удивительный свой отряд и поневоле засмотрелся, будто не сам устраивал сцену. Неутомимые призраки азартно секли угрюмые сгустки Тьмы, и те покорно осыпались в черную трясину, растворяясь в ней. Следом за богатырями ровной дугой наступали Стражи, истово расчищая Храм от нахлынувшей мертвечины. Подоспевшие Кроги уже врубались в темное воинство сбоку. А сверху на него двинулся Горн, увлекая за собой половину отряда и тараном круша отросток железной тучи, придавивший лестницу.
Но оставался последний резерв, о котором Эрик старался даже не думать — чтобы не искушать Судьбу. Дойдет ли дело и до него?
«Зачем тебе Ю? — снова пророкотал в нем голос Дэва. — Разве ты сумеешь ее использовать? Это моя добыча!.. Слышишь, Тигр?»
И снова Эрик засмеялся.
«Так возьми ее, — предложил он. — Ты ведь признаешь один закон — силы? Докажи свое право!»
«Эри, чего ты добиваешься? Не можешь ведь ты до сих пор поклоняться этой голышке! Ты не глупец».
«Пожалуй, что не могу, — согласился Эрик. — И зачем стороннее божество тому, у кого оно в сердце?»
«Ты искал родичей? Я сумею в этом помочь — лишь отдай Ю».
«Что с тобой, страшило? — весело изумился Эрик.
«Что с тобой, страшило? — весело изумился Эрик. — Ты торгуешься, словно последний Низкий!»
«Этот клубок давно пора разрубить! — рявкнул колдун. — Почему ты вступился за них?»
«А я всегда на стороне тех, кто защищается. И хочу внушать доверие, а не страх — здесь это пока возможно. — Эрик снисходительно хмыкнул. — Видишь, несчастный мой Спрут, нас рознит не только прошлое».
«Несчастный — я? — Дэв рокочуще захохотал. — Оглянись, мой бедный Тигр!»
Но Эрик уже ощутил за спиной неладное и развернулся прежде, чем отзвучал в сознании злорадный голос Спрута. Со своего постамента, затонувшего наполовину, он увидел, как из мутной пелены выдвигается новое, неожиданное здесь войско. Впереди, растянувшись в шеренгу, наступал отряд придворных с симпатягой Биером по центру — одурманенных предательским туманом, мало что сознающих. Второй ряд составляли имперцы, ослепленные звериной яростью. И лишь за ними безмолвно, жутко катилось черное щупальце Ульфа, осмотрительно поместившего прирученного Лота рядом, на короткий поводок. Неизвестно как, но Лев попался на прежний крючок снова, вместе с обоими своими Вожаками, — и вот такой сюрприз Дэв приберег напоследок!.. Или припасено еще что?то?
«Теперь поглядим, — язвительно произнес Спрут, — хватит ли у тебя, силы, чтобы поступиться дружбой ради победы».
«И сила, и победа в ином, — возразил Эрик рассеянно. — Не подминать под себя остальных, а всегда оставаться собой — что бы ни происходило вокруг».
«В самом деле? — хмыкнул Дэв. — А ты уже нашел себя?»
«Почти», — сказал Эрик и, соскочив на магическое покрытие, двинулся навстречу странному воинству.
В шеренге придворных мелькали знакомые лица, некоторые даже числились у Эрика в приятелях, наперекор своей спеси завороженные безродным выскочкой, словно каким?нибудь красавцем зверем. А более прочих тянулся к нему Биер — тоже, наверно, небескорыстно. Но даже на такую снисходительную благожелательность невозможно ответить ударом, чтобы не стать при этом на шаг ближе к Дэву.
Через плечо Эрик оглянулся на Стражей, по?прежнему увлеченных вырубкой мертвечины, — лучше бы они пока не отвлекались, ибо приучены крушить врагов Ю без разбора, невзирая на лица. Вскинув пустые руки, Эрик остановился — как раз напротив угрюмого Волка, спешащего к нему с изготовленными клинками.
Вот теперь мы за них поборемся, драгоценный мой Враг! — подумал Эрик с усмешкой. Если успеем. И уж не Биер ли станет сейчас орудием Судьбы?
Эрик откинул голову и закрыл глаза, собираясь с силами, призывая на помощь всю свою магию. Ясно как никогда он увидел струящееся на него щупальце, холодное, сумеречное, больше походившее сейчас на змею — с безнадежно потемнелой головой?Ульфом и плоским туловищем, сплетенным из дюжины тугих жгутов. Каждый жгут завершался уродливым вздутием, за которым тянулся короткий хвост, такой же расплющенный и многожильный. Некоторые из хвостов были уже изрядно ощипаны. Но троих оборотней, зарубленных имперцами себе на беду, коварный Ульф тут же и с охотой заменил Лотом да парочкой его подпорченных Вожаков, единым махом выиграв сражение, а заодно удвоив свое войско. И теперь дюжинохвостая змея, изо всех пор сочащаяся вязкой слизью, несла на широкой спине гроздья тусклых пузырей, настороженно обволокших себя шершавой пленкой — сотворенной из той мерзкой мути, что всколыхнуло в них черное колдовство Дэва и к которой надежно прилипает любая грязь.
«Тебя не тронут, если станешь таким же, — вкрадчиво подсказал рокочущий голос. — Либо придется их убивать».
«Что, в общем, равнозначно, — отозвался Эрик. — Но всегда есть и третий путь».
На который ему оставались мгновения — и уже без всяких шансов на отступление.
На который ему оставались мгновения — и уже без всяких шансов на отступление. Наверно, это глупо. Прости меня, Ю…
Щупальце надвинулось уже вплотную, когда Эрик отчаянным рывком загнал вглубь все сомнения, страхи, обиды и расплескался вокруг светом — за один миг вычерпав себя со дна, не оставив про запас ничего. Ослепительное сияние захлестнуло громадный зал (хотя увидали его немногие), и сумеречная змея отпрянула, припав к спасительному болоту. Покрывавшие ее пузырьки заволновались, задергались под нестерпимым жаром, точно проклевывающиеся искринки. Затем щетинистые их оболочки стали лопаться, расползаться. И тотчас преображались доселе тусклые пузыри, расцветая навстречу свету такой же щедрой белизной, будто выворачивались наизнанку. Один за другим сверкающие шары вспархивали со змеиной спины, взмывая над гиблым болотом, и картину, радостнее этой, Эрику не доводилось наблюдать.
