— Более того, от Духов он наделен особой Властью — повелевать. Черные Слуги покорны ему, точно голыши, и даже из грешников немногие отваживаются на отпор.
— Вот, еще и это! — упавшим голосом сказал Т'эрик. — Не слишком ли на меня одного?
— Оказалось, что мало: победил ведь — ты.
— Да, но из?за чего такой шум? Сперва Кэн, теперь! еще эти… Чем я помешал им?
— А ты забыл, что я рассказывала про твой род?
— Но я?то помню совсем другое!.. Хотя и смутно, если честно. Это все не мое, да?.. Но остального я не помню вовсе!
— Наверно, тебе внушили ложную память. Иногда это делают со знатными отпрысками, чтобы не заносились.
— Господи, да разве собираюсь я заноситься!
— И однако за неполные сутки из Школьной казармы перебрался во внутренние покои Хуга, Верховного Управителя, и уже успел овладеть его любимой советницей.
— Да мне б только за Столицу зацепиться…
— Это для начала, верно? А затем что? Постричься в Стражи — великолепно!.. Только кто же поверит в праведность Тигра? Во всяком случае, не Воители.
— Черт возьми, но я искренен!
— А теперь ты преувеличиваешь их проницательность. Да и бескорыстие — тоже. Конечно, по?своему они столь же преданно служат Истинной Вере, как Хранители или Стражи, — но за власть воюют не хуже прочих, даром что Тайные. Даже сам великий Хуг их остерегается!
— И в угоду Воителям он решил разделаться со мной? — вскипел Т'эрик. — Как мило!
— Ничего ты не понял, мой сладкий, Хуг вовсе не желает тебе зла. Но в большой игре иногда приходится чем?то жертвовать.
— Например, мною?
— Например, — не стала оспаривать Зия. — И все же, Хуг оставил тебе шанс, а я ему в этом подыграла. Понимаешь теперь?
— Ни черта! Тебя послушать, так я не меньше чем наследник престола, — раз вокруг сцепились такие силы. Так кто же я и чем настолько опасен Воителям?
— А вот об этом знает лишь Хуг. И он скажет тебе, скажет… если и ты ему поможешь. Он честен с союзниками.
— А ты, выходит, не знаешь больше ничего? — усомнился Т'эрик. — Ты же спишь с Крогом!
— С которым? — поинтересовалась Кобра невинно.
— С обоими вместе либо с каждым в отдельности, — разозлился он. — Тебе лучше знать. Разве они не болтают в постели?
— Дурачок! — фыркнула женщина. — Думаешь, они могут расслабиться? Болтунам не продержаться наверху и дня.
— Разве на них не действуют твои чары?
— На кого: на Крогов? — Она рассмеялась. — Для этого у них слишком толстая шкура!
— Тогда зачем им ты? Больше некого подмять под себя?
— Мальчуган! — зловещим шипением предостерегла Кобра. — Конечно, я сплю с господином, ибо это часть моих обязанностей. А сколько других я пропустила через себя, пока добралась сюда! Мужчины устроены просто, и если подойти к ним с умом, отойдешь с выгодой… Но прикинь, малыш, сколько смазливых дурочек толпится у подножия, — а многие ли добираются хотя бы до середины лестницы? А вот я вознеслась к самому верху!
— Выходит, ступеньками тебе служили постели? — хмыкнул Т'эрик. — И что, всем прежним хозяевам ты была так же преданна, как Хугу?
— Естественно.
— Значит, ты служишь месту — не человеку? Или все же идее? Или силе?.. Не знаешь, — Со вздохом Т'эрик обнял ее крепче, подавляя новый сердитый шип.
— Значит, ты служишь месту — не человеку? Или все же идее? Или силе?.. Не знаешь, — Со вздохом Т'эрик обнял ее крепче, подавляя новый сердитый шип. — Даже ты не знаешь.
Зия растерянно затихла, а чуть погодя защекотала ему шею быстрым языком.
— Мы еще будем встречаться? — спросил Т'эрик.
— Если захочешь, — откликнулась она. — Всегда рада видеть тебя.
— В свободное от службы время?
— Почему — можно и совместить. Не станешь же ты в одиночку сражаться с целым миром?
— А как надо?
— В Столице каждому нужен покровитель, а твои мечи многого стоят, не говоря о прочем. Почему бы тебе не подружиться с Хугом?
— Он неприятен мне, — возразил Т'эрик. — Вряд ли мы уживемся.
— А разве ты еще не научился лгать?
— Не умею долго притворяться — с души воротит. Раньше или позже, но выскажу ему все.
— Малыш, может, ты забыл, но ведь Хуг — Верховный Управитель! И, не нам оценивать его. Наше дело — ему служить.
— Вот уж нет! — снова не согласился Т'эрик. — Если хочешь, я буду вам помогать — против общих врагов. A служить я могу только Ю.
— А хочешь взглянуть на Храм? — внезапно оживилась Зия. — Ты ведь еще не видел его?
Снисходительно улыбаясь, она потянула Т'эрика из душевой, провела вдоль стены, коснулась ладонью ковра. Раздвинулись тяжелые шторы, открыв широкое окно, и за ним юноша увидел мраморное тело Храма, сияющее в лучах многих прожекторов. От восторга Т'эрик замер, забыв о прочем.
— Когда насмотришься, повернись, — раздался за спиной голос Зии, и он очнулся, поспешив оглянуться.
Женщина уже лежала на спине в том же углу, в той же позе, даже, кажется, вогнала жала в прежние лунки и с вызовом улыбалась гостю.
— Что? — растерянно спросил Т'эрик. — Зия, я не понимаю!
— За тобой долг, — объявила она. — Помнится, ты грозился вычерпать меня до дна?
Глава 2. Дела семейные
1
Слышишь меня, малыш? — прошелестел вкрадчивый голос. — Ведь слышишь!
Т'эрик не ответил. Приспустив веки, он утопал в несуразно пышном кресле, стараясь не потревожить алчным взором Зию, беззастенчиво разметавшуюся посреди роскошного ковра — так же, как в первую их ночь, будто и не поднималась с тех самых пор. Все же Кобра была возмутительно красива, а ее точеные черты и плавные изгибы завораживали не хуже длинных, глубоких, воистину ведовских глаз. И снова в комнате оказалось неприлично тепло, почти жарко — будто в оправдание всегдашней Зииной полунаготы, опасной Т'эрику даже сейчас, после долгих и сладостных попыток ею насытиться.
— Эй, не спи! — снова позвала Кобра. — Ты слышишь?
— Ну, слышу, — нехотя отозвался Т'эрик. — Чего тебе еще, мучительница?
— Прошлой ночью в лабиринте снова мелькал оборотень, — неожиданно сообщила женщина. — Я засекла его на экранах. Понимаешь, чем это грозит?
Равнодушно Т'эрик пожал плечами.
— Чем — понимаю, разъяснили в подробностях, — сказал он. — Только вот кому? Если не путаю, насылаются эти ловкачи Тайным Воинством, а с чего опасаться его нам, правоверным и истинным ограм?
— Ты смеешься! — возмутилась Зия. — Мало тебе одного раза?
— Так ведь тогда мы впрямь расшалились сверх всякой меры!.. Но чем провинились теперь?
— Что за глупый котенок! — с сожалением заметила Кобра. — Когда у нас прощались даже самые давние грехи? Достаточно согрешить в помыслах, хватит и мизерной склонности к ереси… Мне продолжать?
Грациозно она потянулась к дымной чаше, вдохнула полной грудью.
И снова разлеглась, блаженно прикрыв глаза, непроизвольно и чуть заметно извиваясь в чарующем гипнотанце. Наедине с Т'эриком Кобра позволяла себе расслабиться, доверяя ему неизвестно с чего, и тогда уже едва удерживалась в отведенных рамках, почти каждым поступком и всем своим видом выходя на грань дозволенного. Действительно, еще чуть… Поспешно Т'эрик отвел взгляд, пока и его не затянуло в транс.
— Почему же нет? — проворчал он. — Поведай?ка еще раз о знатном отпрыске, на коего наложено страшное заклятие, о его неведомых, но безмерно могущественных врагах, сплотившихся в Тайное Воинство, лишь бы не допустить беднягу к Божественной. И, может, я снова в это поверю — сгоряча. Особенно, если приправишь собственным телом…
