— Выводишь закономерность? — Шон сожалеюще покачал головой. — Не надейся, уж отсюда тебе не вырваться. Чтоб ты знал, Хранители давно охотятся за этой ведьмой. Да и Кобра, насколько мне известно, у них на подозрении. И вот теперь, бедный мой друг, ты заполнил пробел, и у бесполых найдется о чем потолковать с обеими красотками. А уж там дело дойдет и до Хуга. — Шон горестно вздохнул и добавил: — Что делать, ради блага рода приходится идти на жертвы!
— А что бы тебе не пожертвовать собой? — предложил Т'эрик. — Выходит, ты продал своего Главу на сторону — ты, благородный вождь и будущий наследник!
— А кто узнает об этом? — спросил Крог. — И от кого? Уж во всяком случае, не от нас с тобой, правда?
Смущенно он улыбнулся и с осторожностью погладил ведьму по мокрой голове. Раздраженно Т'эрик дернул ногой, и Шон вдруг отпрянул от брызг, точно от кислоты.
— Уж не ублюдок ли ты Корха? — зло сказал Т'эрик. — Если разобраться, куда больше ты похож именно на него!
На секунду Шон опешил, затем ухмыльнулся.
— Не исключено, ты угадал, — подтвердил он. — Насколько знаю, в прежние годы эта парочка шалопаев, Хуг и Корх, была неразлучна и во всех проделках действовала заодно. Насилие ведь могло оказаться двойным — не оттого ли матушка столь старательно замалчивает факт? Что делается, мои отцы плодятся словно тараканы!..
— Положим, Корх?то свою кандидатуру снял.
— Все?таки жаль старика, верно? В конце концов, он был прав во многом, а с возрастом люди мудреют. Хотя не все, мой милый, не все… Кстати, крыски оказались не такие дуры и записей Корха жрать не стали — я отыскал их чуть позже. Так что отныне и Ярш у меня на прочном крючке! — Шон довольно засмеялся. — Какая стая собирается, а?
— Но кто же тогда за тобой, Шон? — озадаченно спросил Т'эрик. — Воители?
— По?твоему, больше некому поспорить с Хугом за власть? — Крог покачал головой. — Бедный мой спаситель! Разве ты мешаешь только им?
— Еще тебе, да? Ведь это ты натравил на меня Кэна с Яршем! — Т'эрик вдруг вспомнил призрачные голоса в лабиринте. — Еще тогда ты хотел меня прикончить!
— Им было ведено лишь не пускать тебя в Столицу, — с живостью возразил Шон.
— Еще тогда ты хотел меня прикончить!
— Им было ведено лишь не пускать тебя в Столицу, — с живостью возразил Шон. — Но глупцы переусердствовали — на свои головы…
— И ты же пропустил оборотня к Кобре! — не слушая, перебил Т'эрик. — Корха ты тоже пас, до поры, а сунувшись к нему, наверняка позаботился о подстраховке… А я?то, дурак, спешил к тебе на выручку! — Со стоном Т'эрик потряс головой, словно пытаясь избавиться от наваждения. — А сколько еще ты пакостил мне, Шон?
— Да разве я один? — грустно сказал Крог. — И думаешь, мне это нравилось? Я же не слепой — вижу, какой ты. И если б я мог!.. Но кто виноват, что наши интересы пересеклись?
— Чего ты хочешь от меня? — устало спросил Т'эрик. — Чтобы меня не стало? Или чтоб я сделался бездарем и больше не раздражал тебя своими выплесками? Что тебе надо, Шон? Ну не одна же власть — для тебя это лишь средство, верно? И не месть — оставь эти глупости другим. Тогда что? Я хочу понять! Тебя обидели в детстве? Но меня тоже — и куда сильней. Ты выбираешь из трех отцов — дайте же мне хоть одного! У меня вообще нет никого, Шон, понимаешь? Кроме капризной Кобры, этой вот малышки… да еще, может, тебя с Доудом. Но ты оказался перевертышем, а обеих моих подружек хочешь сдать Хранителям — вместе со мной. Тебе хватит этого, Шон, ты успокоишься наконец?..
— Т'эрик, не терзай меня! — не выдержал Шон. — Проклятый колдун!.. Хочешь выдавить из меня слезу? Это нетрудно, я и в детстве был плаксой.
— Я хочу понять, — повторил Т'эрик.
— Что мне надо? Мне надо разбить свое отражение, потому что я не могу больше на него походить! Это тебе понятно? Я ненавижу своего отца, потому что он предал меня еще до зачатия и благодаря ему я угодил в проклятую эту карусель, из которой нет выхода! Нужен тебе такой отец? Забирай! А заодно прихвати мою жизнь, если тебя это утешит, — поверь, уж насчет нее я не стал страховаться. Я ненавижу даже себя, понимаешь?.. — с шумом Шон втянул в себя воздух. И после паузы добавил: — И зачем только мы встретились?
— Спроси у Духов, Шон, — сказал Т'эрик. — Они?то все знают.
Рывком Шон поднялся, опуская забрало.
— Прощай, брат, — глухо сказал он, глядя в сторону. — Жалко, что ты не Крог.
— Жаль, что ты — Крог, — возразил Т'эрик. — А уже потом — огр. И уж совсем немного — человек. Прощай, Шон.
Кивнув, Крог шагнул во тьму, и тотчас она стала обрушиваться на ванну сразу отовсюду, будто лишь этого и дожидалась. Оцепенев в ужасе, Т'эрик безуспешно пытался закрыть глаза, чтобы не видеть губительного обвала. А тот все тянулся — секунда за секундой. Скорее! — молил юноша. Ну скорее же!..
И тут ведьма неожиданно заговорила — напевным и ясным голосом. Незнакомые слова нанизывались на магическую нить словно бусины, одно к одному, завораживая Т'эрика звучанием. С каждой секундой волшебный голос набирал силу и краски, а непостижимая мелодия слов отзывались в горле Т'эрика клокотаньем, будто там зарождался вой. Страх сгинул, словно не было, и теперь его желания и поступки направляла лишь высокая ярость против темных порождений Подземелья. Он уже напряг мускулы, готовясь к броску. Но тут ванна сама вдруг рванулась на стену мрака, первым же ударом проломив в ней брешь. На миг лицо Т'эрика опалило стужей, впереди сверкнул слепящий свет и тут же померк.
Когда зрение вернулось, мраморная ванна уже неслась по бесконечному сумеречному тоннелю с зеркально гладкими стенками, изогнутыми в цилиндр. Лишь теперь ведьма оборвала заклинания и посмотрела на Т'эрика в упор, скаля белоснежные клыки. Невольно он вздрогнул, будто обнаружил себя в клетке с хищником, — так внезапно и круто она преобразилась.
Колдовская ее суть наконец прорвалась наружу: под уплотнившейся кожей грозно пульсировали литые мышцы, а недавно слабые ногти сейчас заострились и отблескивали сталью. И ссориться с этой полукошкой было опасно.
— Что это за труба? — негромко спросил Т'дрик.
— Твой путь, — отозвалась ведьма. — И он недолог — смотри, как загибается!
Послушно юноша вгляделся в даль, но изгиба не обнаружил — еще раньше стены поглощал сумрак.
— Тебя загнали в Кольцо, — добавила ведьма столь же туманно. — Незавидная у тебя судьба, дружок!
— Будто не знаю, — проворчал Т'эрик. — А что в конце?
— Забвение, если не смерть.
— Снова забвение? Мало мне возни с нынешним!
— Не хочешь? От тебя зависит.
— Ты уверена?
— Хватило бы сил, — она снова усмехнулась, — и желания.
Вывернув шею, Т'эрик посмотрел назад.. Но увидел лишь мрак — беспросветный, завораживающий словно бездна, следующий за ними по пятам. И жутко было представить, что произойдет, задержись их корытце хоть на миг.
— А снаружи что?
— А ты вглядись, — вкрадчиво предложила ведьма.
Новым своим зрением Т'эрик различил за стенами яркий многоцветный мир, от которого в тоннель пробивалось лишь бледное свечение, угадывал мелькания пестрой и буйной жизни. Но все это было отгорожено от Т'эрика наглухо.
— Веселенькая тропа! — пробормотал он растерянно. — Шаг в сторону — и расшибаешь лоб о камень. А ведь я чувствовал!
