Вырвать Храм, как же! — тоскливо подумал он. Слишком глубокие у него корни.
— Похоже, ты выговорился на годы вперед, — заметил Горн, — и остаток жизни решил отмалчиваться.
— Что еще ты хочешь узнать? — процедил Эрик, сдерживаясь.
— Это и есть кольцо судьбы, сплетенное загорскими ведьмами?
— Вряд ли — им не дотянуться сюда. Скорее, в божественной среде выпал осадок, и мы напоролись на него… Здесь нельзя расслабляться! — выкрикнул Эрик. — Это дно Лабиринта, понял? Мы в двух шагах от границы!
Но Горн даже не покривился — как всегда. Любые выплески Эрика гасились его громадной массой, а уж слова отлетали от шкуры Стража, точно от брони. И в здешней трясине гигант был единственной надежной опорой.
— Древние чары, говоришь? — задумчиво пророкотал Горн. — Один мой приятель окрестил Лабиринт зеркалом Империи. Будто бы для надежности Ю закладывает знания в подлые эти стены, которые только кажутся застывшими на века. Но иногда здешнее отражение становится таким подробным, что обгоняет оригинал, и уж тогда тому приходится следовать за собственным слепком. — Он усмехнулся. — А теперь, похоже, дорожка заготовлена и для нас.
Для меня! — хотелось крикнуть Эрику. Это мой путь, я узнал его — и нет мне спасения!..
Выщербленные старые стены разглаживались на глазах, обращаясь в зеркала или, скорее, живые картины с вполне узнаваемыми декорациями, персонажами, и едва уже видимый коридор уводил сквозь постылое это единообразие к предначертанному Духами финалу. А та чужая беспощадная сила, чье присутствие в Храме он ощутил с первых шагов, теперь намертво стиснула Эрика вместе с жалким его коконом и затягивала в узкий тоннель, будто в воронку.
— Держи меня! — выдавил он, и тотчас Горн втиснул его в свои глыбы точно стальными рычагами. Но много ли значит даже сила богатыря рядом с могуществом Рока?
Беспомощно Эрик наблюдал, как тускнеют вокруг краски. Затем и сам взгляд стал сжиматься в тесный контрастный луч, способный лишь высвечивать частности. Бесчисленные его страхи, постыдные слабости, темные инстинкты, с которыми он так сражался последние месяцы и уже, казалось, покорившиеся ему, вдруг восстали все разом и сложились в странное его подобие, вес сильнее напирающее на Эрика изнутри — словно сама Судьба тащила наружу его подспудную суть. Сотрясаясь в свирепом ознобе, Эрик пытался загнать предателя?двойника вглубь. Но, вдохновленный поддержкой, тот распалился уже настолько, что норовил перехватить управление и рубануть мечом по Горну, сцепившемуся с жестоким Роком.
Чем же манил урода губительный путь?
— Так отправляйся же туда сам! — с яростью рявкнул Эрик и всей накопленной силой выпихнул двойника вон.
На миг растерявшись, тот проломил защитный кокон, тут же заметался вокруг в поисках убежища. Оскалясь, Эрик выбросил перед собой ладонь, как его отец когда?то, и рядом сгустком магических полей вспыхнул мираж — точная копия Эрика, один в один. С готовностью двойник втиснулся в подставленную ловушку, и мираж ожил. Потерянно оглянувшись на Эрика, он протянул было к нему руку. Но нетерпеливый Рок уже подхватил, поволок беднягу по своему кругу. И больше тот не оглядывался.
— Фокусник! — проворчал Горн одобрительно. — А что еще умеешь?
Он отпустил Эрика, и тот обессиленно опустился на корточки. Хотелось плакать, но слез не находилось. Духи, неужели? — потрясение думал он. — Я избавился от этой мерзости. И так сразу, так просто? Свободен, наконец свободен!..
— Отличная обманка, — сказал Горн. — Если только парень не струсит по дороге…
— Скорее пойдет напролом, — ответил Эрик, поднимаясь. — Этот тип постоянно что?то доказывает — себе, другим. — А пока он будет выдавать себя за меня, у нас есть время.
Ущербный — его двойник, а вернее (только теперь Эрик это понял) подробная матрица некоего бездарного и тщеславного фанатика, наложенная на его детское сознание чьим?то могучим заклятием, наконец затерялся в дворцовом калейдоскопе. А вместе с ним ушла из тела изнуряющая дрожь, сопровождавшая всплески в нсзатихающсй борьбе двух чужеродных сутей. Только сейчас Эрик окончательно стал собой… хотя это не прибавило ему ни воспоминаний, ни радости.
— А ведь у Ю глаза не синие, — внезапно произнес он.
— Что? — удивился Горн.
— Фиолетовые! — вспомнил юноша. — Да?
Все же он добрался в цветовидении до самого верха. Или это не предел?
— Ну вот, — добавил Эрик. — Теперь пора начинать охоту!
— Только теперь? — хмыкнул Горн. — А до сих пор, значит, охотились на нас.
— С чего ты взял?
— Парень, это же Храм — здесь не бывает случайностей!
— Тогда… Выходит, старина Дэв уже нанес первый удар? Но ведь это совершенно не в его стиле!
— Ты забыл про Ли.
— А ты забыл, что Дэв у меня на крючке, — огрызнулся Эрик. — Я бы почувствовал, если…
— Если бы инициатива исходила от него, — перебил Горн. — А если Ли обратилась к нему сама?
Точно! — как обожгло Эрика. Ай да обжора! С таким якорем не страшен никакой Ветер: Горн вернет меня даже из?за облаков… А ведь я был неточен в терминах, вдруг понял он. Не Свет и Тьма, а Порядок и Хаос — только так! Не забавно ли, что порождению Хаоса приходится защищать олицетворение Порядка, Божественную Ю? И от кого — о Духи!..
— Получается, Дэв приманил меня Невидимкой лишь для того, чтобы атаковать наверняка? — пробормотал Эрик. — Конечно, здешняя среда должна умножать родственные чары. А тут еще, очень кстати, подвернулась Ли… Что ж, да будет так: я принимаю вызов!
— Опять тебя заносит, — с неудовольствием заметил Горн. — Одно вовсе не исключает другое — не придумал же Спрут Невидимку?
Мгновение Эрик готов был взорваться. Затем рассмеялся: гигант снова прав. Но из какой эффектной позы меня выдернули!..
— Полагаешь, Дэв все же устроит нам встречу? — спросил Эрик. — И если он нашел способ переправить Невидимку сюда, кто сможет остановить это чудище, когда оно расправится с нами… А и правда, кто защитит тогда Ю? Хранители?
Горн покачал головой.
— Может, они сумели бы отвести Зверя — если б его не направлял Дэв. А остановить… Слишком сильны оба, и слишком внезапна атака — Хранителям не выстоять.
— Может, они сумели бы отвести Зверя — если б его не направлял Дэв. А остановить… Слишком сильны оба, и слишком внезапна атака — Хранителям не выстоять.
— Но пока преимущество за нами, — напомнил Эрик. — Приманку я подбросил — теперь надо проследить, кто и каким способом ее заглотнст.
— А мы сумеем ее догнать? В здешних местах спешить накладно, не забывай!
— Пусть об этом помнит мой двойник, — со смешком парировал Эрик. — А нам с тобой не заказаны пути прямые и быстрые.
Он снова вызвал в сознании схему Лабиринта и, действительно, теперь увидел на ней даже слишком много ходов — отныне придется ему выбирать среди десятков, сотен!.. Разве не этого он хотел? А в памяти уже всплывали слова заклятия, подслушанные в каморке ведьмы, и таким же напевным звучным голосом Эрик повторил их, распахнув в цветном тумане проход. Пригнув голову, первым вступил в сумеречный, тусклый, но без единого изгиба коридор. А следом невозмутимо двинулся Горн, словно и ему колдовские тропы не внове.
Проход тотчас затянулся за ними, отсекая пестро расцвеченные клубы. Зато далеко впереди — там, где сходились гладкие стены, — ясно обозначилась сверкающая точка. Переглянувшись, Стражи широким шагом устремились к ней, на всякий случай выдерживая дистанцию. Минута уходила за минутой, а вокруг ничего не менялось, и далекая звезда не становилась ближе, будто они ступали на месте. Скоро стало казаться, что само время тут замедляет ход. Или уже остановилось?
