Через три дня после встречи с тинейджером-посланником Белоусову удалось скупить тридцать килограммов золота пятьсот восемьдесят пятой пробы. Подпольные торговцы на рынке во многих окрестных городах баснословно нагрели руки, сбыв самый залежалый лом. Золото взлетело в цене. По ценам черного рынка Белоусов должен был своим поставщикам триста килограммов, но Олег Семенович собирался поторговаться и сойтись с ними на ста.
Жарким летним вечером (звонить днем новым друзьям почему-то не поднималась рука) Белоусов вновь заперся в кабинете и снял трубку со зловещего пластмассового телефона. Исполняющему обязанности директора «Барса» казалось, что даже в самую сухую жару трубка остается холодной и от нее веет сыростью.
В трубке долго молчали, потом раздалось покашливание.
— Я по поводу золота, — сообщил Белоусов. — И собак…
— Собрал уже золото? — спросил на другом конце голос, лишенный всяческих интонаций.
— Не все, но собрал. Изделия, монеты, слитки. Тридцать килограммов.
— Ты нас за дураков не держи. Что нам твои тридцать килограммов?
— Товар дорожает, — сообщил Белоусов. — Думаю, ста килограммов вам должно хватить.
— Сто — мало, — сообщил голос. — Сто пятнадцать. Одна мерная мера. Знаем, конечно, что деньги ты воруешь, да только и тебе жить надо… — Собеседник Белоусова впервые за весь разговор мерзко, хихикнул.
— Через неделю будет, — пообещал Олег Семенович, воодушевленный успехом. — Вы курьера пришлете?
— Жирно тебе будет — каждый раз курьера присылать. Дорого. Транспортные расходы высоки. А все, что собрал, чтобы к рукам не прилипло, сегодня же и отдашь.
— Кому я отдам, если курьера не будет? — удивился Белоусов. Внутренне он похолодел — может быть, какая-то тварь внедрена в «Барс» и все время следит за ним?
— Отдашь, — прогнусил голос. — Пойдешь на старое кладбище, что в Железнодорожном районе. Найдешь там могилу Льва Михайловича Савельева — большой черный памятник. Рядом с ней — заброшенная могилка. Вот в нее на глубину и закопаешь золотишко… Чем глубже, тем лучше. Самое меньшее — на три штыка, чтобы собаки не разрыли. Собаки есть до золота охочие — страсть…
Белоусов белиберду про собак пропустил мимо ушей. Его передернуло.
— Это обязательно? Упрут золото с кладбища. Там бомжи отираются, у них святого ничего нет.
— О бомжах не будем, — проскрипел голос.
— О бомжах не будем, — проскрипел голос. — У некоторых из них святого больше, чем у тебя. А за сохранность не беспокойся. Как в земле золото окажется, мы за него в ответе. Ты, главное, донеси. А тогда и об охране поговорить можно будет. Слышно, кто-то под наш проект копает. Так что поможем мы тебе. Ну, давай, ждем.
Трубка глухо замолчала.
Увидев мутантов, неспешно направляющихся к нему, Кравчук поспешно вскинул в их сторону трубку, отобранную у поверженного врага. Он нашел спусковой крючок и полагал, что сможет применить неизвестное оружие. Потеха, конечно, будет, если на нем есть предохранитель или если оно не заряжено. Но на этот случай имеется верный обрезок трубы. Появившиеся из-за откоса твари, похоже, не были вооружены.
— А ну стой, где стоишь! — крикнул Кравчук. Хотел крикнуть грозно, но получилось сипловато, жалко.
Можно было, конечно, стрелять сразу. Но дерни за крючок — а ружье не выстрелит? Тут твари на него и накинутся. А если они здесь вообще не одни? Владимир Петрович решил блефовать.
Мутанты, которые и до того были не слишком резвы, остановились как вкопанные, а потом их суставчатые ножки подогнулись и они распростерлись на земле, уткнувшись цилиндрообразными головами в мох.
— Выражаем покорность, сильный — могучий — властный, — послышался как бы издалека голос. — Не делай нам плохого. Мы отверженные — проклятые — изгнанные.
Последние слова звучали странно, словно варианты, зачитываемые автоматическим переводчиком.
— Вашего я пришиб, — сообщил Кравчук. — Не жалко? Мстить не хотите?
— Надсмотрщик — сторож — соглядатай — не наш, — прозвучал голос. Теперь Кравчук был уверен, что говорили мутанты или один из них, но слова как будто рождались у него в мозгу.
— Мы сами бы его пришибли, но у него было оружие — сила — власть, — заметил другой голос, отличающийся от первого. Наверное, говорил второй мутант.
— От меня вы что хотите? — подозрительно спросил Кравчук.
— Служить тебе. А ты покормишь нас. Ибо большого котелка много на одного человека, а к утру еда пропадет — испортится.
— Твари мерзкие, — проворчал Кравчук. Он поднял ружье, прицелился в лежащих мутантов и хотел уже нажать на спусковой крючок, но что-то остановило его.
«У них, по крайней мере, можно узнать, куда я попал, что здесь такое и кто они такие, — решил вдруг Владимир Петрович. — Расправиться с ними я всегда успею».
— Подойдите и сядьте, — приказал он. — Спиной ко мне. Когда наемся, я дам котелок вам.
Мутанты безропотно приблизились. Запах от них шел вовсе не ароматный, но не такой сильный, как у того, которого директор убил недавно.
— Спасибо, господин — повелитель — начальник, — снова сказал один из них. Как показалось Владимиру Петровичу, голос прозвучал благоговейно.
Серебристый «лексус» с красивым номером А033АА лихо подкатил к воротам воинской части №52347 и остановился перед шлагбаумом.
— Поднимай, что ли, — недовольно бросил водитель замешкавшемуся дежурному — молодому лейтенанту.
— Вы к кому? — суетливо спросил он. — Мы вроде никого не ждем… Кому доложить?
— Ну ты даешь! — хмыкнул водитель, подмигнул дежурному и едва заметно скосил глаза назад.
— Мы вроде никого не ждем… Кому доложить?
— Ну ты даешь! — хмыкнул водитель, подмигнул дежурному и едва заметно скосил глаза назад. — Это же Устинов, заместитель губернатора, — заговорщицким шепотом сообщил он. — Давний друг вашего начштаба. Еще ночью должен был приехать. Тебе что, по смене не передали?
— Нет, я только час как сменился, — оправдываясь, доложил лейтенант. — Сейчас доложу. Открыть ворота! — приказал он солдатам, выбежавшим из караулки.
— Ну ты даешь! — повторил водитель, демонстрируя, что словарный запас его весьма ограничен. — Не беспокой командира. Шеф ему с мобильного только что звонил. Он, наверное, просто выйти не успел.
Лейтенант обалдело взял под козырек, вглядываясь в лицо пассажира на заднем сиденье. Тот сидел со скучающим лицом, равнодушно кивнул военному и махнул рукой водителю: проезжай.
«Лексус» въехал на территорию части и покатил по чисто выметенным дорожкам.
— Теперь куда? — вздохнул Сергей, сбрасывая маску туповатого шофера. — Где у них оружие, взрывчатка? Нам что, на каждый склад заходить?
— Я могу определить, — ответил Ульфиус. — Поворачивай направо. Теперь прямо. А вот и склад. Здесь и оружие есть, и боеприпасы.
Уже три дня Лунин и магистр из Авенора «заметали следы». Проехали около тысячи километров. Ульфиус удовлетворенно потирал руки — магию он почти не использовал, так что враги наверняка потеряли его из вида. В том, что их ищут, он был уверен.
Военный городок, в который они въехали, находился в двухстах километрах от родного города Сергея Лунина. Здесь не могло быть засады. Хотя бы потому, что они сами только что решили грабить именно этих военных. А прикрыть все военные городки в радиусе трехсот километров — именно на такое расстояние товарищи отъезжали от города — было невозможно. Да и кто мог прознать о том, что они планируют запастись взрывчаткой и оружием?
