Всадник, к счастью, оказался Никитосом.
И людей твоих тоже.
Но какой-то всадник уже спешил к Лунину со стороны зеленых полян. Сергей вынул меч и задумался — может быть, и правда уйти обратно за реку? Только получится ли теперь? Не останется ли он в нынешнем кошмаре на всю жизнь? Может быть, именно так и сходят с ума?
Всадник, к счастью, оказался Никитосом. Все та же белоснежная рубашка, серый жилет, начищенные сапоги.
— Тебя, похоже, не слишком оглушило взрывом? — спросил Сергей, не здороваясь.
— Не знаю, — улыбнулся Никитос. — В некоторой степени то был не я. Может быть, мой брат, может, двойник. Ты за меня не бойся. Я здесь лишь для того, чтобы прикрыть тебя…
— Или помешать мне, — предположил Сергей.
— Ну что ты! Я напрямую заинтересован в успехе данного предприятия, — звонко рассмеялся Никитос. — Можешь мне верить.
— Тогда скажи мне — все происходит во сне или наяву?
— Не имеет значения, — ответил юноша. — Тебе лучше не знать. Важно лишь добраться до озера и бросить в него горсть пепла. Ты в самом начале пути. Поедем вперед. Я, кажется, понял, как нам обмануть разъезды и уйти от обстрела. Когда выйдем в теплую зону, сойдем с коней и поведем их в поводу. Нехитрая уловка, но может сбить разведчиков со следа.
На этот раз поляну с крокусами обошли, оставив ее далеко справа. Хотя значительно потеплело, лес вокруг был глухим и каким-то мрачным. Нельзя сказать, что до сих пор он радовал глаз: вечернее освещение сказывалось даже на милой сердцу полянке с подснежниками и тропинках меж черемуховых кустов, но здесь было особенно неприятно.
Никитос тревожно всматривался в просветы между деревьев, причем совсем не в ту сторону, откуда мог, согласно расчетам Сергея, появиться дозор.
— Какие проблемы? — шепотом спросил Лунин. Спутник Сергея неопределенно махнул рукой.
— По-моему, было бы лучше, если бы я знал обо всем, — таким же тревожным шепотом сказал Сергей. — Или все сговорились, что чем меньше я знаю, тем лучше?
— Некоторые опасности тебе, несомненно, не встретятся, — пожал плечами юноша. — Зачем нам лишние страхи? Бывает, опасность лучше встретить, не зная о ней. А некоторые проблемы смогу решить я.
— Мне, стало быть, нужно быть просто грузом? — возмутился Сергей.
— Ну что ты. Напротив, я — вспомогательное звено. Вряд ли я удержусь здесь долго. А потом — надежда только на тебя, — сообщил Никитос.
— Так мрачно? — спросил Сергей. Происходящее нравилось ему все меньше и меньше.
— Не знаю, — пожал плечами проводник. — Если бы я все знал, расклад сил был бы другим. Но я здесь чужой и знаю не так уж много.
Лес начал редеть. Кое-где высокие деревья сменялись сплошными зарослями колючего кустарника, на которые Никитос поглядывал с особым опасением, но в целом настроение у молодого человека явно улучшилось. Когда впереди уже виднелась степь, поросшая низкой травой и редкими зарослями, юноша вдруг мертвенно побледнел. Взгляд его застыл в одной точке.
— Что случилось? — спросил Сергей.
— Ты хотел знать об опасностях — посмотри туда, — Никитос кивнул на совсем небольшую группу кустов.
Лунин вгляделся попристальнее и покрылся холодным потом.
Под кустом смирно сидел мохнатый паук размером с письменный стол. Он не шевелился, мощные членистые лапы застыли. Чудовище поджидало жертву, на которую можно броситься.
У Сергея сразу возникло два желания: изрубить тварь в клочки и бежать с этого места без оглядки. Он выхватил меч и уже был готов пришпорить коня, когда Никитос схватил его за руку.
— Не торопись. Перед нами только детеныш. Он не осмелится нападать. Пока мы вместе, не нападет даже взрослая особь.
— Откуда ты знаешь? — лязгнул зубами Сергей.
— Слышал. А вот увидеть довелось впервые. Но мы уже проехали через их лес. Впереди — Волчьи холмы.
Не сводя глаз с паучонка и раздумывая, каких же размеров достигают взрослые особи, Сергей бок о бок с Никитосом выехали в степь.
— Тут надо остерегаться волков, — объявил Никитос. — Они охотятся стаями и опаснее пауков. Между прочим, именно на пауков они в основном и охотятся.
— А пауки?
— Пауки, понятное дело, на волков, — объяснил юноша. — Хотя и те и другие не брезгуют полакомиться при случае кем-то еще. Замкнутая система долго не продержится…
— Почему же люди всех их не истребят? — спросил Сергей. Никитос усмехнулся:
— Откуда мне знать? Может быть, такое соседство для них эстетически ценно. Редко где найдешь такую мерзость. Может быть, они просто не в силах этого сделать. И, еще скорее, законы любого темного мира требуют подобной мерзости. Изведут они пауков — появится еще что-то, гораздо более ужасное. Потому что зло имеет свойство множиться на благодатной почве. А они не хотят изменять саму почву, на которой множится дрянь. В этом главная их проблема.
Степь становилась все зеленее. Вдали показались холмы.
— Вот туда нам никак нельзя, — объяснил юноша. — Сожрут И костей не оставят. В холмах — самые норы их. Волчий город. Нужно или справа обойти, или слева. Если слева — выйдем опять к паучьему лесу и прямо на огнеметные укрепления. Их люди построили, чтобы пауки и волки не воровали скот и рабов, которые на полях трудятся. Сразу за укреплениями поля плодородные, богатые, орошаемые. Там прорва народа. Через эти поля можно к озеру Нум идти. Но выследят легко. А справа если — там тоже огневые точки, но они уже замок прикрывают. Замок — место, хуже нет. Колдовство сплошное.
— А еще правее? — спросил Сергей задумчиво.
— Так мы опять в Дозорный лес вернемся, который сейчас старательно обходим.
— И если все же через норы?
— Смысла нет, — вздохнул Никитос. — Там, за норами, огненные озера сплошные. Не пройти через них. Никто еще не прошел, даже из тех, кто через холмы прорвался. Впрочем, если направо пойдем, мы эти озера увидим. Не прямо же идти в лапы дозорным, которые сторожат подходы к замку и Дозорному лесу от волков?
— Не прямо. Направо, — решил Сергей. — Я к паукам не хочу.
— Вполне разделяю твой выбор, — заявил юноша. — Мне пауки тоже глубоко противны и омерзительны. Арахнофобия, знаешь ли. Наследственная.
Путь витязей лежал через степь. Лошади испуганно всхрапывали, когда порыв ветра приносил запахи с далеких холмов. Видно, чуяли волчий дух. Но молодые люди запаха хищников не различали. Да и волков им увидеть так и не довелось.
По краю Дозорного леса, где дежурили разъезды воинов Темной стороны Ронканора, вдали от Волчьих холмов, прочь от Паучьего леса скакали Сергей и Никитос.
По краю Дозорного леса, где дежурили разъезды воинов Темной стороны Ронканора, вдали от Волчьих холмов, прочь от Паучьего леса скакали Сергей и Никитос. Становилось все жарче. Горячий ветер бил в лицо. Навстречу всадникам летели хлопья пепла, горящие в воздухе искры.
Дозорный лес по правую руку закончился. На расстоянии около километра были видны какие-то сооружения. Холмы остались позади. Впереди бурлили и пузырились озера из кипящей лавы. От них шел нестерпимый жар.
— Вот и проскочили мимо волков, — обрадованно вскричал Никитос.
— Толку-то? — довольно мрачно проговорил Сергей. — Справа — укрепления, сзади — волки, впереди — озера, через которые, как ты сам говорил, никто еще не проходил.
— Через озера — нет, — улыбнулся Никитос. — А по краю пробраться можно попробовать. Повезло нам очень сильно Ни пауков, ни волков, ни дозорных… Такое нечасто встречается!
