Даже не понимаю, обижаться мне или нет. Нет, он вообще-то правду говорит — до опытного дракона, который может одним дыханием обрушить дом, мне еще расти и расти. Но обидно же, когда тебя считают лохушкой! Лучше про что другое сказал, а то про доверчивость. Но туман стелется так спокойно и уютно, трава шелестит так мягко, что сердиться не хочется. И я только бурчу:
— Не такая уж легкая.
— Для Златых, которые каким-то образом уволокли с собой трех взрослых драконов — легкая! — Сводит брови шаман, и трава рядом с ним как-то хищно пригибается. Будто готовится кого-то ловить. — Никогда раньше такого не было. И уцелевшие в рассказах путаются, а раненые и вовсе. Как это вышло, никто не понимает. Я не хочу рисковать.
— А сам-то… — Я хотела ему припомнить милый разговорчик с полоумным Ставинне, но толку-то. Вылитый папа! «Сидеть в бункере под охраной, пока я разберусь с проблемой», и точка.
— Я должен. — Пожимает крылатыми плечами шаман, и я понимаю, что мы… летим. И не трава это, а облака под ногами… мягкие. — Ты только будь поосторожней, хорошо? Прошу. А то опять приснюсь!
А ты снишься?
Я проснулась оттого, что стало холодно. Поискала одеяло, не нашла, ну что ж такое, почему на этой чертовой суперкровати вечно куда-то плед уползает! Надо папе сказать, чтоб убрал этот французский сексодром к чертовой бабушке.
А то ни выспаться толком, ни… Да что ж такое! Я зацепила крылом чешую и рассердилась. А заодно и проснулась. Ой. В который раз уже — во сне забывается, где я и кто.
Так, значит, я еще тут. А где это — тут?
Ага, та самая поляна. На этот раз драконы дышат уже не на пирамидки, а на какие-то круглые камни. Только магов больше нет, наверное, тоже прилегли отдохнуть. Драконы сами работают. А вон по соседству еще пара крылатых — уткнули головы под крылышки, прячась от солнца, и сопят себе. Тоже отдыхают. Хорошо на солнышке спать, тепло.
Кстати, не поняла, а почему мне стало холодно?
День ведь. Солнце греет вовсю.
Жарко даже.
Почему я проснулась от холодка и почему такое ощущение, словно что-то пропало? Рядом никого. Хотя вот… вот здесь, на песке, такой след, точно кто-то сидел. И еще… Я быстро подняла голову. Что это, а?
Рядом с моим крылом на песке лежал серебристый сверток. А на нем — темная коробочка. Я такие уже видела. У Велисы.
Косметичка.
Да чтоб им на кактус сесть этим… магам с их… «я должен» и…
Значит, слабо поговорить с девушкой — подарочки ей дарим! Сидим ночью рядышком, снимся внаглую, чуть ли не гладим (Эррек видел — рассказал), а как наутро остаться — фигушки! Ммммаг! Зла не хватает!
Ну, погоди, устрою я тебе, когда вернешься!
Только вернись.
— Саааандри!
Я выдернула голову из-под водопада и прислушалась. Не послышалось? Нет. Крик повторился:
— Саааандрииииии! Ты тут? Беригей зовет!
— Сейчас! Только сполоснусь.
Я последний раз сунулась под холодные струи и недовольно отряхнулась — холодно. Зато усталость пропала. Ну да, усталость. Спокойная жизнь в Горном племени закончилась.
Третий день драконы стояли на ушах и пытались успеть в кучу мест одновременно. Слишком много хлопот свалилось разом. О раненых надо позаботиться — причем большинство с пробитыми крыльями или слабые настолько, что в воздух им не подняться. Так что кто-то шел к пещерам пешком, а остальных пришлось переносить на громадных кусках какой-то жутко прочной материи. Та еще была картина. Надо было присматривать за детьми, своими и чужими, надо было проветрить запасные пещеры, надо было охотиться, ведь еды теперь нужно больше. И успокаивать кому-то вернувшихся с дальней охоты мужчин Лесных тоже надо.
А еще маги вместе с драконами колдовали над сигнализацией.
Неизвестно, что там у ковена за проблемы, но маги рухнули нам на головы целой стаей. Помогали с ранеными, наносили магию на защитные амулеты и пропадали с утра до ночи на полянке, колдуя над камнями, которые в случае чего парализуют всех чужаков внутри круга. Правда, работы им еще было море разливанное.
Так что дел хватало всем, а на мне еще висела учеба.
Беригей и сам падал от усталости, но каждый вечер два часа мы выключались из жизни племени и ныряли в тонкости драконьих предметов. Особенно грузили медициной. Крылья, помощь при ранах, отражение чар… голова кругом. Ох.
А магический спецназ, который гонялся за Златыми мантиями, до сих пор не вернулся.
И Рик мне ни разу не приснился. Зараза белобрысая, обещал же!
У меня ж к нему столько вопросов накопилось! И почему он меня сюда запихнул, и почему мне снились такие продвинутые сны с его участием, и что, тени китайские, значит «очищение»!
И самое интересное, с чего б такой подарочек?
Чтоб Рик подарил мне косметичку и платье? Красивое, между прочим.
Нет, я не против, я наоборот, просто… как-то странно.
И про босоножки он забыл.
* * *
Домой я плелась пешком.
В реале пешком. После часа занятий по отражению телепатии Беригею пришло в голову учить меня рукопашному бою. Ну вот и поучила. Крылья ломит, шея болит, хвост отваливается… Хвост? Я даже хихикнула — Шарик нашлась. Мультяшный.
Уже темнело.
Интересно, доплетусь я до Девичьей купели или лучше в речке сполоснуться, поближе? Поселок все еще суетился — заканчивал дневные хлопоты. Вон пролетели девчонки с тюками в лапах — уже вернулись из соседнего племени? Быстро. А раз тюки, значит, все нормально, и Приморские драконы поделились какими-то особыми лечебными водорослями. Обещали — сделали, молодцы. А вон малышня в пещере для магов возится. Они еще огнем не дышат, так что им доверили важную работу — принести в пещеру гостей свежее сено. На постель. Драконы были б рады и что помягче гостям дать, но что? Хорошо, чародеи попались без понтов — спят на чем дают и не выступают. Мимо следующей пещеры лучше пройти тихонечко. Тут одна драконша, из Песчаных, на пару с Беригеем третьи сутки пытается отогреть то яичко, подобранное у Лесного клана. Пока не получается.