В ушах потихоньку начинало звенеть.
Я сунула голову в озеро — хоть немного передохнуть. Нееее, мокрицы еще вполне симпатичные, по сравнению с некоторыми детками. Может, попробовать поймать одну и подсунуть малявке? Чтоб отвязалась. Как назло, ни одной поблизости нет. Невезуха.
— Тетя дракон! — Малявка влезла на крыло и затеребила чешую. — Тетя дракон, а у вас есть муж?
— Нет.
— Вы ж такая большая! — Не поняла малявка. — И красивая. Как это нет?
Ррррр…
— Это ничего, — попробовала утешить меня девочка-мажор. — Вот знаете, у папы есть любимая черная свинья, так она…
Ррррррррр! Свиньи я не выдержала и рванулась туда, где водились нормальные люди, — Рик хотя бы.
— Рик!
Шаман вздрогнул. Галл скривился как от недозрелого киви. Пара незнакомых колдунов смотрела как на цирк. Я чуть не обиделась, но тут через плечо увидала малявку — она приближалась.
— Рик, я… э… хочу рассказать тебе про одного парня с зелеными шариками.
Кто-то хихикнул.
— Леди Александра. — Голосом колдуна можно было Малибу заморозить. — Мы тут разбираемся с причинами эпидемии!
— А я тоже… разбираюсь. В смысле разобралась. Все яйца перебила.
Гарри подобрал хвост и посмотрел на папу. Папа — на мою голову. Колдуны — на Рика. Тот покраснел.
— Александра!
— Ну ты даешь! — проворчал Гарри.
— Подожди, детка, — проговорил Гаррин папа.
— Безобразие! — пропыхтел старичок.
— Мастер, дайте ей сказать! — вдруг не выдержал Рик, и старик заткнулся, наверно, от удивления. — Говори, Александра.
Ри-и-ик, ты прелесть! Я тебе вечером скажу такое спасибо! А пока я только улыбнулась и быстро затараторила про полянку, странного типа и неправильные яйца с черной начинкой.
История эта колдунов заинтересовала. Они влезли на спины драконов и помчались смотреть полянку со скорлупками. Старик задержался. Он вообще-то на меня хотел сесть, но я подождала, пока остальные, кроме Рика и Гаэли, улетят, и сказала, что у меня спина болит и крыло левое.
— Ну что за фокусы! Я ж должен посмотреть!
— Нечего там смотреть. Одни черепки.
— Могла бы хоть одно оставить!
— Могли бы пораньше прийти!
— Перестаньте. — Рик почему-то поморщился, словно у него что-то болело. Сейчас, милый, доспорю и перестану.
— Ну что ты за…
— Сам зануда!
— Перестаньте!
Я заткнулась. Рик знакомо тер грудь, как… сейчас, подождите, я вспомню, когда я такое видела?
— Тетя дракон!
Малявка наконец-то дотопала до нас. И сразу принялась меня воспитывать:
— Тетя дракон, не зануда! Правильно говорят: загуда.
— А?
— Ну загуда — та, которая в гуде живет, в болоте. Заквака, знаете?
— Что? — Я не слишком-то слушала, присматриваясь к шаману, — да что с ним? Может, ему прилечь? Лицо какое-то серое. — Какие закваки?
— Тише, — прошептал шаман еле слышно, — ти…
Но малявка не услышала.
— Закваки — это такие лягухи, — объяснила она, — большие.
Хлоп! Что-то щелкнуло, свистнуло, вокруг магов скрутилось какое-то сероватое облачко, и Гаэли исчез. Рик пошатнулся — как тогда, у озера, когда каким-то «выплеском» перенес нас в замок барона — и вздохнул свободно. А на траве… на траве…
— И-и-и-и-и-и-и-и! — Не помню, как я взлетела на крышу, — но без крыльев, точно. На одних лапах. И слезать не буду — ни за что!
На траве…
Там стояло… стояло что-то. Больше всего оно было похоже на жабу, в полметра размером, всю в пупырышках, голубую, с цветными пятнами.
— Мастер Гаэли? — ахнул Рик. — Я не хотел!
Что? Это Гаэли? Ой ма-ама!
— Вот, — довольно улыбнулась малявка. И ткнула пальцем в пятнистый ужас — заквака.
ГЛАВА 7
Слушайте, ну почему такая несправедливость? Сначала громадный жаб, с которым тебе предлагают поцеловаться, а потом еще и драконы воспитывают! Вас воспитывали когда-нибудь эти гувернантки с гребнями? Нет? Повезло
— Александра! — Шаман был как тот самый вулкан Этна. В смысле просто кипел!
— А-а?
— Слезай оттуда!
Я посмотрела вниз. Там собиралась толпа. Кто-то показывал пальцем, кто-то переговаривался, кто-то хохотал вовсю. Все смотрели на меня (ну еще бы, дракон, который сидит на крыше, обнимая лапами башенку — это смешно! Наверно) и на это… голубое.
Оно тоже на меня смотрело, и внимательно так. Ой папочка. Я покрепче вцепилась в крышу — из-под когтей посыпались какие-то кусочки дерева.
— Ни за что!
— Тетя, спускайтесь! Вам же плохо видно закваку! — Малявка просто прыгала от восторга.
Нет уж, спасибо, я на нее насмотрелась! На всю жизнь.
Бррррр.
Бывший колдун сейчас напоминал оживший кошмар стилиста — пятнистый, бородавчатый, с ненормально комбинированной кожей и проходивший без эпиляции с год, не меньше! Я не знала, что жабы бывают такие… волосатые. Жаболев. Или львожаб?
Ужас-ужас!
И самое интересное, он почему-то считал виноватой меня!
Нет, серьезно!
Когда малявка просветила нашего экстрасекса, как круто он сменил имидж, этот жаб-переросток сначала не поверил. Поскакал к луже — проверять.
Но когда поверил…
Я чуть с крыши не упала — жаб орал как резаный! Просто вылитая Марго, тетка моя, когда ей в салоне вместо блондинистой головы сделали цвет «тициан». В том салоне зеркала лопались, честное слово!
— Мастер… — Рик постарался успокоить своего зелено-голубого учителя. — Мастер, я все исправлю.
— Ква-а-а-а-а? — Озлился жаб, наскакивая на беднягу-шамана. Тот отступил. А вид такой виноватый. Чего это он?
— Это случайно получилось, стихийный выплеск наложился на слова ребенка!
— Каррряква! — Позеленевший старик злобно ткнул перепонками в мою сторону, подпрыгнул, выдал что-то типа «ква-квура» и постучал по лбу обеими лапками.
— Ой! — Вот кто тут вовсю радовался, так это малявка. — Лягушечка, сделай так еще раз!
— Что здесь происходит? — явился разбираться староста (тот самый, с эпиляцией), принесло ж его.
— Пап, у нас заквака! — порадовала его шустрая деточка. — Смотри, какая хорошенькая!
Я зажмурилась. Фу! Назвать это дитя Джаббы Хата из «Звездных войн» хорошеньким? Может, малявка слепая? Хотя нет. Видела ж она, что я красивая. Может, просто глупая.
Папенька ее тоже не намного умней. Во уставился, как моя мама — на шиншиллу, когда узнала, что та просто крыса.
— Шаман Рикке, это ваше? Почему не на поводке?
— Квааррр! — обозлился жабистый дедуля.
Когда ему объяснили, что это вообще-то человек, причем мастер Гаэли, который ему брови пообещал отрастить, у старосты приключился ступор.
— Наставник, а вы можете разговаривать, — осторожненько поинтересовался Рик, — по-человечески?
Разговаривать? Кажется, эта мысль нашего лапчатого еще не навещала. У него даже борода затряслась.
— Ква-арррак! — Жаб заметался. Видать, попробовал сказать, ну а вышло то, что вышло. Сейчас он был на меня похож, когда я первый раз примерила драконью шкурку, только я говорить умела. Жалко даже стало.
Он еще раз глянул в лужу, зажмурился, перевел взгляд на свои лапки с перепонками и просто зашелся:
— Кваррр!
И посмотрел в мою сторону так, что я в крышу вжалась. Ну а я тут при чем?! Рик постарался отвлечь огонь на себя:
— Наставник, не волнуйтесь так. Все будет хорошо.
— Тьфу!
— Плеваться на городской площади нельзя! — включился староста. Во дает!
— Хорошенькая, не плюйся, — прицепилась малявка. — Хочешь вкусненькое?
— Вернутся городские чародеи, попросим их расколдовать вас.
Во дает!
— Хорошенькая, не плюйся, — прицепилась малявка. — Хочешь вкусненькое?
