— Я пошутил! — послышался голос Рика, виноватый такой.
— Ты как?
Пошу… Что?! Что-о? Ах ты…
Я повернулась.
Медленно.
Ну шаман, ты попал! Я сейчас из тебя…
Рик отступил.
— Эй, не сердись.
— Я не сержусь, — прошипела я, наступая, — я не сержусь — я в бешенстве!
От поляны уже бежали солдаты, и тут…
Чертов берег поехал прямо из-под хвоста, я взмахнула крыльями, пытаясь удержаться. Мир кувыркнулся.
Оп-па! Я уставилась на свои ноги — без чешуи и всего такого.
Черт, как не вовремя! Первый раз я не была рада тому, что девушка! Поймать бы этого приколиста и так рога ему начистить, чтоб на всю жизнь запомнил!
Прибежавшие солдаты молча уставились на меня во всей красе — без клыков, с волосами и бюстом. И без рубашки, конечно.
— Грыбс, — сказал наконец один.
— Ну ни мруза хай, — проговорил второй.
— Ну и на фига мы чешую полировали? — мрачно спросил третий.
Нахалы! Не, ну что такое, а? Они что, не видят, какая перед ними красота?
Зато старикан уставился так, словно я — счастье жизни. Его. Размечтался, пень стар…
— О-о, барон будет в восторге!
Я сказала, в чем будет барон, если от меня не отстанут. Старикан застыл с открытым ртом. Рик закашлялся. Солдаты засвистели, добавив пару советов. Тоже мне, секретари.
— Вот это да! — наконец пробило старикана Галл-как-его-там. — Рикке, вы… вы… вы невыносимы!
— Я?
— Вы совершенно распустили вашего дракона!
Что-о?!
Я обиделась.
Распустил меня? Вот этот?
Шаман тоже был в шоке, и что-то там пытался втолковать этому Поттеру на пенсии, но мне уже было все равно.
Ах так! Ах вот вы как, да? Ну вы еще не видали меня распущенную!
Я подождала, пока эти два обормота наговорятся, и сла-а-а-а-а-адко так улыбнулась — не хуже Джулии Робертс. И сказала, что так и быть, пойду к их барану, барону в смысле. Старик обрадовался. Рикке нет. Он меня уже немножко знал.
Ну теперь и этот тип узнает!
* * *
— Нет. Нет, я сказала! Бли-и-ин, ну что за деревенские понятия о моде? Нет, это не подойдет! Что значит почему? Потому что не подойдет, и все. Сейчас такое не носят. Не надену, и не рассчитывайте!
— Госпожа!
— И кварц этот свой уберите.
— Это ваш талисман! — Старикан уже закипал. — Ваш камень по знакам рождения!
— Не катит.
— Куда не катит?
— Никуда. Я хочу изумруды.
— Изумруд — не ваш камень, леди Александра. Ваш — это розовый кварц, бычий глаз, ал…
— Что? Сами надевайте ваш коровий камень!
— Бычий глаз!
— А мне фиолетово. Я не повешу это на свою шею.
Старик бросил на меня такой взгляд, словно хотел повесить мне на шею что-то типа бетонного блока, а потом столкнуть в озеро.
Я не повешу это на свою шею.
Старик бросил на меня такой взгляд, словно хотел повесить мне на шею что-то типа бетонного блока, а потом столкнуть в озеро. Я состроила, как папа говорит, «морду кирпичом», а сама тайком порадовалась. Шаман и Галл потихоньку «доводились». Солдаты залегли по окрестным кустам и давились от смеха.
А я…
Ха!
Я сидела на той самой шкуре в рубашке Рика, а эти экстрасексы пытались меня одеть. Наколдовать мне прикид, подходящий для визита к барону. Кое-что мне даже понравилось. Но говорили про распущенную, так теперь не жалуйтесь.
— Нет, это слишком тяжелое.
— А это кричащее.
— Фи, мода черт-те какого года!
— Дед, ты с дуба рухнул? Кто носит такое без бюстика? Что такое бюстик? Ну вы тут отсталые.
Объясняла минут пять, а потом еще десять закатывалась. То, что старикан наколдовал первый раз, еще куда ни шло, хоть неудобное и кололось, а во второй получился спаренный парашютик расцветки «лошадь обкурилась мухомором».
Я от вредности забраковала оба, и все началось сначала.
— Нет, с этим даже и не подходите. Почему? Сами напяливайте это синее уродство!
— Фу, это что, фасон «я беременная слониха»?
— Это не гламурно!
— А такое носят только синие чулки. Нет, не живые. И не зомби. Колдун, ты это… не отвлекайся!
— А это пойдет только лошади. Какой? Ну вон той!
На «лошади» старик сломался.
Швырнул одежку на траву, пару раз от души попинал, попрыгал даже (глаза Рика стоило видеть), а потом что-то сказал, и она заполыхала.
— Ну вот, — огорчилась я, — а мне только начало нравиться.
На этот раз на меня так глянули, что я заткнулась — испепелят на фиг вместе с платьем. Или — вот ужас — перекрасят. Допрыгалась!
Но старику было не до моих волос.
— Грыббаз! — рявкнул он, сжимая кулаки. — Рик, а ну иди сюда!
— Мастер?
— Иди сюда!
— Но, мастер!
— Мааааалчать! — заорал старик, и с дерева посыпались какие-то пташки. Наверно, в обморок. — Маааалчать! Рикке эсте маттике. — И он резко махнул рукой.
Бэмс!
Я ахнула.
Рик исчез. Вместо него на траве топталась… я? Ой папочка! Я! Моя фигура, мои волосы и мое лицо!
— Ой, — мяукнула я.
— Твою мать! — сказала вторая-я и в ужасе сунула нос в вырез такой же рубашки. — Грыббах.
Рик стал мной! Ни фига себе приколы тут откалывают!
— Пойдешь извиняться сам! — завопил старик мстительно. — Вместо нее!
— Что? — заорала я… ну и не-я тоже.
— Вместо меня? Нет!
— В женском теле? Мастер!
— Да он на каблуках на третьем шагу свалится!
— Надо мной весь отряд хохотать будет!
Будет-будет, уже начал. Шаман набросился на приколиста-учителя:
— Мастер, ну как же я… Я — и в юбке?
— Да он даже тон наложить правильно не сможет!
— Куда его уложить?
— Ха! Да он хоть умеет правильно платье надевать? И снимать?
— Что?
— А извиняться как будешь — словами?
— Сни… — У Рикке что-то случилось с горлом.
— Да я к этому бабнику на пушечный выстрел не подойду!
— А ты вообще сможешь…
— Тихо! — рявкнул старикан еще раз.
С деревьев посыпалась вторая партия пташек. Шаман дернулся в сторону от одной, чуть не попавшей ему на голову, и охнул — бюст тоже подпрыгнул.
— Ох, — простонал он, глядя на свое украшение так, словно на месте груди болтались две жабы.
— У-у-у! — присвистнул командир стражи.
— Э-э… — начал колдун.
— О-о! — заинтересовались солдаты, придвигаясь поближе. Еще бы! Натуральный третий размер и форма что надо! Супер! А кстати…
— А там на ощупь то самое или другое? — заинтересовалась я и потянулась пощупать.
— Эй! — возмутилась моя копия, но я уже выяснила, что хотела — на ощупь тоже все было как надо.
— Прекратите! — заорал старик. Все стихли как выключенные телевизоры — голос был как у моего папы перед «разорву- как- тузик- грелку!». — Витте, займите чем-нибудь солдат. Рикке, сесть! Вы… леди Александра, займитесь делом!
Это каким?
Я посмотрела на мою копию — а ничего так. Да-а, я, как всегда, красавица! Только старикан про маникюр понятия не имеет, жалко.
— Каким?
— Поделитесь с Рикке вашу… ваши…
— А?
— Вашими этими… женскими секретами!
— ?
— Ну хоть как в юбке ходить!
О-ой, как было весело! Я уже сто раз пожалела, что не было ни фотика, ни мобилки — это было что-то с чем-то. Солдаты, засмотревшись на нас, чуть не накормили лошадей порохом вместо крупы.
Рик злобно молчал, пока я прыгала кругом, запихивая его в самое идиотское платье из наколдованных тряпок. Такое голубенькое, с рюшечками-цветочками-оборочками-бантиками — ну вылитая клумба, только вся в нашлепках из золота — кило на семь-восемь тянет. В таком платье только извиняться! В нем постоишь — уже, считай, фитнесом занялась с поднятием тяжестей. Тоже мне бодибилдера нашли. Да это платье и не надевают — в него надо входить, как в комнату!
