Так, значит, главное — выбить дроу, а потом можно и сдаваться. Но не сразу, конечно. Я еще потрепыхаюсь.
Вопреки прогнозам, первым выбыл не Тылпахаш, а Меноваззин. ДОБРовец с досадой вздохнул, сошел с рубежа и целенаправленно отправился к пакетам с соком. Увы ему! — по предварительной договоренности, именно первый выбывший и должен был лишить себя пивных радостей, дабы отвезти по домам остальную компанию. Наблюдать это душераздирающее зрелище было выше моих сил. Заменив обойму, я окликнула дроу:
— Ваз! Ты чего это к соку тянешься? Бери пиво и прекрати переводить продукт без толку!
— Но…
— Никаких «но». — Я фыркнула. — Обратно я твою красавицу поведу. Я сегодня желаю быть доброй и… э-э… доброй. Вот.
— О светоч милосердия! — Меноваззин воздел руки к небу и просиял. — О средоточие благородства и доброты! Скажи мне, как недостойный сможет воспеть твою щедрость?
— Ну… — Я довольно ухмыльнулась. — Ты можешь встать на колени и три раза стукнуться головой об землю, а потом — облобызать мою сандалию, хотя… — Я покосилась на мрачно улыбающегося Эрина, поигрывающего пистолетом, — наверное, лобызание все-таки будет лишним. Так что я сегодня не только светоч милосердия и средоточие благородства, но и образец скромности и достоинства. Цените!
— Ценим, — с ужасающей серьезностью закивал Меноваззин. — Воистину, о леди!
— Чем только не пожертвуешь ради счастья товарищей, — умиленно воскликнула я, глядя, как дроу нежно обнимает банку «Черного Самайна».
— Итак, господа офицеры, продолжим?
И продолжили. Следующим вполне закономерно выбыл Тылпахаш, присоединившийся к азартно болеющему за каждого по очереди Меноваззину. Целиться, стрелять, и, тем более, попадать сразу стало в два раза сложнее, потому как теперь болельщики радостно вопили в две луженые глотки.
Аминаллон держался до последнего, но не тут-то было. Когда подошла моя очередь, я изобразила героическую гримасу и, в лучших эльфийских традициях воззвав к Манвэ, попросила Владыку Ветров направить мою руку. Должно быть, мольба была услышана, и я обошла дроу на целую банку.
— Вот так-то, — снова самодовольно крутанув на пальце «Куталион», ухмыльнулась я. — Вполне закономерный результат.
— Посмотрим, как ты запоешь сейчас. — ДОБРовец показал мне язык и насмешливо прищурился. — Финальная драчка между двумя Светлыми! Ха! Да разве ж можно пропустить такое зрелище?
— Вот-вот, посмотрим, — поддержал брата Меноваззин. — Нол, я болею за тебя!
«Ну что, моя леди, вот и остались только мы двое, — угрожающе протянул мой соперник и вновь прищурил синий глаз. — Не страшно?»
«Сумеречных бояться — в лес не ходить» , — не смутившись, процитировала я известную поговорку Первой Эпохи и лихо подмигнула.
«То-то ты так и норовишь в лес удрать. Думаешь, в следующий раз не найду?»
«Захочу — век искать будешь и не найдешь». — Я заменила обойму снова, а вслух сказала: — Ну, что? Где там моя группа поддержки?
Близнецы послушно попытались изобразить что-то вроде танца хинтайских болельщиц с задиранием ног и потрясанием плечами. Тылпахаш принял сторону Эрина и испустил урукхайский боевой клич «Маздай!».
— Дистрой! — немедленно парировали дровские братцы и заулюлюкали.
— Прекращайте, а то сейчас попадальцы с дубьем сбегутся, — фыркнул Эрин. — Решат, что мы тут исторической реконструкцией балуемся.
— А что? — цинично ухмыльнулся Меноваззин. — Попаданочки тоже бывают миленькие, особенно эти, в занавесочках.
— В кожаных штанишках тоже ничего, — фыркнул Аминаллон. — И с накладными ушками.
— Дриад вам мало, растлители малолетних, — осуждающе проворчал Тылпахаш, за что удостоился моей благодарной улыбки. Орки в большинстве своем — ребята строгих правил, и беспорядочный, а тем более, межрасовый секс осуждают.
— Казарма, ма-алчать! — гавкнул на разгулявшихся дроу Эринрандир, заметив, как меня перекосило от упоминания дриад. — Дзира на вас нет. Уж он бы вам показал попаданочек, в занавесках и без.
— Действительно, парни, уймитесь. — Я примирительно помахала пистолетом. — Дайте уж отстреляться, что ли…
— Все, Нол, мы уже заткнулись, — хихикнул Меноваззин. — Не смеем мешать светлоэльфийским разборкам.
«Готов?»
«Всегда… солнышко».
Ах ты, гад!!! Я отреагировала именно так, как он и рассчитывал. Промазала целых два раза из пяти.
— У-у-у… — возмущенно провыли дроу слаженным дуэтом. — Нол, ты окривела, что ли?!
«Ну, ты мне за это ответишь!» — прошипела я и немедленно протранслировала под руку напарнику, как именно он мне ответит и сколько раз.
Промазала целых два раза из пяти.
— У-у-у… — возмущенно провыли дроу слаженным дуэтом. — Нол, ты окривела, что ли?!
«Ну, ты мне за это ответишь!» — прошипела я и немедленно протранслировала под руку напарнику, как именно он мне ответит и сколько раз.
Вот так! После выстрелов Эрина из пяти банок одна осталась стоять, нетронутая.
— Ап-Телемнар, ты окосел?! — зарычал орк. — Я ж на тебя поставил!
— А ему солнышко в глаза попало, — мурлыкнула я, дожидаясь, пока Аминаллон поставит новые мишени. — «Может, их тебе завязать?»
«Отличные идеи подаешь, дорогая. Непременно завяжу. Тебе».
Тьфу! Опять три из пяти! Я закусила губу, чтоб отвлечься от прозвучавшего прямо в мозгу смешка с этакой хрипотцой. Сейчас буду мстить! Да.
«А я тебя и так достану. На ощупь».
Х-ха! Две из пяти! Да мы, никак, сравнялись? Вот что значит — перенять метод.
— А, может, это заразное? — Меноваззин аж попятился в притворном испуге. — Светлоэльфийское косоглазие?
— Передается воздушно-капельным и… — Аминаллон демонстративно прервал свои предположения на самом интересном месте.
«Может, сдашься?» — подначил меня Эрин.
«Когда это я сдавалась без боя?» — парировала я и прищурилась. Ладно, сейчас я вам покажу косоглазие…
«А я тебе напомню» , — пообещал напарник и, пока я целилась, действительно напомнил день, дату и время. Тенгваром по бедру. Зануда!
«Фэ! Нечестные методы!»
«Зато надежные».
«Да ладно, надежные! Смотри». — И я гордо кивнула на весь пяток простреленных банок.
«Ага, так значит, решила не поддаваться?» — Эрин ухмыльнулся и повторил мой результат.
Болельщики заинтересованно притихли.
«Ни за что!»
Пять из пяти! Ха!
«Ну, что? Сможешь лучше — или сразу признаешь поражение?»
«Удивлять тебя — это так приятно, дорогая» .
И верно, удивил. Я, изумленно распахнув глаза, наблюдала, как напарник четко кладет банки одну за другой. Прямо в дырки от моих пуль.
— Ну, и что теперь? — поинтересовался Эрин, выгнув бровь на мою реакцию.
— А теперь — последний раунд! — вмешался Тылпахаш. — А то вы тут до следующего утра будете выяснять, кто из вас круче.
— Точно, — поддержал орка Аминаллон. — Значит так — берем одну мишень и лупим по очереди. Кто попадет в центр «самайновского» логотипа, тот и победил.
— Третья струна арфы? — уточнил Эрин. — Идет!
— Идет, — эхом повторила я. — Давай теперь ты первым.
— Как хочешь, — пожал плечами напарник. Выстрелил и, разумеется, попал.
Я прицелилась, выстрелила и, конечно, попала тоже. Только во вторую струну, а не в третью. Ну, я думаю, объяснять, почему, совсем необязательно, верно?
«Лицемерка , — ухмыльнулся Эрин.
— Поддалась все-таки».
«Вовсе нет , — неубедительно соврала я. — Давай, докажи это!»
«Зачем доказывать? Сама все расскажешь».
