— Понял.
— Выполняй. Стой! Не выполняй!
— Что? — обернулся Петр.
— Вы же колхоз, верно? У вас удобрения должны быть, — сказал я, почувствовав электрические разряды в затылке от охватившей меня идеи.
Как-то все увязалось у меня в голове: «все в одном здании», «колхоз с удобрениями», «по бризантности аммиачно-селитренные ВВ уступают тротилу, но по фугасности его значительно превосходят», и так далее.
— Верно. — подтвердил тот. — Недавно закупили на сезон. Аммиачная селитра, в мешках по пятьдесят килограмм. Взрывчатку хочешь сделать?
— Влажность замеряли? — уточнил я.
— Не знаю, сейчас спрошу.
Петр убежал и через минуту вернулся с каким-то длинным и худым мужиком в очках, с одним треснутым стеклом. Я повторил ему свой вопрос, он ответил:
— Не замеряли, но не больше одного процента должна быть. Мы с Новомосковского «Азота» получаем, у них всегда так. И герметичность упаковки не нарушена. Взрывчатку сделать хочешь?
— Не кристаллизовалась?
— Когда? — удивился он. — Только с завода ведь!
— Тогда и делать ничего не надо, это готовая взрывчатка, — отмахнулся я. — Автоприцеп у вас есть?
— Есть.
— Накидайте в него мешков и тащите с собой. Дальше я все сам сделаю.
— Хорошо. Сам отберу самые лучшие мешки. Тонны хватит? — уточнил специалист по удобрениям.
— За глаза. — даже замахал руками я.
— Но если хочешь, можем смешать с чем-нибудь. Время есть и рабочие руки есть. Засыплем в передвижной миксер с РБУ [12] и смешаем. Никаких проблем.
— Мазут есть?
— Солярка есть.
Аммиачная селитра действительно уже готовое взрывчатое вещество, да больно уж капризное. Влажность за три процента выйдет — не взорвется. Слежится или кристаллизуется — тоже не взорвется или взорвется не полностью. А вот если смешать с мазутом, сырой нефтью, или соляркой, то водостойкость резко растет. Главное — не дать испариться жидкости. А для этого нужны бочки и нефтепродукты нужны максимально вязкие.
— Масло машинное возьмите. Смешайте с соляркой, пока как мазут не станет. И смешивайте из расчета двадцать процентов солярка, а остальное — селитра. Бочки есть?
— Бочек нет. Есть одна бочка-прицеп, на две тонны. В нее можем все это забросать потом.
— Ну и заполняйте, сколько наберете, — даже обрадовался я такому решению. — Но пару-тройку мешков все же прихватите, и еще оберните дополнительно.
— Сделаем, — кивнул мужик в треснутых очках.
— Да, вот еще совет. Пару-тройку центнеров в подбитый «Водник» загрузите, между мешками заложите пару-тройку гранат, а от них растяжку на дверь. Можно больше, чтобы хорошо рвануло. Сумеете?
— Сумеем, — кивнул тот, — Сюрприз оставить хотите?
— Хочу.
— Ну и верно. Селитры у нас много, вообще с полтонны загрузим. Мы еще и вон в ту машину напихаем, — он показал рукой на подбитую «маталыгу».
— Ну и прекрасно.
— Хорошо.
Он ушел, а я задумался. Единственный шанс спасти людей — это вывезти их по железной дороге. Движение на ней встало, контактная сеть не работает, бандиты наверняка никакого наблюдения за ней не ведут. А если мы сумеем прицепить платформы к маневровому тепловозу, то вполне можно догнать поезд до Бора, до взорванного железнодорожного моста. Тут ведь совсем не далеко, чуть больше пары сотен километров. А заодно двух зайцев убьем — все внимание противника, который еще не занят внутренними дрязгами, направится туда. А мы на своем «бардаке» помаленьку двинем дальше, лесами да перелесками, к конечному пункту нашего маршрута.
Коля подготовился к выходу как раз за десять минут, натянув на черный спортивный костюм черный же, почти целый броник, снятый с командира «эсэсовцев». Нормально, не слишком заметно в темноте будет. Мужики не просто снимали с убитых снаряжение, но и обувь, и камуфляж. Все верно, не до брезгливости теперь. Все пойдет в дело.
— Дорогу до станции хорошо знаешь?
— С закрытыми глазами пьяный дойду.
— Отлично. Место, где машину укрыть можно, знаешь?
— Там где угодно можно укрыть. Лес кругом.
— Ну и отлично. По коням.
Наш слегка испятнанный пулями «бардак» снова рванул вперед, мы разместились на броне. Заодно на ходу я взялся переснаряжать магазины к СВД, израсходованные в недавнем бою. Все же полезная штука снайперка. Равно как и пулемет, на открытом пространстве она позволяет разорвать дистанцию боя так, чтобы «вывести из оборота» обычное стрелковое оружие противника или свести его эффективность к минимуму. Мы сегодня напали на целую банду всего впятером, но у нас была вот эта самая СВД. А у противника не было ни одной, у нас были два пулемета ПК, башенный и на сошках, а у противника они были в оцеплении и погибли первыми, а еще у нас был сверхмощный КПВТ, который мог все, что попадало в сектор, расстреливать на выбор. А наша совсем не тяжелая броня сделала все стрелковое оружие противника просто бесполезным.
К чему это я? А к тому, что даже маленький отряд может получить преимущество над большим, если дурака не сваляет и правильно пустит в ход все свои козыри. Правильное планирование — девяносто процентов успеха в бою.
Кстати, что у нас с козырями теперь? У нас появились приборы ночного видения, а насадки для бесшумной и беспламенной стрельбы и так были. Следовательно станцию надо разведать ночью. И если получится, то ночью и напасть. Самим. Малыми силами. Расчистить путь подвоза бочки. А потом заблокировать станционную контору, подогнать к ней тонну селитры, и предложить сдаться. А если не сдадутся, то рвануть. Другое дело, что взрыв такой мощности может и нам проблем наделать, поэтому хотелось бы избежать его.
— Кстати, Коль… — обратился я к сидящему рядом со мной на броне здоровиле, — Ты не в курсе, ваша деревня и станция к одной банде относятся, или к разным?
— Не знаю, — чуть удивился тот вопросу. — Мы до их появления бесед с ними не вели. Но думаю, что к разным.
— Почему?
— Потому, что приехали они к нам от трассы, а от станции ездить удобней, — ответил он, чуть подумав. — Значит, на чужую землю не хотели заезжать.
— Логично, — согласился я, — А что в «Шешнашке» в последнее время делалось? Пока ты оттуда не срулил.
— То же, что и везде, делалось. Мертвецы на людей кидались.
— А еще? Давай с подробностями.
— Началось понемногу, с каждым днем их все больше стало. Потом комендантский час объявили. Лучше не стало. Затем срочники из внутряков разбежались, кто куда. На машинах, с оружием, многие на броне даже. Слышал, что в каких-то частях чуть не до драк дошло, офицеры их удерживать пытались, а те к семьям нацелились.
— А ты чего делал?
— Я все время отсиживался на станции. Затем бандиты появились, много и сразу со всех сторон. В городе пальба началась, форменные уличные бои. Бандиты даже с танками были.
— Даже так?
— А как ты думал? — усмехнулся он моей наивности. — Тут что только не хранилось. Танки, кстати, пятьдесят пятые еще, даже не думал, что где-то есть такие.
— Есть, есть, — «успокоил» я его. — А чего им сделается? Пушка солидная, что еще от него нужно по нынешним временам?
— Возможно. В общем, сначала началось в городе, остатки военных с учеными и семьями на предприятиях укрепились. К ним сунулись, но без толку — у тех тоже пушки имелись, под городом склады такие, что мама не горюй.
— Откуда, кстати? — спросил Большой.
